ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


ПОИСК КНИГ    ТОП лучших авторов книг Либока   

научные статьи:   демократия как основа победы в политических и экономических процессах,   национальная идея для русского народа,   пассионарно-этническое описание русских и других народов мира и  закон пассионарности и закон завоевания этноса
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


— Все, достаточно, — резко приказала она себе. — Хватит жить прошлым. Прекрати изводить себя. Есть вещи, которые ты не можешь изменить.
Она открыла глаза, столкнувшись лицом к лицу с совершенно другим отражением, которое еще не рассеял свет утренней зари, льющийся из противоположного окна. Она была похожа на горную серну, на мгновение замершую перед стремительным прыжком. Карие глаза, темные, широко раскрытые, смотрели настороженно.
Черная коса скользнула на плечо и закачалась перед стеклом, когда Алана наклонилась вперед. Она перебросила через плечо и другую косу. Это был непроизвольный жест: как только косы оказывались за спиной, она тотчас перебрасывала их на грудь. В случае, если бы ей пришлось неожиданно бежать, косы не болтались бы за спиной, как два черных жгута — идеальное средство, чтобы схватить ее, поднять в воздух и удержать, как в капкане…
Алана заглушила в себе готовый вырваться наружу крик. Быстро прошла на кухню. Теперь отражение смотрело на нее из окна над раковиной.
Не отводя от него глаз, стала шарить в ящике стола. Пальцы нащупали рукоятку длинного ножа для разделки мяса. Ярко сверкнуло остро отточенное лезвие.
Она поднимала нож все выше, пока тупая сторона лезвия не оказалась на уровне шеи, под подбородком. Спокойно, не торопясь, она начала перерезать левую косу. Тяжелые волосы беззвучно упали на пол. Не колеблясь, проделала то же самое с правой косой. Закончив, Алана встряхнула головой. Волосы разлетелись в стороны. Естественные крупные локоны, только что туго стянутые в тяжелые косы, будто вырвались из плена. Темные блестящие завитки волос нежно обрамляли ее лицо. Мечтательные карие глаза загадочно сияли. Внезапно женщина осознала, что натворила. Она смотрела на длинные черные косы на полу, на стальной нож в руке, на отражение в окне, не похожее больше на Джилли. Нож упал на пол с металлическим лязгом.
Алана пристально рассматривала себя и хотела понять, не сошла ли она окончательно с ума.
Она бросилась из кухни в спальню. Там вытащила кое-какие вещи из шкафа, сняла часть одежды с вешалок и торопливо начала все упаковывать. Большая часть ее гардероба все еще была в Лос-Анджелесе, часть — на ранчо, специально оставленная там для отпуска, который Алана планировала провести с братом и Мери.
После побега из госпиталя Алана была слишком напугана, чтобы возвращаться за вещами на ранчо. Она просто сбежала в Портленд, в котором никогда не жила, надеясь избавиться от ночных кошмаров.
Но из этого ничего не вышло.
Пока Алана упаковывала вещи, она продолжала смотреть на телефон. Ей хотелось позвонить Бобу и сказать, что она передумала, и тут же повесить трубку, чтобы не слышать его возражений.
Но, подходя к телефону, она каждый раз вспоминала о Рафаэле Уинтере, стремясь тем самым уравновесить ужас ночных кошмаров, вырваться из плена шести страшных дней. Раф был для нее как талисман.
Именно на Разбитой Горе испытала Алана и величайшее удовольствие, и величайший ужас, которые, возможно, просто уничтожат друг друга, уступив ей дорогу к новой жизни. Спокойной, уравновешенной.
Где не будет воспоминаний о мужчине, которого любила, и о нелюбимом муже. Воспоминаний о возлюбленном, который умер, а затем вернулся, и о муже, который погиб и никогда уже не вернется.
Где не будет воспоминаний о Рафе, являющемся к ней во сне.
О Джеке, который преследовал ее в ночных кошмарах.
Когда Алана все-таки сняла телефонную трубку, она позвонила в ближайший салон и договорилась, чтобы ей уложили волосы. Обычные заботы успокоили ее. К тому времени как Алана добралась до самолета, она чувствовала себя увереннее. Вечером она окажется дома. Если ночные кошмары опять будут ее преследовать, то пусть лучше это происходит в родных стенах, где прошло детство, а не в чужих холодных холлах временного жилища.
Она успокаивала себя этой мыслью, пока добиралась до Соленого Озера, а там пересаживалась в самолет до Вайоминга. Когда стюардесса предложила газету, Алана машинально взяла ее. Она пробежала глазами страницу, и вдруг взгляд остановился на заголовке в разделе развлечений: «Последняя песня Джек-и-Джилли». Хотя внутри все похолодело даже при взгляде на заголовок, Алана знала, что статью она прочтет. Она читала все, написанное о гибели Джека, даже досужие вымыслы бульварной прессы. И эту статью она просто не может обойти стороной.
Прошел уже почти месяц со дня смерти Джека. Месяц с тех пор, как у Аланы появился провал в памяти. Она все еще надеялась, что кто-то где-то знает больше о гибели Джека, что какое-то слово или фраза в статье смогут привести в действие дремлющие механизмы ее памяти и события тех шести дней вырвутся наружу, избавив ее от ночных кошмаров.
Или, напротив, подвергнут более жестоким страданиям.
Такая возможность таилась в извилистых лабиринтах ее разума. Доктор Джин предполагал, что она испытала ужасы, неподвластные ее воображению даже в ночных видениях.
Потерю памяти можно рассматривать с разных точек зрения. Божий дар. Естественный рефлекс. Следствие пережитого кошмара. Все соткано воедино и ничего конкретного. Но страх она испытывала постоянно, пугаясь собственной тени, особенно в преддверии ночи.
Возможно, доктор Джин и прав. Может, ей лучше и не вспоминать о произошедшем.
Алана торопливо отогнала неприятную мысль. Ничего не может быть хуже состояния, когда не веришь в собственные разум, мужество и здравомыслие.
С тех пор как умерла мать, Алана всегда была мужественной, единственной в семье, кто знал, что нужно делать, и делала это.
А потом умер Раф, и Алана просто сломалась.
Музыка стала единственным утешением после смерти Рафа. В музыке воплощались светлые мечты о человеческом тепле, о безудержном веселом смехе и о великой любви, о которой можно только петь, потому что слова бессильны.
Благодаря песне пережила Алана даже смерть возлюбленного. Она нашла в себе силы, чтобы действовать. Это она доказала своим прошлым. Любыми путями докажет опять. Она переживет горе.
Любой ценой. Алана взяла газету, сложила ее удобнее и начала читать.
В первой части статьи давался обзор только что выпущенного альбома Джек-и-Джилли. Дальше шло простое перечисление фактов о гибели Джека. Месяц назад Джек и Джилли Ривз отправились в путешествие верхом по отдаленным районам Вайоминга. В пути их застал снежный буран. Они пытались спастись, но удалось это лишь Джилли. Джек погиб при падении. С сильно вывихнутой лодыжкой Джилли каким-то чудом сумела спуститься с горы, она добралась до рыбацких хижин и уже оттуда по радио попросила о помощи.
Тем не менее, она сама была в двух шагах от смерти. Моральная травма была настолько сильна, что она потеряла память и ничего не помнит о том, как ползла навстречу своему спасению. Врачи констатировали истерическую потерю памяти, вызванную смертью мужа от несчастного случая. Ше-
риф Митчел был согласен с такими выводами, поскольку вскрытие показало, что причиной смерти Джека было несовместимое с жизнью повреждение шейных позвонков в результате падения.
Несчастный случай…
Ничего нового. Ничего неожиданного. Ничего, что могло бы восполнить ужасный пробел, оставленный в памяти Аланы о тех шести днях. Тем не менее, она перечитала статью еще раз, пытаясь найти ключ от запертой кладовой своей памяти.
Но тщетно. Она не удивилась и не разочаровалась.
При заходе самолета на посадку Алана сидела и нервно перебирала пальцами волосы. Голова казалась чужой, легкой, не обремененной больше тугими черными косами. Мастеру удалось превратить остатки отрезанных ножом волос в аккуратную нежную шапочку, которая обрамляла, но не скрывала полностью лицо с правильными чертами. Результат оказался поразительным — переливающееся полночное серебро нежно оттеняло интеллигентное лицо, отмеченное печатью трагедии и кошмара.
Маленький частный самолет с легким толчком коснулся взлетно-посадочной полосы. Сначала пошли к выходу несколько сидевших перед Аланой рыбаков, любителей форели, рассказывавших бесконечные байки о прежних уловах и заключавших пари насчет первой, самой крупной, рыбы на предстоящей рыбалке.
Алана неохотно поднялась и медленно пошла по узкому проходу между рядами. Когда она сошла с трапа самолета, багаж ее уже был выгружен и аккуратно поставлен у нижней ступени лестницы. Она подняла легкий чемодан и повернула к невысокому зданию — единственному строению на многие мили вокруг.
За ее спиной послышались звуки удаляющегося самолета. Он двигался к началу взлетно-посадочной полосы, быстро увеличивая число оборотов и набирая скорость, готовясь к прыжку в прозрачное высокое небо.
Она добралась до строения, когда самолет издал резкий, оглушительный звук. Поставила багаж и обернулась, чтобы посмотреть, как убирают шасси. Самолет резко взмывал вверх — мощная серебристая птица, в свободном полете. Женщина слушала постепенно затихающие звуки рокочущего двигателя и наблюдала, как самолет превращался в маленькую серебряную точку, двигающуюся между величественными вершинами Горы Извилистой Реки и Горы Зеленой Реки.
На мгновение Алана закрыла глаза и запрокинула голову. Ее лицо ласкали удивительно теплые лучи сентябрьского солнца Вайоминга. Воздух был наполнен запахом земли и ароматом полыни. Не той низкорослой, чахлой, растущей в пустынном юго-западном районе, а высокогорной полыни с толстыми бледно-лиловыми стеблями, кусты которой выше человеческого роста, а нежные ветви сплетают ажурную паутину на фоне высокого неба.
Свежий ветер подул с гранитных высот, принося с собой сладостный многообещающий запах сине-голубых рек, лениво извивающихся меж скалистых берегов, аромат вечнозеленых деревьев, кажущихся лесными исполинами при лунном свете, крики койотов, вечный зов которых стар как мир.
Она дома.
Алана глубоко вздохнула, испытывая наслаждение и страх. Услышав приближающийся шум шагов, она быстро обернулась и сердце застучало сильнее. После событий на Разбитой Горе ее охватывал ужас, если кто-то невидимый приближался к ней.
По направлению к Алане шел мужчина. Вырисовывался лишь темный его силуэт, поскольку солнце было у него за спиной.
По мере приближения мужчина обретал четкие очертания. Он был на семь дюймов выше Аланы, с легким широким шагом человека, который провел большую часть жизни в пеших походах и в седле. Одет в выгоревшие джинсы и бледно-голубую, небесного цвета рубашку, ботинки выдавали любителя верховой езды. Густые темно-каштановые волосы мужчины выглядывали из-под черной шляпы «стетсон». Глаза имели цвет виски, под шелковистой полоской усов прямая линия губ.
Тихо вскрикнув, Алана закрыла глаза. Сердце бешено колотилось, ноги стали словно ватные. Она сошла ума, начались галлюцинации. Буря, холод, ужас, падение…
— Алана, — позвал он.
Голос был нежный, глубокий, наполненный удивительной лаской.
— Рафаэль? — Она шумно вздохнула, боясь открыть глаза, разрываясь между надеждой и видениями. — О, Раф, неужели это ты?
* * *
Раф осторожно поддержал Алану под локоть. Только тогда она поняла что стоит покачиваясь. Тепло и сила его рук, как молнией, пронзили ее тело. На мгновение женщина оперлась на Рафа.
Затем, осознав, что до нее дотрагиваются, она отпрянула в сторону. После Разбитой Горы ее пугали любые прикосновения.
— Это действительно я, Алана, — произнес Раф, внимательно наблюдая за ней.
— Рафаэль… — У Аланы перехватило дыхание, чувства захлестнули ее.
Она протянула руки, желая прикоснуться к его лицу. Однако усилием воли, болью отозвавшимся в сердце, Алана погасила огонь противоречивых эмоций, которые буквально разрывали ее на части.
Бежать к нему. Бежать от него, даже от одного его присутствия. Разрешить обнять себя. Не позволить ему даже прикоснуться.
Любить его. Нет, не давать волю чувствам. Ее спасение в полном безразличии к нему.
Вспомнить, какие чувства испытываешь, будучи любимой. Забыть, забыть все. Потеря памяти — единственный бальзам для израненной души.
— Почему ты здесь? — прерывающимся голосом спросила Алана.
— Я приехал, чтобы отвезти тебя домой.
Его слова странным образом подействовали на Алану.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38
 Прус Болеслав - Тени 
Загрузка...

научные статьи:   теория происхождения росов-русов,   закон о последствиях любой катастрофы и  расчет возраста выхода на пенсию в России
 Квик Аманда - Сокровище - скачать книгу бесплатно 
загрузка...
 Мортимер Кэрол - Испытание верностью - читать книгу онлайн