ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Или можно считать 18 — Тройной Шестеркой.
Шестьсот шестьдесят шесть!
Число Зверя! У Кроу голова пошла кругом. Откуда-то из дальних уголков памяти смутно всплыл отдающийся эхом голос: «Его числа самые благоприятные... благоприятные... благоприятные...» Но когда Кроу попытался ухватить этот голос, тот стих, и в голове зазвучало: «Не стоит... всего лишь сон... неважно... совершенно неважно...»
Кроу встряхнулся, швырнул на пол ручку, потом поднял ее. Знакомая комната казалась Кроу фрагментом какого-то ночного кошмара.
— Это важно! — закричал он. — Чертовски важно!
Но, разумеется, его никто не мог услышать.
* * *
Позже, подкрепившись кофе и твердо решив продолжать, он воспользовался каббалистической системой и рассчитал свое число, сложив числа, соответствующие буквам его имени и фамилии. Поскольку в этой системе не использовалось число 9, он вполне мог надеяться получить какой-нибудь другой ответ. Но его результат оказался равным 36. А, сложив три и шесть, он в третий раз получил девять. Но тридцать шесть само по себе было удвоенным числом восемнадцать. Удвоенное число Зверя!
Благоприятное? Как и кому? Уж точно не ему!
Значит, Карстерзу?
Медленно и осторожно Кроу отложил ручку...
Глава 7
Карстерзу, поджидавшему Кроу в полумраке входа, показалось, что тот необычайно долго ставил машину в гараж, а когда он показался на ведущей ко входу дорожке, кое-какие черты в его облике при других обстоятельствах могли бы вызвать немалое беспокойство. Его измятая и растрепанная одежда, усталость, проскальзывающая в его осанке, непривычно поникшая голова и покрасневшие воспаленные глаза. Карстерз, однако, не беспокоился; напротив, он ничего другого и не ожидал. Что же касается Кроу, то несмотря на внешний вид, он был сама настороженность! Красные глаза — результат втирания едкой, но совершенно безвредной мази; а неприглядный вид его костюма и мнимая слабость — заранее обдуманная инсценировка. Короче говоря, он играл, и актер из него вышел бы великолепный.
— Мистер Кроу, я рад, что вы вернулись, — приветствовал его Карстерз, встретив у порога. И Кроу различил в приветствии оккультиста неподдельное облегчение. Да, он действительно радовался, что его секретарь вернулся. — Вы уже завтракали?
— Да, спасибо, я поел по пути сюда.
Голос Кроу звучал сдавленно, хрипло, но и это тоже была инсценировка.
Карстерз улыбнулся и повел Кроу в библиотеку. У самых дверей он заметил:
— Ох уж эти выходные! После них возвращаешься выжатый как лимон, да? Ну, тут уж никаких сомнений, вы славно отдохнули.
Кроу зашел в библиотеку, однако Карстерз остался в коридоре.
— Я загляну попозже, — предупредил он. — Вы, возможно, расскажете мне о выбранной вами системе и о своих успехах. А пока...
И он тихо закрыл за Кроу дверь.
Теперь молодой человек привел себя в порядок. Он направился прямиком к рабочему столу и улыбнулся при виде бутылки вина с наполовину вынутой пробкой. Вытащив пробку, он наполнил бокал, поднес бутылку к зарешеченным окнам, приоткрыл одно из них... и, просунув горлышко между прутьями, вылил омерзительное зелье в сад. Пустую бутылку он спрятал в своей спальне в нише, подальше от глаз.
Затем, усевшись за стол и взявшись за работу, он заставил себя сосредоточиться на составлении каталога книг Карстерза, как будто это и была настоящая причина его пребывания здесь. Не разгибаясь, он усердно проработал все утро. Примерно в полдень, решив, что сделал достаточно, чтобы удовлетворить возможное любопытство своего работодателя, если появится подобная необходимость, он сварил себе кофе. Не мешало бы еще поесть, но это подождет еще час или даже больше.
Утро выдалось не из легких. Глаза Кроу точно магнитом тянуло к стеллажу, где стояла книга Принна. Но секретарь не осмеливался открыть ее, пока был шанс, что Карстерз может застать его с ней. Он должен вести себя крайне осторожно, чтобы не вызвать никаких подозрений. Кроме того, на столе стоял бокал с красным вином, и Кроу обнаружил, что с трудом борется с искушением пригубить его. Но, уничтожив симптомы предполагаемого «привыкания», Гарри Таунли также сделал большой шаг и к ограничению самой потребности в дьявольском зелье.
Бокал все еще оставался на своем месте, нетронутый, когда через полчаса Карстерз тихонько постучался и вошел в комнату. Первым делом, переступив порог, он направился прямо к окнам и задернул занавеси, а уж потом подошел к столу и взял в руки блокнот с записями Кроу. Ничего не говоря, он некоторое время изучал их, и Кроу понял, что его работодатель удивлен. Он не ожидал, что Кроу будет так быстро продвигаться вперед — это было совершенно очевидно. Ну что ж, в будущем он станет работать медленней. На самом деле, это практически ничего не меняло, так как Кроу был уверен, что «работа» занимала далеко не первое место среди настоящих причин, по которым Карстерз держал его в своем доме. Если бы только он мог разобраться, что это за причины...
— Я очень доволен, мистер Кроу, — объявил Карстерз через некоторое время. — Чрезвычайно доволен. Несмотря на неблагоприятные условия, вы, как оказалось, отлично работаете.
— Неблагоприятные условия?
— Да!.. Здесь темно, скучно, одиноко и совсем неудобно. Разве это не неблагоприятные условия?
— Мне лучше работается в одиночестве, — отвечал Кроу. — И мои глаза, похоже, привыкли к скудному свету.
Тем временем Карстерз приметил бокал с вином и завертел головой, оглядывая комнату в поисках бутылки. Казалось, он с полным одобрением отнесся к способности Кроу поглощать его зелье в таких количествах.
— Ах, — замялся Кроу. — Ваше вино. Боюсь, что я...
— Не стоит извиняться, молодой человек, — Карстерз успокаивающе поднял руку. — У меня очень много вина. На самом деле, мне очень приятно, что оно пришлось вам так по вкусу. Возможно, оно поможет вам как-то скрасить впечатление от этих спартанских условий, которые, я уверен, совершенно не соответствуют вашему обычному образу жизни. Ну, ладно, я предоставляю вас самому себе. Сегодня я буду здесь, поработаю у себя в кабинете, а завтра мне нужно будет уехать. Возможно, мы увидимся в среду утром.
И с этими словами он вышел из библиотеки.
Довольный тем, что сегодня никто больше не должен потревожить его, не побеспокоившись раскрыть оконные шторы, Кроу снял с полки «De Vermis Mysteriis», но каково же было его разочарование, когда он обнаружил темную потрескавшуюся кожаную обложку с вытисненными на ней старонемецкими готическими буквами, почти точную копию книги, которую он просматривал в Британском Музее. Однако его разочарование сменилось радостью, когда, открыв тяжелую обложку, он увидел вставленный в старинную внешнюю оболочку сравнительно новый трактат, надпись на титульном листе которого гласила:
МИСТЕРИИ ЧЕРВЯ
Полный вариант
в шестнадцати главах
со множеством деревянных гравюр,
представляющий ОРИГИНАЛ ЛЮДВИГА ПРИННА
в переводе
Чарльза Леггета,
включая его комментарии.
Седьмой экземпляр
ограниченного издания.
ЛОНДОН
1821
Кроу немедленно унес книгу в свою нишу и спрятал под подушку. С этим можно подождать до вечера. Потом он разобрал свои немногочисленные вещи, спрятав пистолет Таунли под матрасом. Наконец, с удивлением отметив, что у него появился аппетит, он решил пообедать.
Но когда он раздвинул занавеси своей ниши и направился к двери, что-то привлекло его взгляд. Это оказалась еще одна омерзительная розовая тварь, извивающаяся на выцветшем ковре в том месте, где стоял Карстерз. Кроу отнес ее к окну, но там, собравшись выкинуть ее в сад, он обнаружил второго червя, ползущего по стене. Его передернуло от отвращения. Здесь оказалось на двух червей больше, чем ему хотелось бы!
Он избавился от мерзких тварей, выплеснул вслед за ними нетронутый бокал вина и отправился прямиком к кабинету Карстерза. Постучав, он услышал внутри какое-то медленное шевеление, и через миг раздался голос оккультиста:
— Войдите, мистер Кроу.
Это удивило его, поскольку прежде входить в эту комнату ему запрещалось. Тем не менее он открыл дверь и вошел. Царивший внутри мрак превращал все в жуткие тени, в особенности темную фигуру, сидящую за огромным столом. Единственное окно было задернуго плотной шторой, и комнату освещала лишь тусклая настольная лампа, образовывавшая на поверхности стола бледно-желтую лужицу света. И сейчас в этом тесном помещении, в затхлом запахе старого дома, отчетливо улавливался запах склепа, такой сильный, что перебивал все остальные запахи.
— Я давал отдых своим глазам, мистер Кроу, — раздался замогильный голос Карстерза. — Давал отдых своему дряхлому старому телу! Ах, как хорошо быть молодым! У вас что-то случилось?
— Да, — твердым голосом начал Кроу. — Странная и очень неприятная вещь. Я просто подумал, что должен рассказать вам об этом.
— Странная вещь? Неприятная? К чему вы клоните? — Карстерз выпрямился за своим письменным столом.
Кроу не видел его лица, которое оставалось в тени, но видел, как оккультист вздрогнул, когда он продолжал:
— Черви! И довольно много. Я по всему дому на них натыкаюсь.
Сидящая в кресле фигура задрожала, привстала и снова села:
— Черви?
В его голосе прозвучало наигранное удивление, потом он ненадолго замолчал, подыскивая, как догадался Кроу, объяснение этой загадке. Кроу решил подтолкнуть его:
— Я думаю, вам следует как-то разобраться с этой проблемой. Иначе они сгрызут весь дом до основания.
Карстерз откинулся на спинку кресла и, похоже, расслабился:
— Нет, мистер Кроу, — с хриплым смешком ответил он. — Это не тот вид. Полагаю, они предпочитают более изысканную пищу. Да, я тоже их видел. Это личинки!
— Личинки? — Кроу не смог сдержать отвращения, хотя и подозревал это. — Здесь что, есть мертвечина?
— Была, — ответил Карстерз. — Вскоре после вашего приезда я нашел в погребе разложившегося кролика. Бедняга покалечился на дороге или попал в капкан и забрался в мой погреб, чтобы умереть. Его останки кишели червями. Я избавился от скелета и засыпал все химикатами, чтобы уничтожить червей. Вот почему вам не разрешалось ходить в подвал. Эти яды дают очень вредные испарения.
— Понятно...
— Что касается тех нескольких личинок, которых вы видели: вне всякого сомнения, некоторые твари успели уползти и пробрались по трещинам и щелям старого дома. Но для них здесь нет никакой поживы, так что скоро они исчезнут.
Кроу кивнул.
— Так что не беспокойтесь.
— Не буду.
Тем все и кончилось.
* * *
Кроу так и не стал обедать. Вместо этого, чувствуя тошноту, он вышел в сад подышать свежим воздухом. Но даже на улице атмосфера казалась отравленной. Казалось, над домом и усадьбой нависла пелена мрака, и с каждой минутой тени сгущались, выдавая чье-то зловещее присутствие...
Какое-то сверхъестественное шестое чувство подсказало Кроу, что он разгуливает по нитям немыслимо опасной паутины, и где-то неподалеку его караулит огромный раздутый паук, ждущий, когда настанет время, или когда он сделает всего лишь один неверный шаг. Кроу накрыла волна нестерпимого желания уехать отсюда, оказаться как можно дальше от всего этого, но в его характере была одна упрямая черта, которая ни за что не позволила бы бежать от опасности. Рука судьбы причудливо сдала карты в этой игре, где, как сейчас казалось, Карстерз получил большую долю тузов, чем ему полагалось бы, а Титусу Кроу досталась лишь одна козырная карта.
Даже сейчас он не осознавал, насколько много зависело от этой карты, но чувствовал твердую уверенность в том, что очень скоро это выяснит.
Глава 8
На остаток того дня Кроу сделал очень немного, если вообще что-то сделал. Он ощущал все усиливающееся чувство опасности, как будто за ним кто-то наблюдал. Он обыскал библиотеку от стены до стены, осмотрел каждый квадратный дюйм ковров, занавесей и обивки стены, а также нишу — в особенности свою кровать в поисках личинок. Ни на миг не поверил Кроу объяснению Карстерза, хотя логика подсказывала, что оно вполне правдоподобно. Но, несмотря на то, что его осмотр был очень долгим и тщательным, он ничего больше не нашел.
В ту ночь, усевшись за задернутыми занавесями в своей нише, он вытащил «De Vennis Mysteriis» и открыл их на «Сарацинских ритуалах», но лишь для того, чтобы обнаружить, что большая часть главы отсутствует.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54

загрузка...