ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Впрочем, и здесь не было ничего странного, парни они видные.
Однако машина, на которой они подъехали к кафе, подкачала – запыленная старенькая «девятка», выкрашенная в такой же древний цвет «мокрого асфальта».
Они сидели за столиком открытого кафе, в основном беседу вел Норик. И чем больше времени они проводили вместе, тем настойчивее, но вполне корректно он переводил разговор в интимное русло. Армянин говорил с еле заметным южным акцентом.
Для подобных случаев все было готово: двухкомнатная квартира, тяжелые плотные шторы, которые даже в солнечный день не пропускают свет, приличный набор армянских коньяков и вин, легкая музыка.
Вскоре обе девушки, забыв об элементарной осторожности, уже шагали в сопровождении парней к запыленным «Жигулям». Внезапно дал о себе знать запищавший пейджер. Норик прочел сообщение и простонал:
– Как же не вовремя...
– Что случилось? – спросил Андрей.
– Родственники приезжают, придется ехать на вокзал. Машину дашь? – спросил он.
Андрей молча полез в карман. Оганесян подумал, что за ключами, и протянул руку, но Яцкевич вложил ему в ладонь мятую купюру и пояснил:
– На такси. До вокзала как раз хватит.
Яцек не поверил тогда приятелю. Скорее всего, Норик получил сообщение от очередной подруги.
Встречать родственников – было грубо даже для Андрея. Ему же теперь выпало отвезти девушек поближе к их дому.
Яцкевич любил быструю езду, он напрасно сигналил навороченному джипу, который чинно двигался по крайней левой полосе, не думая перестраиваться.
Андрей обошел его, выехав за осевую, и резко затормозил на красный свет светофора. Удара сзади удалось избежать только благодаря безотказным тормозам «Форда». Джип встал как вкопанный, его дверцы тут же распахнулись, выпуская пару крепких ребят.
Не сговариваясь, они молча снесли боковые зеркала с «девятки» Яцкевича, пару раз приложились по крыше и через тонированные стекла пытались разглядеть водителя.
Андрей не сразу отозвался на стук, несколько секунд он смотрел на побледневших девушек, затем распахнул дверцу.
Крепыши ожидали чего угодно, только не нападения. Яцкевич с шагом в сторону обратной стороной ладони нанес сильный удар в шею противника и добавил левой ногой под колено. Парень рухнул возле машины. Второго Яцкевич уложил несколькими хорошо отработанными ударами рук. Потом посшибал с «Форда» зеркала и выбил заднее стекло.
Да, тот день Андрей помнил очень хорошо. Ему еще тогда показалось странным, как неестественно быстро Норик покинул компанию. Впрочем, стоп!
Если армянин пошел на дело именно в тот день, то его внезапный уход выглядит еще более странным.
По идее, он должен был заранее знать о часе, месте и тому подобных мелочах, а тут, выходит, кто-то скинул ему на пейджер сообщение: не забыл, мол, что предстоит работа? Андрей тяжело вздохнул. А почему бы, собственно, и нет? Ведь Рожнов сегодня наглядно продемонстрировал, что может внезапно поставить перед фактом.
* * *
– Сумбурно.
– Что? – не понял Оганесян, глянув на Андрея.
– Я говорю: сумбурно все вышло. Обычно так не делают. Вообще мне не понравилось, как будто я парню проветрил мозги за превышение скорости. Ехал человек, ехал, потом решил давануть на тормоз...
– А ты ничего ему не припел? – с подозрением в голосе спросил армянин.
– Мы оба молчали как рыбы. Но он вдруг занервничал, когда ты на обгон пошел. Видно было, что парень ждал неприятностей, шарахнулся от простого маневра. Потом вдруг как заорет: «Это ты?!»
– И что дальше? – Норик снова повернул голову.
– Я говорю: «Манты!» И прекратил разговор. Еще чуть-чуть, и он угробил бы нас обоих. Поэтому я и говорю – сумбур. Не люблю так работать. За каким, спрашивается, хреном писал я однажды о своих качествах? Чтобы в один прекрасный момент мне дали вонючий газовый пистолет, посадили в машину: мол, дернется водила, убей его.
– Тебе надо расслабиться. – Норик по себе знал, что за такими разговорами кроется крайнее возбуждение. Вскоре оно пройдет. Например, на самого Норика в таких случаях обрушивался небывалый аппетит, он глушил водку стаканами и не пьянел, зато притуплялись чувства и проходила дрожь, которая давала знать о себе спустя час или даже два после выполнения работы.
– Надо, – отозвался Андрей, прикуривая очередную сигарету. – Посидим вечерок в кафе, а, Норик?
– Не-е, – Оганесян покачал головой, – сегодня я занят.
– Ладно, попробую Белоногова сосватать. Кстати, ты не знаешь, его братан уехал в загранку?
– Нет еще, точно знаю. Завтра он играет последний матч. Белый приглашал, я говорю, завтра посмотрим, как сложится.
– А меня не пригласил.
– Не бери в голову, еще надоест со своими просьбами, про судью еще не раз вспомнит. Если что – пойдешь на игру?
– Я лучше в тир схожу. Не нравится мне баскетбол – бегают по площадке полтора десятка орясин за большим апельсином, руками машут... В спорте мне нравятся только одиночные поединки.
62
Олег Шустов встретился с полковником Рожновым в половине одиннадцатого вечера возле кинотеатра «Огонек». До ночного сеанса оставалось полтора часа, молодежь оккупировала две трети столиков в открытом кафе возле кинотеатра.
Рожнов глазами отыскал свободный столик и первым шагнул за низкое ограждение. Шустов проследовал за начальством.
В этом кафе не было официантов, все, что имелось в ассортименте, отпускалось непосредственно со стойки. Полковник взял инициативу на себя и вскоре вернулся на место с двумя пол-литровыми стаканами ледяной пепси-колы.
Самолично прибыть в Юрьев Рожнова заставили не только дела, связанные с Валентиной Ширяевой.
Для Олега его визит стал полной неожиданностью.
Он не спеша потягивал прохладительный напиток, ожидая объяснений.
– Как ты знаешь, через пять-семь дней предстоит работа в Москве, – коротко сообщил полковник.
Шустов кивнул. Пока Яцкевич с Оганесяном знакомились с гостиницей «Олимпия», командир лично занялся оружием. В этой операции было решено задействовать американские штурмовые винтовки «Кольт 5,56». Кроме них, в арсенале команды Шустова был облегченный вариант винтовки «М-16» для бесшумной стрельбы – четыре единицы, и еще несколько единиц иностранного производства, включая десантный вариант автомата Калашникова производства Югославии.
– Будете работать автоматами «уивер», – неожиданно сообщил Рожнов, – пистолеты – «зиг про».
– Почему ты решил поменять оружие?
– Если бы я один решал эти вопросы, – вздохнул Рожнов, посылая долгий взгляд на собеседника. – А оружие получишь непосредственно перед операцией, раньше нельзя.
Олег только сейчас заметил, что глаза полковника покраснели, веки заметно набухли. Он показался ему гораздо старше своих сорока шести. Шустов невольно проникся к нему сочувствием, сожалея о недавнем, не очень приятном разговоре с Рожновым. Он даже припомнил его интонацию, когда Михаил с горечью проронил: «Ты стал меня недолюбливать. Это оттого, что я теперь твой начальник?»
Раньше у них были иные отношения, скорее приятельские, когда Рожнов посещал центр специальной подготовки ФСБ. У них было что-то общее, у каждого – по разводу и никаких намеков на очередной брак.
Тогда после разговора с Рожновым Олега охватила тоска по дочке, и он, как в кино, долго стоял под дождем, глядя на освещенные окна своей бывшей квартиры... Не по-осеннему крупный и холодный дождь хлестал его по щекам, ноги коченели в пенной луже, а он все стоял и стоял, не решаясь подняться на этаж, пока в окнах не погас свет.
Он даже не подумал о том, что в доме теперь другой хозяин, которого дочка зовет папой. Он понял это только наутро, когда сжал руками гудевшую с похмелья голову.
И вот сейчас вспомнил все – и осенний дождь, и погасшие окна, и сразу же Михаила Рожнова, который стал его начальником.
Олег встряхнулся, отгоняя прочь тоскливое настроение, от которого стало вдруг совестно. С долей опаски, еще ощущая в душе неустроенность, он посмотрел на собеседника, словно тот мог прочитать его мысли.
– Почему ты решил поменять оружие? – повторил он вопрос.
– Помнишь случай с вымогателями из Питера?
Олег кивнул. Только вымогателями тех подонков можно было назвать с натягом, скорее всего бандой профессиональных убийц. Шустов с командой отработали тогда оружием, тайно вывезенным с места временного хранения довольно крупной криминальной группировки, контролирующей компьютерный бизнес северной столицы. Таким образом убили двух зайцев: главари банды рэкетиров отошли в мир иной, а на месте убийства оперативники нашли оружие и быстро выяснили, кому оно принадлежит, благо на складе преступной группировки осталось еще несколько стволов из той же партии, плюс отпечатки пальцев, сохранившиеся на задействованном в расстреле бандитов оружии. Полтора десятка питерских рэкетиров оказались за решеткой. Следствие уже закончилось, теперь их ждет суд. Кстати, даже опытные адвокаты не верят ни единому слову подзащитных, которые устали повторять, что их подставили.
Но дело не в этом, а в том, что вначале предполагали подставить одну группировку, а за неделю до операции выбор пал на другую. Вот и сейчас оружие поступит, по словам Рожнова, только непосредственно перед операцией. Полковник ничего не объяснял тогда, промолчит и сейчас.
Тут не до подстав. Подобрать надежное оружие – один из главных моментов операции. Хотя... Перебарывая недовольство, Олег все же вынужден был признать, что «уивер» тоже отличные автоматы, с точным и акцентированным огнем при отменной проникающей способности. Судя по всему, операция будет носить скоротечный, интенсивный характер, огонь придется вести на коротких дистанциях, и характеристики американского автомата вполне подойдут. По идее, их не обязательно пристреливать, просто проверить готовность к работе.
Однако существует масса оружия «уивер», еще неизвестно, что предложит Рожнов. К примеру, «АП-9», у которого отсутствует приклад, стреляет только одиночными выстрелами. Именно эту марку предпочитает Андрей Яцкевич.
Полковник развеял сомнения собеседника, сказав, что в их распоряжении будут автоматы для бесшумной стрельбы, оснащенные оптикой и лазерными целеуказателями.
Немного помолчав, Рожнов продолжил, что, дескать, это не его прихоть, он выполняет приказы, что нельзя упускать этот шанс и так далее, не забыв упомянуть (что прозвучало, на взгляд Олега, не совсем искренне) о тех негодяях, которые вскоре окажутся за решеткой и поэтому дышать станет легче. Олег нехотя принял застарелую сентенцию начальника.
– Ладно, о чистоте воздуха поговорим в другой раз. Сколько нам заплатят сверху?
Рожнов покачал головой: тема о чистоте воздуха незримо присутствовала всегда, но за кровавую работу приходилось расплачиваться наличными.
– Нисколько, – устало ответил он. – Будете работать по тарифу. Наш фонд усох на треть, часть пришлось заплатить агентам за сбор информации. Перестань им платить, и они развяжут языки, а я хочу избежать лишних разговоров в управлении.
– Когда и где мы получим оружие?
– В забронированном мною номере в «Олимпии». – Рожнов вынул из кармана бумажный пакет и передал его Шустову. – Кроме фотографий клиента и прочих бумаг, в пакете есть подробный план отеля, пожарные лестницы, черные ходы и так далее. Яцкевич с Оганесяном уже познакомились с планом. – Полковник неожиданно нахмурился.
– Что-то случилось? – спросил Олег.
Рожнов, отдавая распоряжение на ликвидацию Мигунова, успел расспросить Яцека о деталях знакомства с «Олимпией» и передал командиру группы короткий пересказ Яцкевича.
– В общем, наши друзья зашли в ресторан – доступ туда свободный, на этажи попасть сложнее. Посидели. Норик подал идею – как без проблем попасть в сам отель. Одним словом, снял путану, она повела его к лифту, чтобы подняться в номер. А там менты разговаривают с охранником. Вот они Норика, как лицо кавказской национальности, и задержали. А у него с собой никакого документа не было. Оганесян отстегнул им пару сотен, менты разрешили пройти. Через час он вернулся под ручку с барышней и говорит Андрею: «Теперь иди ты». Одним словом, Норик нарисовался перед охранником и нарядом милиции.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55

загрузка...