ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Рина вздохнула и выпрямилась, отбросив волосы на спину.
- Может быть, нам надо спуститься туда? - Девушка ткнула дротиком в
отверстие. - Храм, который мы ищем, наверняка стоит на твердой земле.
- Храм огромен, - возразил Конан, - не меньше этих деревьев. Мы
увидим его и сверху, а двигаться здесь куда безопаснее. Там, - он сплюнул
в дыру, - полно всяких тварей. И еще я думаю, что святилище находится не в
лесу, а гораздо глубже. Помнишь, что сказал Учитель? У самых колен
гигантов... Наверно, за красной равниной есть спуск вниз - пропасть или
подземные ходы...
- Только не это! - Рина передернула плечами. - Хватит с нас тех
подземелий, что остались позади!
Конан не ответил. Поднявшись с колен, он обтер клинок полой туники,
сунул его в ножны и тяжело зашагал к огромному отверстию дупла, сматывая
по дороге веревку. Спать, - стучало у него в голове; съесть пару лепешек,
выпить воды и уснуть. Внезапно он почувствовал, что силы его на исходе.

Когда некоторое время спустя путники покинули свое убежище, розовые
тучи все так же метались в вышине, заливая джунгли потоками красноватого
света. Видно, пока они отдыхали, прошел дождь - в огромных чашах листьев
застыла чистейшая влага, прохладная и свежая. Сняв туники, сбросив сапоги,
Конан и Рина вволю плескались, стараясь не глядеть друг на друга; вода
смыла не только пот и пыль, но и воспоминания о жутком чудище, невидимом
страже вулкана, едва не завладевшем их душами и плотью.
Перекусив лепешками и сушеным виноградом, они тронулись в путь - два
крохотных существа, затерявшихся среди гигантского леса, среди чудовищных
стволов, уходивших вниз и вверх на тысячи локтей. Где-то под ними таилась
земля, мрачная и темная, не знавшая от века ласки солнечных лучей; над
головой, скрывая небеса нижнего мира, плыли облака, плотные и
непроницаемые, как груды туранских ковров. Возможно, тут вообще не было
неба - только каменный свод необозримой пещеры, задрапированный покрывалом
розовато-алых туч. Конан не думал об этом; он стремился вперед и вперед, к
рубежам пурпурной равнины, к пропасти, провалу или расселине, позволившей
бы достичь дна подземного мира.
Так день за днем они странствовали по верхнему ярусу гигантского
леса, перебираясь с ветви на ветвь, минуя поляны с алыми, оранжевыми и
багряными травами, обходя чудовищные колонны деревьев, подпиравших небеса,
ночуя в дуплах, похожих на просторные пещеры. Время здесь текло незаметно,
так как ночная тьма не сменяла свет, и солнце, луна и звезды не кружились
в вечном хороводе, напоминая об ушедших месяцах и годах; казалось, даже
боги не властны над этим миром тихого покоя, одетого в багряные краски
осени. Конан отсчитывал дни от перехода до перехода; когда колени начинали
подгибаться, ноги тяжелели, и мешок начинал давить на плечи, приходила
пора отдыха и сна. Пошарив за поясом, киммериец доставал свой заветный
флакончик и, вдохнув бальзама, направлялся к ближайшему стволу, к поляне,
заросшей кроваво-красными травами или мягким мхом. Присутствие Рины уже не
тяготило его; с тех пор, как они разделили глоток снадобья - там, в
вулканическом тоннеле, - Конан больше не стеснялся своей спутницы.
Поневоле она тоже прошла причастие арсайей, и это в каком-то смысле
уравнивало их - если не до конца, то хотя бы отчасти.
Покой и мир, царившие среди пурпурных вершин, не были неизменными;
иногда Конану приходилось браться за меч, а Рине - раскрывать свою сумку с
дисками. К счастью, опасности всегда приходили с нижних ярусов, и к
счастью, девушка умела если не предупреждать, то предвидеть их. В один из
дней - вернее, условным утром, когда путники, покончив с трапезой,
собирались двинуться в путь - она вдруг встревожилась и велела Конану
спрятать дорожные мешки обратно в дупло. Торопливо оттащив поклажу к
задней стене просторного сухого убежища, киммериец встал у входа,
наблюдая, как Рина ходит по поляне среди красных трав и черных
колокольчиков. Она то склоняла голову к плечу, то замирала на месте,
прикрыв глаза и к чему-то прислушиваясь, то быстрым шагом отступала в
сторону, словно где-то под ней скользил невидимый хищник, готовясь
броситься на жертву.
Наконец Конан не выдержал.
- Что там? - крикнул он, потянувшись к рукоятям мечей. - За нами
следят?
- Тише, - девушка махнула рукой. - Иди сюда, только осторожней. И
приготовься!
Обнажив клинки, Конан приблизился и бросил быстрый взгляд на Рину.
Тяжелая сумка с дисками, что оттягивала ее пояс, была расстегнута, милое
личико девушки казалось сосредоточенным и суровым.
- Юркая тварь, - пробормотала она, - и очень большая. Как бы нам не
пришлось...
Внезапно Рина отскочила в сторону, вытянув руку и показывая на некое
место в траве, выглядевшее, как полагал киммериец, вполне безобидным.
- Тут, Конан, тут! Руби! - Стальной диск сверкнул в ее пальцах,
гибкая фигурка замерла в напряжении.
Алый травяной покров вспучился, стремительно превращаясь в невысокий
холм; раздался треск рвущихся корней, почва раздалась под мощным напором,
и на поверхность вынырнул остроконечный бивень. Толстый - Конан не смог бы
охватить его обеими руками - и длинный, как копье фалангита! Свистнули
мечи; киммериец едва успел разглядеть клыкастую пасть под костяным
наростом, яростный глаз, горевший дьявольским пламенем, и гибкую шею в
пунцовой чешуе - или то было туловище гигантского змея?
Он рубанул наискось обеими клинками, высекая из этого живого бревна
кровавый клин плоти. Огромная рана брызнула алым, и голова чудища,
увенчанная страшным бивнем, словно надломилась; оно слепо таращилось на
киммерийца, раскрывая бездонную пасть. Вдруг Конан заметил, что круглый
яростный зрачок твари потух, рассеченный стальным диском - этот монстр не
видел его! "Когда же малышка успела..." - подумал он о Рине и ударил
снова, стараясь держаться подальше от жутких челюстей.
Похоже, его мечи наткнулись на кость, на спинной хребет чудовища,
истекавшего кровью - а это значило, что бой наполовину выигран.
Наполовину! Конан метался рядом с гибкой шеей твари, уворачивался, падал
наземь, вскакивал - и рубил, рубил... Хребет у зверя оказался прочным, но
и клинки Рагара не подвели - киммериец перешиб кость с пятого раза. Потом
удары снова пошли в мягкое, и вдруг огромная голова отделилась, рухнув на
травяной ковер, а обрубок шеи соскользнул вниз, в рваную дыру, и исчез из
вида.
Конан, утирая локтем пот со лба, отступил на пару шагов и огляделся.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168