ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


В этом конфликте, в отличие от Бармина, который называл обоих виноватыми, я бы скорее назвал обоих правыми. Глушко действительно хорошо работал. Он почти никогда не опаздывал, не нарушал договорные сроки. Его двигатели были отработаны на стендах, и по их вине полигонные испытания срывались действительно редко, во всяком случае реже, чем по вине Королева. И принцип его: «если каждый сделает свою работу хорошо, общая работа будет тоже хороша», – логически безупречен.
Но прав и Королев, упрекающий Валентина Петровича в заносчивости и индивидуализме. Эти черты вряд ли станут отрицать люди, знавшие его. Индивидуализм Валентина Петровича был не только его личной чертой, но и распространялся на Дело. ОКБ Глушко было несравненно более изолированным, нежели ОКБ Королева. «В нашу работу втянуты очень многие организации и институты, практически по всей стране, – писал Королев. – Много разных мнений, много опытов, много самых различных результатов – все это должно дать в итоге только одно правильное решение». Королев всегда тяготел к синтезу. Делясь своими сокровенными мыслями с женой, в том же самом письме, в котором он критиковал своего давнего соратника, Сергей Павлович писал: «Кроме того (и это, пожалуй, самое важное), моя лично задача состоит в том, чтобы сплотить, а не разобщить нашу группу конструкторов, которая столько создала за эти годы. Ведь вместе – мы сила в нашей области техники.
Все, конечно, объясняется тем периодом неудач, через который мы сейчас проходим.
Мне думается, что до берега уже не так далеко и мы, конечно, доплывем, если только будем дружно вместе выгребать против волн и штормов...»
Они доплыли тогда до берега, но объяснять все лишь «периодом неудач» было бы неверно. Еще когда «семерка» только завязывалась, Королев говорил с Глушко о двигателях для этой ракеты. Идеально было бы иметь пять мощных двигателей – по одному в каждой «боковушке» и в центральном блоке.
– Этак, чего-нибудь тонн под семьдесят пять каждый, а? – подзадоривал Сергей Павлович.
Глушко отказался. Его возмущало, что Королев нарушает границы его суверенных владений. Он сам знает, какие двигатели нужны новой ракете. Таких, о которых говорит Королев, никто еще не делал. Глушко боялся разрушающих детонации и акустических колебаний, вероятность появления которых росла с увеличением объема камеры сгорания. Но если бы он все-таки сумел сделать такой двигатель, у него не было стендов, на которых его можно было бы испытать. 75-тонник просто разворотил бы его стенды и все. Значит, нужно строить новые стенды – новые деньги, новые хлопоты.
Глушко был прав: вторжение в неизведанные области двигателестроения сулило массу неожиданностей. Никаких гарантий успехов он дать не мог. А гарантий требовали. Всегда стремящийся к простоте и надежности, Королев позволил ему переубедить себя: действительно, двадцать маленьких, но хороших ЖРД, наверное, лучше, чем пять больших, но плохих. И двигатели на «семерке» оказались действительно очень удачными, безотказными.
Таким образом, историю разногласий «СП» и «ВП», как все их называли, нельзя объяснить лишь неудачными пусками Р-7, – они начались задолго до них и продолжались после них. Новый нажим Королева на Глушко начался, когда задумывалась ракета Р-9.
Сразу после начала испытаний Р-7 стало ясно, что огромная эта машина для военных целей малопригодна. Многодневная подготовка ракеты к старту, очень дорогая и в то же время очень уязвимая стартовая позиция, на которой готовая, уже находящаяся на боевом дежурстве ракета должна постоянно подпитываться жидким кислородом. Военным нужна была надежная, дешевая, желательно небольшая ракета, которую можно было бы упрятать в шахту, хранить в этой шахте сколь угодно долго и запускать нажатием кнопки. Физики тем временем сумели значительно сократить вес атомной боеголовки, и стало ясно, что сделать такую ракету, какая нужна военным, в принципе можно. Ею занялись сразу в трех КБ: у Королева, Янгеля и Челомея – нового Главного конструктора ракетной техники. Постановление правительства о разработке новых ракет: Р-16 – в ОКБ Янгеля и Р-9 – в ОКБ Королева – датированы одним днем: 13 мая 1959 года.
Глушко считал, что Р-7 будет последней ракетой, которая летает на жидком кислороде. Душа его к кислороду не лежала давно, с 30-х годов, с РНИИ, где он занимался только двигателями на азотно-кислотном окислителе, в отличие, скажем, от Тихонравова, который выбрал кислород. Работы, начатые в РНИИ, Глушко продолжил и после ареста в казанской шараге, где он тоже проектировал двигатели на азотной кислоте. Кислородом его заставил заниматься фон Браун. И пошло: Р-1, Р-2, Р-5, Р-7 – все самые знаменитые ракеты Королева летали на кислороде, и Королев любил кислород! Тоже с юных лет любил, с ГИРД, когда в Нахабине замораживали они в голубой жидкости лягушек до стеклянной хрупкости. Ракеты на азотке Королев называл «грязными», терпеть не мог вонючих, ядовито дымящих луж.
Однако в своем «неприятии азотки» Королев оказался в одиночестве. Первым, кто сразу отказался от кислорода в пользу высококипящих компонентов, был Янгель. Люди осторожные рекомендовали Михаилу Кузьмичу начать с какой-нибудь маленькой ракетки, «потренироваться». Но, как уверенный в себе тяжелоатлет, Михаил Кузьмич сразу «заказывает большой вес»: начинает с ракеты среднего радиуса, – «для Европы», – как он мрачновато шутил. В мае 1957 года ее привезли в Кап.Яр. Королев приехал посмотреть. Первый старт прошел без замечаний.
– Первый пуск, это еще не пуск, – небрежно сказал Сергей Павлович.
Янгель улыбнулся. Он слишком хорошо знал Королева и понимал, что происходит сейчас в его душе.
Следом в Днепропетровске начинается работа над межконтинентальной баллистической ракетой Р-16. Обогнать «семерку» Янгель не может. Испытания новой машины были отброшены назад и гибелью группы ракетчиков во главе с маршалом Неделиным. Но Р-9 – новую ракету Королева – Янгель обгоняет. А следом уже Челомей со своей первой баллистической ракетой УР-100. Эти ракеты, заправленные несимметричными диметилгидразином (который, в отличие от спирта, пить нельзя) и азотной кислотой (которая, в отличие от жидкого кислорода, не кипит даже летом), можно было держать в шахте заправленными и готовыми к пуску весьма долго.
А Королев уперся. Его горячо и искренне поддерживал Мишин, который был еще более предан кислороду, чем сам Королев. Получилось, что теперь Глушко работал с Янгелем и Челомеем от души, а с Королевым – по принуждению. Это чувствовалось сразу, и Королев ревновал. Конфликт углублялся. Попытка Хрущева в начале июня 1964 года примирить Королева с Глушко окончилась неудачей.
Ракета Р-9 весила всего 82 тонны и в сравнении с огромной 300-тонной «семеркой» выглядела просто маленькой.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 169 170 171 172 173 174 175 176 177 178 179 180 181 182 183 184 185 186 187 188 189 190 191 192 193 194 195 196 197 198 199 200 201 202 203 204 205 206 207 208 209 210 211 212 213 214 215 216 217 218 219 220 221 222 223 224 225 226 227 228 229 230 231 232 233 234 235 236 237 238 239 240 241 242 243 244 245 246 247 248 249 250 251 252 253 254 255 256 257 258 259 260 261 262 263 264 265 266 267 268 269 270 271 272 273 274 275 276 277 278 279 280 281 282 283 284 285 286 287 288 289 290 291 292 293 294 295 296 297 298 299 300 301 302 303 304 305 306 307 308 309 310 311 312 313 314 315 316 317 318 319 320 321 322 323 324 325 326 327 328 329 330 331 332 333 334 335 336 337 338 339 340 341 342 343 344 345 346 347 348 349 350 351 352 353 354 355 356 357 358 359 360 361 362 363 364 365 366 367 368 369 370 371 372 373 374 375 376 377 378 379 380 381 382 383 384 385 386 387 388 389 390