ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


ПОИСК КНИГ    ТОП лучших авторов книг Либока   

научные статьи:   пассионарно-этническое описание русских и других народов мира,   конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн,   действующие идеологии России, Украины, ЕС и США  
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Сами понимаете, что для меня это означало жизнь в подполье и на осадном положении одновременно. Поэтому наиболее часто используемым местом встреч стал салон моей машины. Но были и нормальные свидания, были.

,
И хачики с канистрами навстречу Строчка продиктована эпизодом, который действительно имел место быть. Вечером мы припарковались на обочине загородного шоссе, чтобы выкурить по сигарете и, быть может, поцеловаться, как вдруг в боковое стекло постучал сильно замерзший человек армянской национальности и спросил: – Ара, бэнзин найдется, да? А когда узнал, что не найдется, поскольку из-за конструктивных особенностей автомобиля слить остаток топлива из бака через заправочную горловину практически невозможно, слезно умолил меня свозить его на ближайшую заправку, потому что ночью на трассе «ни адын сволоч не остановится, да», а в его «опеле» дореволюционного года выпуска приборы не работают и лампочки не горят.

,
Я грустен, коль тебя не вижу долго,
Я туп, я не владею даже речью А с вами такого не бывало в ту пору, когда вы были влюблены?

.

Тебе восемнадцать, а мне двадцать шесть Вот он, корень всех зол, причина всех несчастий. Восемь лет разницы в возрасте – это всего лишь полшага, если тебе сорок, а ей тридцать два, и чем дальше, тем эта разница незаметнее. Но когда тебе двадцать шесть, а ей восемнадцать, эти полшага превращаются в настоящую пропасть. Несмотря на то что оба мы были москвичами, мы родились в разных странах, воспитывались в разных культурах. Мы принадлежали к разным поколениям, и оба это понимали. Нам нравилась разная музыка, разные фильмы, я был воспитан на чтении книг, ей все заменил телевизор. Я потерял невинность в семнадцать, сейчас, в эпоху очередной сексуальной революции, меня назвали бы «тормозом». Нам было интересно вместе, точнее, ей было интересно со мной, а мне было приятно с ней, но чем дальше, тем отчетливее я видел разделяющее нас расстояние. Любовь любовью, но для того, чтобы двое могли быть вместе долгое время, их должно объединять что-то и помимо любви. А этого «чего-то» у нас не было.

,
Ты любишь «Энигму» Для не особо продвинутых меломанов, к числу которых я отношу и себя, поясняю, что «Энигма» – это такой музыкальный коллектив, состоящий из двух человек и делающий вид, что он играет музыку. Наташу эта музыка расслабляла, у меня вызывала плохо скрываемое отвращение. «Христианские мотивы с сексуальным рефреном» – было написано на коробочке из-под компакт-диска. Я не понимал эту музыку тогда, не понимаю ее сейчас и, наверное, никогда не пойму. Да, я консерватор и ретроград. Я не хочу огульно хаять какое-либо музыкальное течение, раз «Энигма» пишет такую музыку и кто-то даже платит за то, чтобы ее слушать, значит, она имеет право на существование. Но это – не мое

, а я – рок-н-ролл.
Однако мне радостно, что все это есть.
Пока ты со мной, мне не нужен футбол Ради свидания с ней я пропустил матч «Локомотив» – «Реал», состоявшийся в рамках Лиги чемпионов.

.

Ты часто обидчива, часто жестока Она часто говорила мне, что скоро меня бросит, чтобы посмотреть, какая будет реакция. По-моему, она не меньше меня боялась этого момента, понимая его неотвратимость.

,
Я ж – старый моральный урод Нездоровое проявление самоиронии.

.
Во мне уж не осталось жизни сока.
Ночами плачу, часто вру… Ну вот.

И день прошел, закончен стих,
Сейчас пойду я в детский сад за братом Данное произведение стихотворной формы писалось в рабочее время на мониторе офисного компьютера, а в конце рабочего дня мне действительно надо было сходить в детский сад, находящийся от нашего офиса через дорогу. Брат был не моим. Так уж получилось, что в тот день я обещал забрать младшего брата моего компаньона, который задержался в области на тяжелых переговорах с использованием ненормативной лексики и автоматического огнестрельного оружия.

,
Я буду громок, буду тих.
Но по тебе во мне тоскует каждый атом.

Я не поэт, эмоций певец,
И стих мой нескладен, и рифма не та Поскольку я старался быть в этих стихах правдивым человеком, я решил указать на этот факт. Стихи были слабыми – помимо отсутствия рифмы и ритма от четверостишия к четверостишию менялись стилистика и настроение, причем менялись в совсем неожиданную, даже для меня, сторону. Но закончить я решил на оптимистической ноте.

,
И видно, что скоро наступит конец,
Тому, что назвал я просто: «Мечта».

Но стоит лишь тебя увидеть,
Такую юную, румяную с мороза Роман протекал зимой.

,
То прозу жизни я готов возненавидеть.
Подать мне стих! К чертям такая проза! Какие эмоции! Какой накал страстей! Черт побери! «Карету мне, карету!»



Вот я вижу, как вы хихикаете. А зря. В ту пору это был крик души.
Сейчас я и сам хихикаю. А все равно, когда я пишу эти строки и препарирую поэзию собственного производства, становится печально.
Почему мы расстались? Тому было много причин.
Она любила меня, часто говорила мне об этом, но, даже если бы она молчала, я все равно видел бы это в каждом ее взгляде, в каждом жесте. Она любила меня и хотела за меня замуж.
Я жениться не хотел. Даже не то чтобы не хотел, я просто не был к этому готов. Или не чувствовал себя готовым.
Любил ли я ее? Скорее да, чем нет, говорю я сейчас, пытаясь быть честным с самим собой.
Это был странный роман. Я уже указывал, что у нас не было большого выбора мест для встреч, бизнес мой только начинал развиваться, и большую часть времени мы проводили на работе. Это был роман почти без секса. Это был роман взглядов, жестов и мимолетных, словно украденных, прикосновений. Это был роман долгих разговоров, разговоров ни о чем и обо всем. Это было странно. Но, когда это закончилось, я понял, что это было хорошо.
Я был старше ее, и ей со мной было интересно. Она была младше меня, и мне с ней было легко.
Она не была наивна, восемнадцатилетние девушки в наше время редко бывают наивными, но она была чиста. Конечно, она заводила меркантильные разговоры, говорила, что мечтает о выгодном замужестве, но это были слова. Она была романтиком, она жаждала роз, признаний в любви и благородного и чуткого принца на белом коне.
Я не был принцем. К тому моменту я был уже не один раз бит этой жизнью, а занятия бизнесом в нашей стране выдавят романтику из кого угодно.
Но правда заключалась в том, что я испугался. Наши отношения, эти странные отношения, что ни говори, дошли до своей критической точки, и у меня не хватило смелости сделать следующий, логически вытекающий из предыдущих шаг.
Я не говорил ей о любви. Я любви боялся. Любовь – это самая страшная ответственность, которую может взять на себя человек.
После того как ты сообщаешь человеку, что любишь его, и слышишь ответное признание, ты становишься ответственным за все. За счастье и покой, за будущее этого человека, за все его возможные ошибки и промахи, за его победы и неудачи. Экзюпери был прав, он был чертовски мудрым, этот француз.
Я просто не хотел брать на себя эту ответственность. Эмоциями и чувствами я желал ее, желал так страстно, что Ромео по сравнению со мной был малышом из подготовительной группы детского сада. Но разумом, черт бы его драл, этот разум, я понимал, что счастлива она со мной не будет. Я не годился ей в мужья, чисто технически не годился, как деталь от «запорожца» никогда не встанет на «мерседес». Из нашего брака не вышло бы ничего хорошего. В быту я просто невыносим, и я не хотел, чтобы она это узнала. Помните, как сказал Маяковский: «Любовная лодка разбилась о быт»? Я не хотел, чтобы и с нашей лодочкой произошло нечто подобное.
Поэтому, когда наши отношения начали остывать, я позволил им остыть. Не буду говорить, как трудно это было и чего это нам обоим стоило. Мы не кричали друг на друга, не предъявляли никаких претензий и делали вид, что все нормально. Но она плакала по ночам, и я это знал. И я плакал по ночам, но она этого никогда не узнает.
Потом она встретила кого-то другого. Говорила, что он любит ее, говорила, что она любит его, и я делал вид, что верю, хотя все во мне кричало: «Дурак! Останови ее! Верни! Все еще можно исправить!» Но я молчал.
Мы поклялись друг другу в вечной дружбе. Потом она уволилась, и мы перестали видеться даже по работе. Постепенно наши жизненные пути разошлись. Я слышал, что она вышла замуж, но не знал, за того ли парня, который сменил меня, или за кого-то другого. На свадьбу меня не приглашали.
Время лечит все, так говорят. Может, оно и правда, но с тех пор стоит мне только услышать имя «Наташа», как я вспоминаю о тех вечерах, что мы проводили в тесном салоне моей машины, темноту на дороге, изредка нарушаемую вспышками фар, тихую музыку, льющуюся из колонок, и нежность ее губ на моем лице.
Считайте это моим запоздалым признанием в любви. Прости меня, Наташа.
За все те цветы, что я тебе не подарил, за все те нежные слова, что я тебе не сказал, за все те обещания, что я тебе не дал. Прости.

Итак, подведем итоги. У меня в жизни была первая любовь, долгая и безответная любовь, безумная страсть, искренняя симпатия, печальная поздняя любовь.
К тому времени, как я ступил на тропу войны с Темным Властелином, по отношению к женщинам я был законченным циником и считал, что все они, независимо от возраста, социального положения, сексуальной привлекательности, цвета кожи и прочих других параметров, во время оргазма шепчут «люблю» абсолютно одинаковыми голосами.

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ,
в которой герой находит Моргана и теряет голову

Нетерпеливый читатель спросит: а за каким чертом вообще нужна была тринадцатая глава? Мудрый и проницательный поймет и улыбнется в бороду, если у него есть борода.
Если же бороды у него нет, он просто улыбнется.
В тринадцатой главе я рассказал о пяти женщинах, которые были в моей жизни, о пяти разных этапах поисков большой и настоящей любви. Это было, с моей точки зрения, совершенно необходимо, ибо в четырнадцатой главе поиски благополучно завершились.
Их результат стоял по левую руку от Бранда, на одной ступени с Морганом. Когда я поднимался по лестнице, наши с ней взгляды встретились.
Вас когда-нибудь били по голове кузнечным молотом? У меня ощущение было примерно такое же, в глазах потемнело, дыхание перехватило, а вокруг головы принялись кружиться звездочки, как это бывает с героями диснеевских мультфильмов.
Слова бессильны, чтобы описать ее. Бумага воспламенится под ними, микропроцессоры сгорят после нажатия клавиш, только кисть великого мастера сможет передать ее красоту. Я не буду и пытаться.
Читатель, если ты мужчина, то вообрази женщину своей лечты, ведь у каждого мужчины должен быть такой образ. Если же ты женщина, вообрази свою самую страшную соперницу.
Мои ноги автоматически поднимались по ступенькам, но глаза не могли оторваться от чудесного видения. И ее глаза тоже смотрели на меня.
Я остановился, наткнувшись на спину сэра Реджи, закончившего свое восхождение. Я пожал руку Моргана и вполуха слушал приветственную речь Бранда. В тот миг мир, оба моих мира, перестали для меня существовать, все потеряло свое значение, мы остались с ней вдвоем.
Если любовь с первого взгляда существует, то это была она. Если не существует, значит, я создал ее в тот миг, когда увидел прекрасную незнакомку.
С этого самого мига я был обречен.

Бранд, вне всякого сомнения, был одним из самых могущественных представителей этого мира, а также одним из самых мудрых и старых. Но он оказался своим парнем, не кичился возрастом, мудростью и властью, держал себя просто, как и подобает реальному пацану. Его приветственная речь выглядела примерно так:
– В тяжелые и темные времена посетили вы мой город, и все же я рад вас приветствовать. Многое зависит от вашего похода, многое зависит от каждого из вас, и я готов помочь вам в вашем деле. Мой старый друг Морган пришел ко мне и попросил меня об этом, ему я не могу отказать.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78
Загрузка...

научные статьи:   расчет возраста выхода на пенсию в России,   схема идеальной школы и ВУЗа,   циклы национализма и патриотизма  
загрузка...