ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Улыбка Хаммерсмита была похожа на приставленное к горлу холодное лезвие клинка.
— Не скромничайте, мой друг. На этот раз со мной будете вы.
* * *
— Проклятая ирландская погода, — пробормотал едущий рядом с Весли Эдмунд Ледимен.
Комок грязи, вылетевший из-под копыт лошади, ударил Весли по колену.
— Полностью согласен, — произнес он в то время, как грязь залетела в голенище его сапога.
Голуэй остался далеко позади, но самая трудная часть перехода была впереди, среди скал Кон-немары, где в воздухе носилась таинственность, а неистовые воины прятались в болотах и горах. Весли не понравился Ледимен, этот толстогубый, с отвратительным запахом изо рта республиканец из Кента. Весли обнаружил, что ему не нравится большинство английских солдат. Но они тоже могли быть полезными ему.
— В последнем наступлении вы тоже принимали участие, Ледимен? — спросил он.
Ледимен дернул за полотенце, которое он носил повязанным ниже шлема, чтобы защитить шею от стекающих капель дождя.
— Конечно. И в четырех предыдущих кровопролитных маршах тоже.
— Тогда вам должна быть понятна тактика Фианны.
— Да. Эти ублюдки всегда нападают на продовольственные повозки, вот почему на этот раз мы прикрывает их. Они этого не ожидают. Крадут продовольствие прямо из-под носа, вот что они делают.
— Возможно, потому что голодают.
— Вот именно! — Ледимен вглядывался в мокрую зеленую темень. — Мы здесь в безопасности, я думаю. Они никогда не нападают при дневном свете, эти подлые и кровожадные мужики. — Капелька дождя повисла у него на кончике носа, он вытер ее рукавом, продолжая сыпать проклятиями.
— Тогда почему вы продолжаете участвовать в походах?
Ледимен с удивлением посмотрел на него. — Из-за проклятой добычи, из-за чего же еще?
— Добыча, которую вы получили к настоящему моменту, значительно превосходит ту, которую вы можете получить в этих краях.
— Я говорю о Клонмуре, — возразил Ледимен. — В этом замке есть сокровище, заслуживающее королевского выкупа.
— Кто вам это сказал?
— Об этом говорят уже много лет.
Весли покачал головой и посмотрел вниз. Промокшая от непрекращающегося дождя, кобыла тяжело ступала с тупой терпеливостью. Жаль, он не может сказать, что был в Клонмуре. Ледимен был обманут так же, как и любой другой человек, поверивший в эти россказни. Выгода от обмана для Хаммерсмита была очевидной. Сооблазняя солдат обещаниями богатой добычи, он добился повышения интереса к военным действиям и снижения дезертирства. Ледимен ехал верхом с беззаботной легкостью профессионального солдата. Дурак. В Клонмуре нет никаких сокровищ.
«Нет, есть, — поправил он себя. — Кэтлин Макбрайд». Драгоценнее золота, эта красивая женщина отчаянно защищающая свое достоинство.
Ему не хотелось думать о ней. Он обманул ее, не сказав о своих истинных целях, и сейчас направляется к ее дому с армией, однако был не в состоянии сдерживать свою нежность к ней.
Мысли о Кетлин преследовали его каждый день и врывались в сны каждой ночью. Однажды он видел ее, когда спал в сыром спальном мешке возле берегов Лох-Каррибского озера. Она стояла на прибрежной полосе среди беспорядочно разбросанных скал. Гордая и легко ранимая, с удивленным выражением лица, с развевающимися на легком ветерке рыжевато-каштановыми волосами, волнами спадающими на плечи. Ее свободная блузка казалась экзотичной в своей простоте, а женственные линии фигуры не нуждались в корсете. Он ощущал ее потребности, ее желания, потому что внутри него разгоралось такое же сильное ответное чувство. Она подняла руки и сделала шаг ему навстречу, улыбающаяся, стремящаяся к нему, как будто он соответствовал всем ее заветным мечтам. Он прикоснулся губами к ее губам, прижимаясь к ним все сильнее и сильнее, пока она не прильнула к нему и не вскрикнула…
— Стража!
Весли сел и всмотрелся в темноту.
— Стража!
Разбросанные повсюду костры горели слабо, отбрасывая на стену леса громадные тени суетящихся мужчин.
— Стража! — этот разъяренный крик доносился из штабной палатки Хаммерсмита. — Смит! Белл! Лэм! Вперед и по центру.
К тому времени, как Весли добрался до палатки, командующий выстроил ночной караул и расхаживал перед ними, похлопывая плетью по ногам.
— Никто из вас ничего не слышал?
— Ни единого звука, капитан.
— Ни единого писка. Ничего, даже хлопанья крыльев летучей мыши.
— Тогда как, скажите, — вопрошал Хаммерсмит с сарказмом в голосе, — объясните вы вот это? — между большим и указательным пальцами Хаммерсмита раскачивался недавно сорванный трилистник (Трилистник — эмблема Ирландии).
— Так это растет как сорняк по всей Ирландии, сэр.
— Но не на моей груди и не во время моего сна! — зарычал Титус Хаммерсмит. — Какой-то подлый ирландец оставил это как знак или…
— Предупреждение? — подсказал Весли. Он направился к задней стороне палатки, обращенной на скалистый берег озера, дотронулся до брезента и нашел место, где был сделан разрез ножом. Отверстие было столь мало, что взрослый человек не мог бы проникнуть через него.
Озадаченный, Весли вошел в палатку через вход. Факелы, горящие снаружи, отбрасывали жуткие тени на брезент. Кровать Хаммерсмита стояла в нескольких футах от разреза. Похоже, что проникновение в палатку было не единственной целью.
— Вот как проник сюда незваный гость. — Весли показал на разрезанную парусину. — Есть еще какие-нибудь следы?
Хаммерсмит бросил вокруг беглый взгляд.
— Нет, я… — он рассеянно дернул за свисающий локон. — Отрезан! — взревел он так, что Весли подскочил. — Боже, ирландский дьявол отрезал мой локон! — Он откинулся назад, как если бы был смертельно ранен. — Я слышал, что древние кельты использовали человеческие волосы в своих заклинаниях.
— Могло быть и хуже, — пробормотал Весли. — Незваный гость мог перерезать вам горло.
Он начинал понимать ирландский характер. Они были воинами, а не хладнокровными убийцами.
— Иисус, капитан! — воскликнул его лейтенант. — Вы думаете, он охотился за вами?
— Заткнись, — цыкнул на него Хаммерсмит. Он повернулся к Весли. — Найди этих дьяволов. Найди немедленно.
Весли вел на север группу всадников. Их окружала плотная темнота, и все больше голосов требовали зажечь смоляные факелы, которые они везли с собой. Как и все кавалеристы, Весли носил мундир из толстой бычьей кожи, надетый поверх доспехов, закрывающих его спереди и сзади, и устрашающий железный головной убор. Кроме факелов у них были с собой мечи, пики и мушкеты.
Всегда жившее в Весли чувство порядочности, которое когда-то привело его в семинарию в Дуэ, подкралось к нему на цыпочках и похлопало по плечу. Усилием воли он отогнал его. Сейчас некогда было нянчиться со своей совестью. Они подошли к гряде гор, спускающихся вниз к озеру.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98