ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

.. Он поднял огниво и сунул в кошель; то
была единственная полезная вещь, которую стоило прихватить с собой.
Когда киммериец вернулся к морю, Шеймис возбужденно выплясывал у
самой воды, уминая огромными ступнями песок.
- Хозяин, а, хозяин! Гляди-ка! Там! - Он жмурился и тянул тонкую
лапку к восходящему солнцу.
Конан, приставив ладонь козырьком ко лбу, всмотрелся: у самого
горизонта над голубизной вод вставали одетые парусами мачты корабля. С
такого расстояния было неясно, видит ли он боевое туранское судно
откуда-нибудь из Султанапура или Аграпура, пузатый купеческий барк или
стремительную пиратскую галеру; ни корпуса, ни вымпелов он разглядеть не
мог. Корабль, однако, приближался к берегу, и вскоре киммериец заметил
крохотные черточки, мелькавшие у борта.
Весла! Значит, галера, быстрая галера, которую гонят и ветер, и сила
человеческих рук!
Хотя Конан был не слишком искушен в мореплавании, он не испытывал
сомнений насчет принадлежности этого судна. Купцы, плававшие в голубых
просторах Вилайета, чаще пользовались парусом, ибо десятки гребцов и сама
гребная палуба отнимали место у груза. Имперские корабли могли ходить на
веслах, но вряд ли хоть одно из них имело такие стремительные хищные
обводы, низкую посадку и удлиненный корпус с вытянутым на манер
дельфиньего рыла форштевнем. Когда галера, приблизившись к берегу на
десять полетов стрелы, развернулась бортом, Конан уже знал, что видит
пиратское судно. И шло оно на юг, к Шандарату, блистательный повелитель
которого, по слухам, благоволил морским удальцам, делившимся с ним
добычей.
- Эй, приятель! - киммериец повернулся к Шеймису. - Ты можешь
подманить их сюда?
При виде этого корабля все мысли о воровской карьере и о возвращении
домой вылетели у Конана из головы. Разбойничать на море - что могло быть
соблазнительней! Вчера, стараниями сумеречного духа, он обзавелся
кое-какой одеждой и даже сапогами - пусть рваными и из дрянной кожи, но,
во всяком случае, теперь он не выглядел оборванцем. Конечно, его не
примешь за аквилонского рыцаря, ну так что же? Главное, у него была сабля!
Шеймис, в задумчивости помахивая крылышками, размышлял.
- Могу попробовать, хозяин, - наконец заявил он. - Но что тебе за
корысть в этой посудине? Учти, там лихие люди... я это чувствую!
- Примани их сюда, а с остальным я разберусь, - Конан с уверенным
видом похлопал по рукояти своей сабли. Сейчас он твердо решил заделаться
пиратом и проводил эту идею в жизнь со всем максимализмом молодости.
- Готово, - сотворив несколько пассов, демон уселся на песок,
наблюдая за кораблем. - Сейчас они ринутся сюда, словно весь берег усыпан
самоцветами. Видишь ли, хозяин, я навел на них чары с помощью заклятья
великого Гала...
- Подробности оставь при себе, - прервал духа Конан и раскрыл кошель.
- Ну-ка, полезай сюда! Я не хочу, чтобы они тебя видели.
Шеймис покорно уменьшился до размеров мыши, но когда киммериец поднял
его, чтобы спрятать в сумку, пропищал последний совет:
- Хозяин, а, хозяин! Спрятался бы ты за камнями! Лихие люди, говорю
тебе... Мало ли что!
Мысль эта показалась Конану здравой и, выбрав валун повыше, юный
киммериец распластался за ним на песке. Среди бродяг, обитавших на
городской свалке близ Шандарата, ходили жуткие истории о жестокости и
вероломстве вилайетских корсаров, которые сейчас пришли ему на ум. Нет,
прав, прав старый Шеймис: сначала надо поглядеть на этих лихих парней, а
потом уж вербоваться в экипаж!
Тем временем корабль и в самом деле повернул к берегу - то ли
подействовали чары Шеймиса, то ли такой маневр входил в намерения
капитана. Конечно, галера не могла пристать к песчаному пляжу; тут было
слишком мелко и из воды торчала пропасть камней. Однако пиратам явно
приглянулось это место. Из-за своего валуна Конан наблюдал, как на воду
спустили шлюпку, и шесть моряков с кривыми ятаганами за поясом
разместились на веслах; затем в ялик спрыгнул смуглый бородатый мужчина в
роскошной одежде - видно, капитан, - и еще один, в сером плаще, который
сильно оттопыривался над плечами. Не успел юный киммериец сосчитать до
пятидесяти, как днище лодки заскребло по песку, и ее гребцы и пассажиры
спрыгнули прямо в мелкую воду. Матросы, разом навалившись, вытащили
суденышко на берег; капитан же и человек в плаще остановились в десяти
шагах от камня Конана, увлеченные спором.
- Ты обещал доставить меня прямо в гавань Шандарата, - недовольно
произнес мужчина в сером, - а высаживаешь один Нергал знает где! Отсюда до
города день пути!
- Не день, а полдня или даже треть, - возразил капитан, рослый и
крепкий моряк со смуглой физиономией, хитрой и алчной. - И я не собирался
везти тебя в Шандарат, клянусь милостью Митры! Знаешь, Фарал, я еще не
сошел с ума! Раньше шандаратский владетель нам благоволил, но времена
переменились: он собирается воевать Жемчужные острова, и всякий вольный
капитан, решившийся зайти в гавань, рискует остаться без судна. Солдат-то,
понимаешь ли, надо на чем-то перевозить, а кораблей у Ашарата не хватает!
- Мог бы высадить меня поближе к городу, - заметил человек, названный
Фаралом. - Я спешу!
- А чем это место хуже всякого другого? - капитан с деланным
недоумением огляделся по сторонам. - Шагай вдоль берега прямо на юг, и
обедать будешь уже в лучшей шандаратской харчевне! - Он нетерпеливо
протянул руку. - Ну, давай, рассчитывайся! Десять золотых, как
договаривались! Я тоже спешу!
Фарал вытащил из-под плаща увесистый кошель и отсчитал деньги.
Столпившиеся за спиной капитана пираты жадно поглядывали на золото.
- Держи, почтенный! Только не десять, а пять - ты немного ошибся.
Конан, устроившись за камнем, только головой покрутил. Похоже, этот
Фарал тронулся умом! Решил прокатиться на пиратской галере, позвенел
кошельком с золотом и принялся спорить о цене - тут, на пустынном берегу,
один против семи головорезов! Очень непредусмотрительно... Несмотря на
юные года и скудный жизненный опыт, киммериец не сомневался в том, как
развернутся дальнейшие события.
Как он и предполагал, лицо пиратского вожака начало наливаться
кровью.
- Пять, говоришь? - взревел капитан, хватаясь за рукоять длинного
прямого меча. (Отличный клинок, подумал Конан, сглотнув слюну.) - Пять,
вонючий краб? Выходит, я вру? - он выдержал многозначительную паузу и уже
раскрыл рот, но Фарал спокойно прервал его.
- Конечно, врешь. Бери, как договорились, или не получишь ничего.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168