ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


ПОИСК КНИГ    ТОП лучших авторов книг Либока   

научные статьи:   демократия как основа победы в политических и экономических процессах,   национальная идея для русского народа,   пассионарно-этническое описание русских и других народов мира и  закон пассионарности и закон завоевания этноса
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Куры служили предлогом. Ей просто хотелось быть рядом со стариком.
Родителей Али нашел повешенными на старой чинаре, которую отец посадил перед тем, как заложить фундамент дома.
— Больше тысячи семей бежало из Ферганы. Мы подались в Ош, к сестре жены, — говорил мужчина, глядя куда-то поверх Святого. — Муж ее умер от рака. Хлопковые поля опылял ядохимикатами. Дом остался пустой, без хозяина…
За что Аллах гневается на нас? Принесли беду и к ней!
История повторилась в Оше с точностью до мелочей. Активисты «Ош аймагы» взяли семью Сулейманова на заметку, внесли в свои черные списки подлежащих выселению с исконно киргизской земли. Ночью в окна летели камни. «Москвич», на котором удалось уехать из Ферганы, раздолбали монтировками. Ломали на глазах у хозяина и вызванного наряда милиции.
— Я держался до последнего, — тягуче, нараспев говорил Али, — надоело бегать. Намаз совершал пять раз в день, просил заступничества у Аллаха. Мы же с киргизами единоверцы, мусульмане. Меня на работе мастер-киргиз предупредил: «Бегите, ночью вас жечь будут…» У него сын, студент пединститута, с волками из «Ош аймагы» связан. Решил я принять смерть. Встретить сволочей и хоть одному перегрызть глотку зубами. Из-за детей ушел. Кто о них позаботится? Опять все бросили, некогда было собираться. Мастер о погроме перед концом смены сказал. Вроде и совесть чиста, и свои не заподозрят!
К костру подошел Голубев.
— Можно, я с вами посижу? — спросил он у женщин, а не у командира.
— Василий, ты чего полуночничаешь? — удивился Святой и подвинулся. — Не выспишься…
— Вас долго не было, забеспокоился! — У сержанта на плече висел автомат, и сыновья Али, как все мальчишки, безотрывно глазели на оружие.
— Уважают вас солдаты, командир! — отметил мужчина. — Беспокоятся, ишь ты! Моему старшему через год идти служить.
— Я тебя не оставлю! — воскликнул черноволосый юноша.
Отец с умилением посмотрел на первенца.
— Жеребенок! Брыкается! Мальчик, а уже волосы седые мать заметила. Знаете, как лошади своих жеребят от волков отбивают? Становятся кругом, мордами внутрь, а задними ногами наружу и бьют волка копытами, жеребят мордами придерживают, закрывают им глаза, чтобы серого не испугались. Отгонят волка, тумаков навешают, и самый сильный конь гонит его, пока не затопчет. К чему это я? — растерянно вымолвил Али. — Не справиться мне с волками…
— Брось, папаша! Мы эту сволоту к ногтю прижмем. Аж сок из них брызнет, — рассек кулаком воздух Голубев. — Стаю одну уже погоняли маленько с товарищем лейтенантом и ребятами.
Мужчина помолчал. Видимо, он собирался с мыслями, чтобы сказать что-то важное.
— До вожаков, матерых волков, вам не добраться, парень, — наконец произнес он с расстановкой. — Они людей стравливают, кровопусканием занимаются! Дурачье с дубинами их приказы выполняет! Я человек темный, необразованный, университетов не кончал, но, по моему разумению, Москва слабину дала, вот местные начальнички и зашевелились, унюхали, что всю власть к рукам прибрать можно.
Надо только науськать молодняк неопытный, указать им врагов, резню устроить, а потом всем сказать: «Видите, что без хозяина делается. Аида к нам под крыло!» В России, может, и по-другому, а у нас вот так…
С Али Святой проговорил до утра. У жены Кучаева одолжил бутылку водки, приказал Голубеву принести три картонных ящика с сухпаем и расчистить место в казарме для женщин и детей.
Утром турки засобирались в дорогу, но по рации пришло сообщение о волнениях в Узгене. К тому же у крошечной годовалой дочери Али поднялась температура.
Кучаев равнодушно согласился с тем, что беженцев надо оставить, пока все более или менее не утрясется и не выздоровеет ребенок. Лейтенант заявил:
— По фигу мне все! И склады эти, и армия, и.., и все вообще!
Присутствовавший при сем Голубев меланхолично отметил:
— Жена не дала! Страдает мужик!
Сержант взял под свою опеку больную девочку. Принес матери баночку барсучьего жира, присланную отцом-охотником, собственноручно растер тело ребенка и раздобыл у жены Кучаева пачку дефицитного, как и все лекарства, аспирина.
— К дембелю, Васька, вторую профессию освоишь — врач-педиатр! — дружелюбно подначивали солдаты своего отделенного.
Дети привязались к добродушному уральскому парню.
Василий был старшим в многодетной семье и с малолетства привык нянчиться с сестренками.
— Дядя Вася! Моя кукла капризничает! — бегала за сержантом шестилетняя турчанка с именем тургеневской героини Ася. — Накажи ее.
Голубев сажал ребенка на плечи и носился среди угрюмой военной техники.
Сам Сулейманов строго выполнял поставленные условия: не приближаться к бункерам и поменьше ходить по территории складов. Он и его сыновья часами просиживали на пятачке у въездных ворот, кипятя на костре чай и переговариваясь о чем-то своем.
— Идти надо, а куда — не знаю! — жаловался он Святому. — В Чуйской долине есть кишлаки турок-месхетинцев.
Можно к ним податься. Но опять же нехорошее место.
— Почему?
— Конопля, мак опиумный… Народ там очумевший. — Али переходил на шепот:
— Наши тоже опиумом приторговывают. У каждого плантация есть, иначе не прожить… Вылечится дочь, поведу своих в долину. На колени встану перед Мамедом, пусть участок выделит, денег на жизнь даст. Все отработаю, до единой копейки…
— А кто это Мамед?
— Авторитет! Ему все мак сдают!
— Пахан долины? Не дури, Али. Не связывайся с наркотиками, — убеждал его Святой. — Руки есть. Перебирайся в Россию. Будешь жить как человек.
— Нет, командир. Считай, пятьдесят лет честно жил.
И что? Не хочу, чтобы моя семья голодала и без дома была.
Мамед лучше своих людей бережет, чем государство. У него своя страна и свои законы. Буду мак растить. Пусть жрут эти сволочи — подохнут быстрее! Они без дури дышать не могут.
Для них и буду стараться. Нет, командир, перевернулся мир.
Попробуем жить по-другому…
Тут с очередной инспекцией подоспел подполковник Дронов и, разумеется, устроил Святому разгон.
— Снова выкрутасы, старший лейтенант! — возмущался гэрэушник. — Опять своевольничаешь! Это же все равно что волка в овечье стадо запустить! По агентурным сведениям, именно турки сколачивают боевые группы, вооружаются для отпора киргизам! Вы понимаете?! Куда он собирается перебираться?
— В Чуйскую долину, — ответил Святой.
— Пожалуйста! — торжествующе закричал подполковник. — Заповедник наркобизнеса! Там, именно там следует ждать нового конфликта. Рогожин, идет передел сфер влияния в республике. Мы теряем над ней контроль, а вы миндальничаете. Приют из военного объекта устроили!
— Я был против, решительно против. Посодействуйте, товарищ подполковник, в переводе меня на другое место, — с наглостью обреченного заявил лейтенант Кунаев. — Климат жене противопоказан. Астма у нее.
Дронов отогнал просителя:
— По инстанции рапорт подавайте. Понятие служебной субординации вам неизвестно? Развели бардак на вверенном объекте! Солдат распустили. Посмотрите на взвод Рогожина: аккуратные, подтянутые, обмундирование выстиранное.
А ваши?! Мерзость запустения! Идите, лейтенант.
— Но, товарищ подполковник…
Гоблин взъярился.
— И никаких но! — голосисто завопил он и замахал руками, как ветряная мельница. — Бегом марш от меня, разгильдяй! Ваша супруга более достойна носить погоны, чем вы!
Место ему не нравится, слюнтяй! В армии не выбирают. — Дронов был в ударе. Обычная брезгливая вежливость сменилась разухабистой матерщиной.
Кунаев отскочил как ошпаренный, побежал к себе, откуда немедленно донеслась не менее виртуозная брань слышавшей все жены. Святой приготовился дать отпор Гоблину.
— Я семью Сулейманова беру под личную ответственность, — заявил он подполковнику. — У него женщины, ребенок больной на руках, какое там к лешему оружие.
— Под вашу ответственность пусть остается! — внезапно легко согласился Дронов. — Вы что думаете, я не человек?
Как вы меня там прозвали — Гоблин?
— Откуда вам известно? — опешил Святой.
Прозвище имело хождение исключительно среди солдат батальона и родилось недавно.
— Должность и профессия обязывают! — усмехнулся Дронов и действительно стал похож на человека. Подполковника что-то тяготило. — Послушайте, Рогожин, вы честный офицер. Если бы вы узнали, скажем так, о неблаговидных деяниях своего начальника, как бы поступили?
— Рапорт бы подал. Но у нас сволочей в батальоне не держат.
— Я уже слышал это! Не надо повторяться! — слегка раздраженно заметил Дронов. — А если начальник недосягаем для критики и в некоторой степени для правосудия?
— Напустили вы тумана, товарищ подполковник. «Крыша», что ли, кремлевская над начальником?
Дронов замялся. Вышколенность сотрудника военной разведки мешала ему быть откровенным.
— Факты, Рогожин, у меня имеются. Весьма неприглядные факты, — отчетливо произнес он и посмотрел старшему лейтенанту прямо в глаза. — Касаются они генерал-майора Банникова…
Настала очередь вздрогнуть Святому. Гэрэушник нарушает кастовую круговую поруку! Это или провокация, или…
Разведчик вдруг спохватился и замолчал.
— Забудьте о нашем разговоре. Рогожин! — попросил Дронов. — Ради собственного блага забудьте. И никогда не связывайтесь с Банниковым, не соблазняйтесь ни на какие посулы.
Ссутулясь больше обычного, подполковник зашагал к машине, но обернулся и крикнул:
— А турка держите под прицелом! У них далеко идущие планы! Информация абсолютно достоверная!
Али ничуть не удивился, когда Святой поделился с ним «далеко идущими планами» самого отца семейства и его соплеменников.
— Мужчина должен защищать свой дом и семью! — произнес турок прописную истину. — У меня немного денег осталось, куплю автомат, как у Василия. — Он перехватил взгляд Рогожина и заверил:
— У тебя, командир, ничего не возьму. Ты ведь нас приютил! У других солдат куплю! Нет проблем.
Спокойная обстановка благотворно подействовала на беженцев. Мальчишки освоились и с разрешения командира помогали солдатам выполнять мелкие работы. Жена Кучаева нашла себе собеседниц, призналась женщинам, что уже третий месяц как беременна, а Ася висла на Голубеве, не отпуская сержанта ни на шаг от себя.
Святой в шутку обещал сержанту освободить его от караульной службы.
Обещание выполнить не пришлось…
* * *
— Вставай, Дмитрий! Да просыпайся же ты! — тормошила жена Кучаева старшего лейтенанта.
Утренний сумрак крадущимися серыми полосками света проникал в окна казармы. Святой что-то промычал и вновь натянул одеяло.
— Дмитрий, поднимайся! На третьем посту часовой исчез! — повторяла женщина как заведенная.
— Что ты мелешь? — пробормотал Святой. Смысл сказанного с трудом доходил до него.
— Часовой пропал! — истерически вскрикнула перепуганная женщина. — Мой побежал на третий пост, а я — к тебе!
Со вчерашнего дня часть солдат забрали в город на тушение пожаров, оставив для охраны складов половину взвода Рогожина и шестерых людей Кучаева.
— Министр внутренних дел республики усмирил Ош! — торжественно возвестил майор-милиционер, приехавший вместе с военными.
Пришлось сократить количество постов. Солдат оставили только у ворот, на вышках и по углам трапециевидной площадки объекта. Третий пост располагался в дальнем углу северной стороны. Здесь холмы расступались, образуя ложбину, выходящую в открытую степь.
Через ложбину вполне могла проехать большегрузная машина типа «КамАЗа» или «Урала».
Святого словно обдало ушатом холодной воды. Он сорвался с кровати и оттолкнул женщину в сторону.
— Взвод, подъем! — закричал старший лейтенант. — Всем подъем! Тревога!
Натренированный на опасность мозг заработал с предельной ясностью.
— Отделение Голубева — за мной! Второе отделение — к входам в бункеры! Остальные к воротам!
У раздвинутой досками колючей проволоки топтался Кучаев.
— А, Дмитрий! — словно нежданного гостя, упавшим голосом поприветствовал лейтенант. — Лаз проделали, и часовой пропал.
— Знаю! Благоверная твоя сообщила! В ложбине никого нет? Посылал проверять?
— Нет! — развел руками Кучаев.
— Серегин, Черкасов, бегом в ложбину, — скомандовал Святой, — Разрешаю стрелять на поражение!
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58
 Аблёзгова Олеся Викторовна 
Загрузка...

научные статьи:   теория происхождения росов-русов,   закон о последствиях любой катастрофы и  расчет возраста выхода на пенсию в России
 Золя Эмиль - Ругон-Маккары - 1. Карьера Ругонов - скачать книгу бесплатно 
загрузка...
 Макиннес Колин - читать книгу онлайн