ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Они все считали, что поступают так ради своих детей, создают большой для них задел. Но у четверых мужчин возрастала потребность в наличных. Надо было покупать более просторные дома и более новые машины; их дети приближались к тому возрасту, когда надо поступать в колледж, и скоро придется оплачивать большие счета за учебу. Доверенные лица пошли на огромный риск и теперь решили, что настало время увидеть плоды своего труда. К черту будущее и задел для него. Они хотели получить свой кусок пирога сейчас.Оливер ловко разряжал недовольство, выдавая ежегодно пятизначные денежные займы, которые каждый получал в чемодане, набитом купюрами небольшой стоимости. Оливер выдавал эти займы из своего кармана, старательно снимая деньги постепенно, с нескольких разных счетов — так, чтобы ничего нельзя было проследить. И члены его группы никогда не клали на счет деньги, полученные от Оливера. Они держали их дома, буквально под матрасом. При этом они постоянно рисковали — ведь деньги могли сгореть или их могли украсть, но выбора не было. Если положить деньги в банк, о них может узнать Налоговое управление во время аудита. Денежные подачки временно утихомиривали членов группы, а прибыли продолжали поступать к «Маккарти и Ллойду».Оливер считал, что отдел арбитража будет всегда преуспевать, даже когда сидел в марте в гостиной Билла Маккарти в его квартире на Парк-авеню, недоумевая, зачем он так срочно потребовался. Даже когда высокий темно-рыжий мужчина с зелеными глазами во внешне недорогом шерстяном костюме вошел следом за Маккарти в комнату, Оливер не утратил своего нахальства и самоуверенности. Он считал, что рай будет существовать вечно, — до того момента, когда Маккарти произнес:— Кевин О'Ши, заместитель генерального прокурора США по Южному району Нью-Йорка.При этих словах мир Оливера зашатался, так как он прекрасно понимал, почему тут находится О'Ши. Значит, сделки на основе инсайдерской информации обнаружены в «Маккарти и Ллойде».В течение нескольких лихорадочных секунд Оливер думал, не промчаться ли мимо этих двоих и, выбежав из квартиры, кинуться наутек. Он не увидел наручников, пристегнутых к поясу О'Ши, но был уверен, что его поведут вниз в кандалах и посадят в полицейскую машину, где он будет сидеть на руках и смотреть сквозь металлическую сетку на спины двух полицейских, которые повезут его в центр города для регистрации.Но разум вернулся к нему, и он понял, что бежать невозможно. По всей вероятности, его схватят еще прежде, чем он выбежит из здания, и даже если ему удастся убежать, рано или поздно его найдут. Он не знал, как опередить закон, и не обладал мужеством, чтобы стать преследуемым. Кроме того, он подумал, стоя раскрыв рот перед чиновником министерства правосудия, что надо послушать, с чем приехал О'Ши, раз на него сразу не надели наручников. И оказался прав.О'Ши сказал, что он обнаружил несколько подозрительных сделок, когда отдел арбитража «Маккарти и Ллойда» купил акции непосредственно перед объявлением о перекупке компании, и он уверен, что сможет доказать наличие сделки на основе инсайдерской информации. Однако сверху спустили указание, что никто не хочет видеть Билла Маккарти попавшим в скверную ситуацию. У Маккарти есть связи на самом высоком уровне, и его покровители хотят, чтобы он сам и его пожертвования остались чистыми, поэтому О'Ши готов предложить Оливеру сделку. Отдел арбитража должен выставить жертвенную овцу, которая примет на себя все наказание за сделки на основе инсайдерской информации, и не заниматься арбитражем в течение полугода. Если после этого будут обнаружены сделки на основе инсайдерской информации, все, включая Маккарти, сядут за решетку. Жертвенная овца должна быть младшим сотрудником; его выставят в качестве трейдера, который действовал, превышая рамки своих полномочий, и его или ее арест и осуждение утихомирят тех, кто в бюро генерального прокурора занимался расследованием.Единственная сложность состояла в том, что Оливеру следовало определить овцу и заловить ее. Это была небольшая цена за свободу, а так же, как он тогда думал, за возможность остаться у «Маккарти и Ллойда», поэтому он охотно согласился. И в следующие несколько месяцев Оливер заловил в капкан Джея Уэста.Со времени этой встречи в марте на квартире на Парк-авеню два обстоятельства не давали покоя Оливеру. Ему было ясно, что О'Ши не имеет ни малейшего представления о том, насколько Маккарти замешан во всем, — не имеет понятия, что Маккарти и нанял-то в свое время Оливера для того, чтобы он занимался сделками на основе инсайдерской информации. О'Ши никогда даже не спрашивал, какую роль играл во всем этом Маккарти. Оливер вынужден был сообщить О'Ши имена своих информаторов — тех четырех доверенных лиц, — но ни разу не намекнул, что Маккарти стоял у истоков всей затеи.После мартовской встречи Маккарти довел до сведения Оливера, что он никогда не должен упоминать о его, Маккарти, причастности и что если Оливер это сделает, то пойдет в тюрьму. То, что Оливер не упоминал имени Маккарти в своих последующих разговорах с О'Ши, не было с его стороны капитуляцией безголового человека. Все объяснялось просто: оставаться на свободе или идти в тюрьму. Выбор был прост, вот только Оливера стало раздражать, когда через несколько недель после первой встречи с О'Ши Маккарти стал вдруг вести себя так, будто действительно не знал, что происходит. Он словно убедил себя в том, что абсолютно невинен. А является жертвой Оливера Мэйсона.Превращение Маккарти из соконспиратора в невинного стороннего человека вызывало досаду у Оливера, но не имело особого значения, — правда, это влияло на его психику. Нечто другое куда больше волновало Оливера. На мартовской встрече и на всех последующих О'Ши ни разу не обнародовал, как он обнаружил то, что отдел арбитража производит сделки на основе инсайдерской информации. Оливер несколько раз спрашивал о том, как он это узнал, но О'Ши не признался. Более того: О'Ши никогда не приводил с собой на встречи с Оливером никого из своей конторы и не уточнял, кто эти «остальные», работавшие над расследованием. Отсутствие ясности настолько беспокоило Оливера, что он проверил, действительно ли Кевин О'Ши является помощником генерального прокурора США по Манхэттену. Оказалось, что он действительно им является, но туман, окружавший все происходившее, сначала раздражал Оливера, а потом стал все больше и больше пугать.И сейчас, шагая мимо детского зоопарка в восточной части Центрального парка, он не мог избавиться от тягостного чувства, более мрачного, чем обычно. Страх владел им с утра, словно он только что проснулся от кошмара. Он заметил Тони Вогела и Дэвида Торчелли, стоявших на условленном месте, и направился к ним, думая: не слишком ли поздно для него удариться в бега.— Привет, Дэвид. — Заставив себя подавить волнение, Оливер крепко пожал руку Дэвида Торчелли. Помимо навалившегося на него общего недомогания, его весь день будоражила мысль, что О'Ши накануне ничего не сказал про расследование убийства Эбби. Но Оливеру не хотелось показывать Торчелли или Вогелу признаки слабости. Они понятия не имели о том, что происходит, и ничего разъяснять им не следовало. — Как вы сегодня? — спросил он.— Не слишком хорошо, Оливер.Торчелли опустился на деревянную скамью лицом к катку Уоллмена. Каток находился в юго-восточной части Центрального парка, рядом с отелем «Плаза». Зимой на нем будет полно конькобежцев, а сейчас он был открыт для арендовавших его любителей. Первоначально мужчины условились встретиться в номере «Плазы», который снимала «Маккарти и Ллойд», но в последнюю минуту Торчелли решил, что лучше будет поговорить на нейтральной территории. Последние сутки он стал чрезвычайно осторожен.А Тони Вогел остался стоять возле Оливера. Торчелли указал ему на скамью рядом с собой, и Вогел быстро и покорно, совсем как военный адъютант, поспешил сесть.За пять лет существования группы, занимавшейся поставкой инсайдерской информации, Оливер был все время ее неофициальным лидером. Теперь же он заметил, что распределение ролей как будто внезапно изменилось.— Что произошло, Дэвид? — Оливер в точности знал, что произошло, но решил в любом случае вести игру, стремясь по возможности отсрочить конфронтацию.— Я рассказал Дэвиду о вашей реакции на нашей встрече тут на прошлой неделе. — И Вогел, объясняя ситуацию новому лидеру, указал через плечо на отель «Плаза», возвышавшийся за его спиной.— Тони рассказал мне, что вы не пожелали даже выслушать нас. Что вы не считаете нужным выяснить, чего мы хотим. — Торчелли был крупным мужчиной шести с половиной футов росту, с бочкообразной грудью и ярко выраженным бруклинским акцентом. — Я был очень разочарован, мягко говоря.— Я понимаю, — спокойно согласился Оливер, глядя на молодую женщину, проходившую мимо и, казалось, чересчур заинтересовавшуюся их разговором. Он подождал, пока она не отойдет на такое расстояние, чтобы их не слышать. — Мне следовало более внимательно выслушать то, что говорил Тони.Торчелли и Вогел, не ожидая услышать такое, одновременно подняли на него глаза.— Мы все время работали, следуя принципам свободной демократии, — сказал Оливер. — Наверное, нам следует пересмотреть это.— П-правильно, — заикаясь, произнес Торчелли, не очень понимая, почему Оливер внезапно изменил свое мнение и с каких позиций он сейчас выступает. — Занимаясь по долгу службы контролем, я за эти годы приобрел немало друзей в правительстве города. Я все время слышу от них, что у «Маккарти и Ллойда» что-то происходит. Что-то очень серьезное и очень паршивое.— Например? — неуверенно спросил Оливер. Не мог он больше получать дурные вести и надеяться удержать их в себе.— То-то и странно, — ответил Торчелли, исподтишка посмотрев вокруг. — Они не знают, в чем дело. В самых высоких кругах идет какое-то расследование, но никто ничего не говорит. И никто ничего не знает. Мои контактеры подозревают, что идет расследование сделок на основе инсайдерской информации, но они не знают наверняка.Оливер взглянул на Вогела — лицо у него было каменное.— Что, вы думаете, мы должны делать, Дэвид? — И тут Оливеру захотелось больше не быть ответственным за все. Захотелось вдруг передать вожжи Торчелли.А Торчелли закинул руки за голову и постарался создать впечатление, что берет на себя руководство. Он чувствовал, что Оливер уступает ему власть.— Для начала необходимо прекратить все сделки. Не используйте подсказки по «Белл кемикал» или «Саймонс».Оливер и Вогел быстро обменялись взглядом. Они не обсуждали того, что Джей Уэст случайно прослушал в автомобиле звонок Вогела по телефону. И Вогел явно не рассказал об этом Торчелли.— О'кей. Я не стану это использовать. — Оливер заметил, как Вогел с чувством облегчения опустил плечи."Торчелли взорвался бы, если бы знал, что Джей Уэст лазал в отделение для перчаток «остин-хили» и, по всей вероятности, обнаружил там конверт с написанным на бумаге названием фирмы «Белл кемикал», — подумал Оливер. Но Джей купил ведь акции «Белл» и «Саймонс», хотя, наверное, кое-что и заподозрил. О'Ши, понял Оливер, был прав в своем анализе накануне вечером в Милтоне. Джей Уэст готов был пойти на что угодно, чтобы получить свой миллион долларов. Оливер с трудом проглотил слюну и уставился на тротуар. А на самом деле за все свои труды Джей получит двадцать лет пребывания в номере отеля со стальной решеткой.— Отлично, — восторженно произнес Торчелли, радуясь неожиданному согласию Оливера. — Я думаю, нам следует вообще прекратить операции.— Я тоже не вижу альтернативы, — покорно согласился Оливер.Торчелли пригнулся и жестом дал понять Оливеру, чтобы тот приблизился.— Я считаю, что пора оборвать жизнь Уильяма Маккарти. Пора получить то, что нам принадлежит. Я доверяю ему не больше, чем на расстоянии вытянутой руки, а это немного.Оливер, чувствуя, как кровь просто грохочет в ушах, смотрел на Торчелли и удивлялся, как это, черт возьми, жизнь так быстро вырвалась из-под контроля.А Торчелли прищурился и чуть усмехнулся, лишь приподняв уголки рта.— Я уже разговаривал кое с кем, кто готов нам помочь.Оливер еле заметно кивнул. Он всегда считал, что ни у кого из участников группы не хватит духу на убийство.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46

загрузка...