ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Она была бледна, но спокойна. Глаза ее были сухи. — Мы остались одни…
Одни. Одна. Нет, только не надо снова.
Алеата оглядела пустую комнату и поспешила назад, в столовую, но там уже никого не было.
— Пайтан! — позвала она, взбегая по лестнице. — Каландра!
Из-под закрытой двери в кабинет сестры пробивалась полоска света. Алеата рванулась туда.
Дверь открылась, и вышел Пайтан. Его обычно безмятежное лицо было мрачно. Увидев Алеату, он горестно улыбнулся.
— Я.., я искала тебя, Пайт. — Алеата немного успокоилась. Она прижала дрожащие руки к щекам, чтобы немного остудить их и вернуть им обычную бледность. — Плохо?
— Да, очень, — слабо улыбнулся Пайтан.
— Пойдем прогуляемся в саду.
— Извини, Теа. Я должен укладываться. Калли завтра отсылает меня.
— Завтра! — недовольно нахмурилась Алеата. — Но ты не можешь уехать завтра! Лорд Даридран придет говорить с папой, а потом будет обручение, и ты просто должен быть здесь…
— Ничем не могу помочь, Теа. — Пайтан нагнулся и поцеловал ее в щечку. — Бизнес есть бизнес.
Он направился к своей комнате.
— Ох, — обернувшись, добавил он. — Добрый совет. Не ходи сегодня туда. — Он кивнул в сторону кабинета Каландры.
Адеата убрала руку с дверной ручки. Скрытые складками шелкового платья, ее руки сжались в кулаки.
— Приятных снов, Теа, — сказал Пайтан. Он вошел в свою комнату и закрыл дверь.
От взрыва, раздавшегося из-за дома, зазвенели оконные стекла. Алеата выглянула из окна и увидела отца и старика, которые радостно устанавливали ракету. Из-за двери кабинета сестры слышался шелест юбок и стук ее узких туфель на высоком каблуке. Калли расхаживала по комнате.
Дурной признак. Нет, Пайтан был прав — лучше не мешать размышлениям Каландры.
Подойдя к окну, Алеата увидела раба, скучавшего на своем посту у экипажного сарая; он развлекался тем, что наблюдал за пуском ракет. Пока она смотрела, он закинул руки за голову и потянулся. На обнаженной спине заиграли мускулы.
Он начал насвистывать — варварский людской обычай. В этот час сумерек никто не приедет в экипаже. Уже скоро он покинет пост — к началу бури.
Алеата поспешила к себе в комнату. Войдя внутрь, она глянула в зеркало, причесала и уложила свои роскошные волосы. Схватив шаль, она набросила ее на плечи и, снова улыбаясь, слетела вниз по лестнице.
Пайтан отправлялся в путь ранними утрасумерками. Он выходил налегке, намереваясь присоединиться к каравану на окраине Эквилана.
Каландра провожала его. Сложив руки на груди, она наблюдала за его сборами с суровым, холодным и неприступным видом. Настроение ее за ночь не улучшилось. Они были одни — Алеата если и бодрствовала в это время, то только потому, что еще не ложилась.
— Запомни, Пайтан, приглядывай за рабами, когда вы пересечете границу. Эти животные мигом сбегут, стоит им почуять своих. Я ожидаю что мы некоторых потеряем, помочь тут нельзя. Но сведи наши потери к минимуму. Иди последним и по возможности останавливайся подальше от цивилизованных земель. Им меньше понравится мысль о побеге, если будет нелегко добраться до города.
— Ясно, Калли. — Пайтан уже много раз совершал путешествия в Тиллию и знал об этом куда больше, чем его сестра. Каждый раз при отъезде она говорила ему одно и то же, так что это уже превратилось в ритуал. Беззаботный эльф слушал, улыбался и кивал, зная, что сестре этот ритуал приносит облегчение и дает почувствовать, что она держит под контролем эту часть бизнеса.
— Да приглядывай за этим Роландом. Я не доверяю ему.
— Ты вообще не доверяешь людям, Калли.
— По крайней мере я знаю, что все прочие наши покупатели — люди бесчестные. Я знаю, как они попытаются надуть нас. Я не знаю этого Роланда и его жену. Я предпочитаю вести дела с нашими постоянными покупателями, но эти предложили самую высокую цену.
Удостоверься, что получишь деньги прежде, чем отдашь им хотя бы один клинок, Пайт, и проверь, чтобы деньги были настоящие, не фальшивые.
— Да, Калли. — Пайтан расслабился и прислонился к стенке. И так ПОВТОРЯЛОСЬ каждый раз. Он мог сколько угодно втолковывать сестре, что большинство людей честны до идиотизма, он знал, что она никогда ему не поверит.
— Наличные тут же преврати в сырье — чем скорее, тем лучше. Ты получишь список того, что нам нужно, не потеряй его. И проверь, чтобы клинковая древесина была хорошего качества, а не как те дрова, которые поставил Квинтин. Нам пришлось выбросить три пятых.
— Калли, я когда-нибудь привозил негодный товар? — Пайтан улыбнулся сестре.
— Нет. И лучше не пробуй. — Прядь волос выбилась из строгой прически Каландры, и она стала поправлять заколки. — Теперь все идет наперекосяк. Достаточно уже того, что у меня на руках отец, так теперь прибавился еще какой-то сумасшедший старик! Не говоря уже об Алеате и этом издевательском сватовстве…
Пайтан положил руку на костлявое плечо старшей сестры.
— Пусть Теа делает, что хочет. Дарндран вполне приличный парень. По крайней мере, ему не нужны ее деньги…
— Хватит! — прошипела Каландра, сбрасывая его руку с плеча.
— Пусть себе выходит замуж за него, Калли…
— Пусть! — взорвалась Каландра. — Я-то могу и помолчать, уж будь уверен! Ох, как хорошо тебе стоять тут и ухмыляться, Пайтан Квиндиниар, — тебя ведь тут не будет, когда разразится скандал. Эта свадьба будет темой сезона. Я слышала, что вдова от таких новостей слегла в постель. Я не сомневаюсь, что она втянет в эту историю королеву. И мне одной придется со всем этим управляться. От отца, конечно же, толку не будет.
— В чем дело, мои дорогие? — раздался сзади тихий голос.
Лентан Квиндиниар стоял в дверях, рядом с ним был старик.
— Я сказала, что от тебя не будет толку в деле с Алеатой и этим ее безумным намерением выйти замуж за лорда Дарндрана, — Каландра совершенно не намеревалась потакать своему родителю.
— Но почему бы им не пожениться? Если они любят друг друга…
— Любят! Теа любит? — Пайтан засмеялся, но заметив недоуменное выражение на лице отца и сердитый взгляд сестры, решил, что настало время мотать отсюда. — Я побежал. А то Квинтин подумает, что я провалился сквозь мох или меня съел дракон.
Он поцеловал сестру в холодную щеку.
— И пусть Теа делает все по-своему, ладно?
— Выбора у меня так и так нет. Она все делала по-своему с тех пор, как мама умерла.
Помни, что я тебе говорила. Желаю тебе безопасного пути.
Каландра ткнулась плотно сжатыми губами подбородок Пайтана. Это было похоже не на поцелуй, а на клевок, и он с трудом удержался, чтобы не потереть щеку.
— До свидания, папа. — Они обменялись рукопожатием. — Удачи тебе с твоими ракетами.
Лентан моментально расцвел.
— Ты видел ту, которую мы запустили ночью? Сверкающий всплеск огня над вершинами.
Я добился настоящей высоты полета. Могу поспорить, что взрыв было видно даже в Тиллии.
— Уверен, что так, сэр, — согласился Пайтан и повернулся к старику:
— Зифнеб…
— Где? — Старик заозирался.
Пайтан закашлялся, пытаясь сохранить серьезное выражение лица.
— Да нет же, сэр. Я имею в виду вас. Ваше имя. Помните? Зифнеб.
— А, рад видеть вас, Зифнеб, — сказал старик, пожимая ему руку. — Хотя, знаете, это имя звучит очень знакомо. Мы случайно не родственники?
Каландра сделала ему знак:
— Тебе лучше идти, Пайт.
— Попрощайся за меня с Теа, — попросил Пайтан.
Каландра фыркнула и кивнула головой. Лицо ее было мрачно.
— Доброй дороги, сын, — с тоской сказал Лентан. — Знаешь, иногда я думаю отправиться в путь. Мне кажется, что мне бы это понравилось…
Заметив прищур Каландры, Пайтан торопливо прервал его:
— Ты уж позволь мне путешествовать вместо тебя, отец. Оставайся здесь и работай над ракетами. Чтобы вывести народ и все такое.
— Да, ты прав, — сказал Лентан; в голосе его прозвучала сдержанная гордость. — Теперь у меня работа пойдет лучше. Ты идешь, Зифнеб?
— Что? А, это вы мне? Да-да, мой дорогой друг. Один момент. Может, тебе стоит добавить угля из тонущего дерева? Я полагаю, мы сможем добиться значительной подъемной силы.
— Да, конечно! Как я об этом не подумал! — Лентан рассеянно помахал рукой сыну и поспешил в дом.
— Ну, тут мы достигли значительных успехов, — пробормотал старик. — А ты, я вижу, уезжаешь?
— Да, сэр. — Пайтан усмехнулся и шепнул:
— Не допустите, чтобы всякое там разрушение, рок и смерть начались без меня.
— Не допущу. — Старик смотрел на него умными и проницательными глазами. Он упер искривленный палец Пайтану в грудь. — Рок придет вместе с тобой!
Глава 8. НЕКСУС
Эпло неторопливо обходил корабль, заботливо проверяя, все ли готово к полету. Он не проверял гайдропы и такелаж — все эти канаты, которые управляли гигантскими крыльями, как это сделали бы создатели и хозяева драккора, драконьего корабля. Он внимательно осмотрел деревянную обшивку, но не стал проверять стыки. Провел руками по поверхности крыльев, но не искал при этом разрывов и прорех. Вместо этого он изучал странные сложные символы, которые были вырезаны, выжжены, выбиты и нарисованы на крыльях и всей внешней поверхности корабля.
Каждый дюйм был покрыт фантастическими знаками — завитками и спиралями, прямыми линиями и изогнутыми, точками и штрихами, зигзагами, кругами и квадратами.
Проводя рукой по значкам, патрин вполголоса говорил руны. Знаки не только защищали его корабль — они позволяли ему летать.
Эльфы, которые построили это судно, названное «Драконьим крылом» в честь путешествия Эпло в мир Арианус, не узнали бы теперь свою работу. Собственный корабль Эпло был уничтожен, когда он в прошлый раз проходил через Врата Смерти. На Арианусе он присвоил этот эльфийский корабль. Преследуемый древним врагом, он принужден был покинуть Арианус в спешке и начертал только те руны, которые были абсолютно необходимы для того, чтобы он и его юный пассажир выжили при переходе через Врата Смерти. Но в безопасном Нексусе патрин смог использовать время и магию, чтобы приспособить корабль для своих целей.
Корабль, созданный эльфами из империи Трибус, изначально использовал эльфийскую магию в сочетании с механикой. Но, будучи необыкновенно могущественным магом, патрин почти полностью отказался от механики. Эпло очистил галерею от путаницы тросов и изношенной упряжи для рабов, которые управляли крыльями. Сами крылья он оставил раскрытыми и изукрасил рунами их драконью шкуру, чтобы обеспечить подъемную силу, устойчивость, скорость и защиту.
Руны усилили деревянную обшивку, и не существовало в мире силы, которая могла бы сокрушить ее. Знаки, выгравированные на оконных стеклах мостика, уберегали стекло от трещин, одновременно позволяя беспрепятственно наблюдать за тем, что творится снаружи.
Эпло забрался внутрь через кормовой люк и прошел на мостик. Там он удовлетворенно огляделся, ощущая сфокусированную мощь рун.
Он выбросил все тонкие механизмы, которые эльфы придумали для навигации и наблюдения. Мостик, расположенный в «груди» дракона, представлял теперь собой большую просторную комнату, совершенно пустую, если не считать удобного кресла и круглого обсидианового шара на подставке.
Эпло обошел шар кругом, наклоняясь, чтобы как следует осмотреть его. Он старался не прикасаться к нему. Руны, выгравированные на поверхности шара, были настолько чувствительные, что, даже просто дохнув на них, можно было пробудить магию и зашвырнуть корабль неведомо куда.
Патрин изучал знаки, мысленно проверяя свою магию. Заклинания полета, навигации и защиты были завершенными. Полное повторение занимало многие часы, но он был упорен и знал цену ошибкам. И теперь, не найдя ни единой ошибки, был доволен.
Эпло встал и потянулся, разминая затекшие мышцы. Сев в кресло, он взглянул на город, который вскоре должен был покинуть. Влажный язык лизнул его руку.
— Что, малыш? — Эпло перевел взгляд на неописуемого черного с белыми отметинами пса. — Думаешь, я о тебе забыл?
Пес оскалился и завилял хвостом. Заскучав, он задремал, пока его хозяин проверял рулевой камень, и был рад, что ему опять уделяли внимание. Белые бровки над яркими карими глазами придавали животному необыкновенно разумное выражение.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52

загрузка...