ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


ПОИСК КНИГ    ТОП лучших авторов книг Либока   

научные статьи:   демократия как основа победы в политических и экономических процессах,   национальная идея для русского народа,   пассионарно-этническое описание русских и других народов мира и  закон пассионарности и закон завоевания этноса
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


— У меня и в мыслях не было раздевать тебя, по крайней мере, сначала. Но потом я не мог уже остановиться. Ты была настолько прекрасна в одежде, сотканной из отблесков огня в камине. Я не в силах был оторвать от тебя глаз, не мог прекратить ласкать тебя.
— Мне не хотелось, чтобы ты останавливался. Я чувствовала себя самой изысканной женщиной, когда-либо появлявшейся на свет, когда ты смотрел на меня, целовал, ласкал. А твое тело пленило меня.
Алана языком прочертила полоску на коже Рафа как раз над его джинсами. Рука поглаживала бедро мужчины, наслаждаясь его силой. И вспоминая.
— Когда я, наконец, коснулась тебя, — продолжала она, — каждая твоя клеточка напряглась, каждая мышца отчетливо выделялась на твоем теле. Ты был подобен теплой стали. И сейчас ты мне ее напоминаешь.
— Алана.
Слово вырвалось непроизвольно, реакция выскользнула из-под контроля, едва он почувствовал прикосновение ее руки.
— Тогда я обнаружила, какой ты сильный, — шептала Алана, — ты высоко поднял меня, затем медленно-медленно опускал вниз, вдоль своего тела. Такого сильного и все же нежного. Глаза горной кошки, а руки поэта.
Губы Аланы ласкали кожу Рафа, в то время как пальцы расстегивали джинсы, разыскивая его среди складок одежды, обнаружив его. Дыхание стало прерывистым.
— И все остальное у тебя настолько мужское, — хрипло произнесла Алана.
Она потерлась щекой о живот Рафа, затем приблизила губы к его коже и быстро горячо поцеловала.
— Алана, — произнес Раф охрипшим голосом, в то время как его тело непроизвольно чувственно двигалось под ее рукой. — Я не смогу долго выдержать этого.
— И не надо, — просто ответила она. Она провела пальцами по стальным мускулам его руки, почувствовав, как пелена страсти и сдержанности окутывает его тело.
— Ты так много дал мне, — шептала она. — Позволь и мне дать тебе хоть что-то в ответ. Это не то многое, чего хочет каждый из нас, но это все, чем я сейчас располагаю.
Раф на мгновение закрыл глаза, зная, что если он взглянет на Алану, то не сможет уже держать над головой сцепленные между собой руки.
Рука возобновила разрушительные чувственные движения плоти о плоть. Огонь разгорался в крови Рафа, огонь, сконцентрированный под рукой Аланы, а тело его могло лишь извиваться в сладкой агонии при ее прикосновениях. Он громко стонал, дыхание со свистом вырывалось сквозь плотно стиснутые зубы.
— О Боже… не надо, — хрипло произнес он.
— Рафаэль, — шептала Алана. — Я не могу сейчас отдаться тебе, но ты можешь сделать это. Пожалуйста, подари мне себя. Дай мне почувствовать, что я способна доставить тебе удовольствие. Мне нужно знать это.
Ее голос звучал хрипло и настойчиво, она терлась щекой о его горячую грудь.
Раф открыл глаза: янтарь был готов вспыхнуть.
— Посмотри на меня, — прошептал он. Алана подняла голову. Он увидел молчаливую просьбу в темных глазах, едва шевельнувшись под ее рукой, ощутил охватившее ее пламя страстного желания, понял, что она абсолютно честна с ним. Он медленно разжал пальцы, но шевельнул лишь одной рукой, только чтобы протянуть ее Алане. Ее губы прижались к ладони, рука нежно приближала губы к его губам. То, что началось с простого соприкосновения губ, с каждым ударом сердца углублялось, пока не превратилось в поцелуи всепоглощающего желания и чувственности. А затем он отдался ей так легко и щедро, как это сделала она четыре года назад в охотничьем домике, согретом пламенем камина и любовью.
13
Алана вытащила из духовки дышащий, ароматный яблочный пирог, используя непомерно большие прихваты для горячего, которые казались ей на ощупь такими же мягкими, как и тенниска Рафа. Она улыбнулась про себя, когда перекладывала на деревянное блюдо второй пирог, чтобы остудить его. Впервые за долгое время женщина была спокойна. Мелодичные напевы с лирическими стихами продолжали звучать у нее в голове, но не сложились пока в песни.
— Что за удивительный аромат? — заглянула в дверь Джанис.
— Пирог, — пояснила Алана, обернувшись и улыбаясь через плечо высокой стройной женщине.
— Чудо, — заметила Джанис. Алана улыбнулась.
— Собственно говоря, это просто сушеные яблоки, сахар и пряности.
— В такой глуши на такой плите эти пироги просто чудо, — заверила Джанис. Она смотрела на Алану голубыми глазами, которые ничего не упускали из виду. — Могу чем-нибудь помочь?
— Я со всем справляюсь, но, тем не менее, спасибо.
Джанис улыбнулась.
— Это, должно быть, чудесное ощущение.
— Что?
— Когда только все успеваешь.
Алана на мгновение сильно удивилась. Затем медленно кивнула головой.
Это было действительно так. С тех пор как она очнулась в госпитале, она постоянно ощущала, что не может контролировать ситуацию, как будто была жертвой, а не главным действующим лицом. Страх разъел чувство собственного достоинства и уверенность в себе.
Но сегодня она способна разговаривать и смеяться вместе с Рафом. Сегодня она сделала первые шаги по преодолению страха высоты. Сегодня она поняла, что Раф относится к ней с уважением и заботится о ней, несмотря на потерю памяти и неразумные страхи.
Раф принял ее такой, какая она есть, — далекой от совершенства, а затем отдался ей вместо требований отдаться ему.
— Да, — тихо согласилась Алана. — Это невероятно приятное ощущение.
Джанис прищурила глаза, на мгновение бросив на Алану внимательный взгляд, который та не заметила.
— Я рада, — произнесла Джанис с несомненным чувством удовлетворения в голосе.
Алана быстро взглянула на нее, впервые увидев сходство с другой женщиной.
— Раф рассказывал тебе о моем муже, не так ли? — спросила Алана.
Джанис медлила с ответом, а ее проницательные глаза оценивали отраженные на лице Аланы чувства.
— Не сердись на него, — наконец произнесла Джанис. — Раф просто хотел быть уверенным, чтобы ни я, ни Стэн случайно не причинили тебе вреда.
Нахмурившись, Алана вытерла руки об ослепительно белый фартук, который был на ней.
— Нечестно просить вас ходить по острию ножа, поэтому я и расстраиваюсь, — заметила Алана. — Это поездка для вашего удовольствия, а не для моего.
Джанис улыбнулась.
— Не волнуйся, мы прекрасно проводим время. Темные глаза Аланы недоверчиво смотрели на нее.
— Да, да, — усмехнулась Алана. — Несомненно… пока я не закричу при виде Стэна или не уведу от вас вашего проводника.
— Стэн — большой ребенок, — сухо заметила Джанис. — А что касается Рафа, то он показал нам прекрасное место, и мы наловили необходимый минимум. Кроме того, он чистит нам форель, а ты балуешь нас горячими яблочными пирогами. О чем еще можно просить?
Алана рассмеялась и покачала головой, сдаваясь.
— Вы оба удивительные клиенты, — произнесла Алана. — Если бы и другие клиенты были хотя бы наполовину настолько непривередливы, как вы, Боб наверняка подумал бы, что он умер и попал на небеса. Большинство клиентов не могут найти обратную дорогу в долину без посторонней помощи и чувствительных подталкивании в спину.
Из соседней комнаты раздался звук быстро открываемых, затем закрываемых створок шкафа.
— Эй, сестричка, — позвал Боб из столовой, — куда я сунул прошлой ночью тарелки, которые вымыл?
Джанис и Алана обменялись взглядами, затем прыснули со смеху. Боб сунул голову на кухню.
— Что здесь смешного? — спросил он.
— Тебе не понять, — ответила Алана. — Но все в порядке. Во всяком случае, я люблю тебя.
Она поднялась на цыпочки и быстро поцеловала Боба в щеку.
Виду него сначала был удивленный, а затем он очень обрадовался. В ответ Боб начал было крепко обнимать Алану, но, вспомнив, остановился. Он с неожиданной нежностью похлопал ее по плечу и дотронулся до кончика носа указательным пальцем.
— Ты выглядишь лучше, сестричка. Раф был прав — тебе нужно было побыть дома.
Затем Боб покачал головой и улыбнулся, бросив на Алану немного расстроенный взгляд. Он все никак не мог привыкнуть видеть в сестре современную женщину, а не женщину, заменившую ему мать.
— В чем дело? — спросила Алана.
— Каким образом ты умудрилась стать такой маленькой? — разочарованно протянул Боб.
— Просто ты вырос. — Он улыбнулся.
— Пожалуй, ты права. А почему ты не идешь переодеваться? Давай я дочищу картошку и накрою на стол.
Алана моргнула, удивленная таким предложением. Затем моргнула еще несколько раз, стараясь сдержать навернувшиеся слезы. Боб заботился о ней так же, как обычно заботился о Мери.
— Спасибо, — поблагодарила Алана охрипшим голосом. — Я не возражаю.
Она быстро приняла душ, затем забралась на второй этаж, завернувшись в безразмерный велюровый халат Боба, который обнаружила на крючке в ванной комнате на первом этаже. Она стояла перед шкафом и пыталась выбрать подходящий наряд из вороха одежды, упакованной для нее Бобом.
После довольно долгого колебания она остановилась на слаксах из тяжелого шелка густого шоколадного цвета. Блузка, которую она выбрала, была огненно-красного цвета с длинными рукавами, нежная ткань блузки, а также застежки резко контрастировали со строгим покроем.
Алана машинально начала застегивать блузку на все пуговицы, скрыв таким образом цепочку, которую постоянно носила. Вдруг она остановилась, осознав, что ей не надо больше прятать подарок Рафа по случаю их помолвки. Уже нестрашно, если ее вдруг спросят о необычном узоре на ожерелье.
Джек мертв. Ей не нужно больше скрывать тот факт, что половина «прекрасной провинциальной пары» носит в соблазнительном углублении на шее подарок другого мужчины.
Алана поправила расстегнутый воротничок. Изящный символ бесконечности дрожал и поблескивал при малейшем движении головы. Она дотронулась кончиком пальца до эмблемы и почувствовала первые симптомы спокойствия, обосновавшегося где-то глубоко внутри, ощутила, что сделан следующий шаг на пути к выздоровлению. Впервые с тех пор, как очнулась в госпитале, она поверила, что не только перенесет все лишения, но и сможет вновь полюбить. Даже если ее ночные видения и окажутся правдой.
— Алана? — Голос Рафа раздался с нижней ступени крутой лестницы. — Ты готова?
— Почти, — прошептала она слишком тихо, чтобы ее мог услышать Раф. — Почти.
Она поспешила вниз, впервые после шести страшных дней испытывая настоящий голод. Высокогорный воздух оказал волшебное влияние на ее аппетит.
То же можно было сказать и о других. Даже после обеда, состоявшего из форели, картофеля, зеленой фасоли и печенья, каждый нашел местечко и для яблочного пирога.
Раф резал яблочный пирог на ломтики и под аккомпанемент добродушных жалоб, кому из присутствующих достался больший кусок, раскладывал пирог по тарелкам. Боб и Стэн несколько раз обменивались порциями, пока наконец Раф не сдался и не поставил между ними тарелку с последним куском.
Раф, улыбаясь, смотрел, как Алана дожевала последний кусочек щедро отрезанной им для нее порции пирога. Когда она откинула голову и вздохнула, как бы подавая знак, что слишком сыта, чтобы двинуться с места, Раф заметил, как блеснуло золото брелока у основания шеи.
Мозолистым пальцем он провел по всей длине цепочки и по изящной эмблеме.
— Ты все еще носишь ее, — нежно произнес он.
— Я никогда и не снимала ее с тех пор, как ты мне ее подарил.
Глаза Рафа стали рыжевато-карими в лучах послеполуденного света, льющегося из окна, и смотрели пристально.
— Даже после того, как я вернул твое письмо? — спросил он, внимательно всматриваясь в нее.
— Да. Это все, что у меня от тебя оставалось.
Подушечкой пальца Раф нежно погладил шею Аланы.
— Жаль, что мы не одни, — прошептал он. — Мне бы очень хотелось поцеловать тебя. Много раз. В разные места. А тебе этого хочется, цветочек?
Лицо Аланы вспыхнуло. Она смущенно улыбнулась.
— Да, — прошептала она. — Мне хочется.
Затем Алана бросила взгляд через стол и заметила, что Стэн внимательно наблюдает за ней темно-синими, кажущимися почти черными глазами. Его светлые волосы переливаются в лучах солнечного света, проникающего сквозь окошко охотничьего дома и падающего на могучие плечи. Женщина быстро отвела взгляд, будучи все еще не в состоянии смириться с удивительным внешним сходством Стэна с Джеком Ривзом.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38
Загрузка...

научные статьи:   теория происхождения росов-русов,   закон о последствиях любой катастрофы и  расчет возраста выхода на пенсию в России
загрузка...