ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


— Это как?
— Нужно ткань палатки смочить, и дать образоваться на ней льду. Такую корку сразу не проковыряешь.
— Можно и так сделать, — согласился егерь, — и весла нужно сделать подлиннее. А то этими только комаров летом на даче отгонять.
— Думаю, весла сойдут и эти, — улыбнулся Анатолий, глядя, как ветер срывает с веток прибрежных сосен комья снега и бросает их на прозрачный лед.
— Думаешь, парусности плота должно хватить? — спросил врач, — это вряд ли, так можно неделю дрейфовать.
— Лишь бы ветер не стих, — сказал ему майор, — по этому поводу есть одно соображение, потом расскажу. Сейчас нужно определиться с оружием.
— Бери людей и пошли, — сказал Хютенен, — за оружием так за оружием.
После того как бойцы приволокли второй плот, группа всем составом двинулась вооружаться. Хютенен привел их к подножию угрюмой растрескавшейся скалы. Подошел к нагромождению камней у ее подошвы и принялся отбрасывать их в сторону, остальные взялись ему помогать. Вскоре показались доски старых деревянных ящиков. Под досками скрывался вход в небольшой грот. Егерь встал рядом с ним и спокойно произнес:
— Милости прошу, здесь все и лежит.
Анатолий заглянул внутрь, грот оказался неглубоким, от входа до противоположной стены было всего метра три. А от «пола» до «потолка» — не более двух метров. На песчаное дно пещеры были положены доски от разобранных ящиков. А на них были сложены винтовки, покрытые толстым слоем заводской смазки, обернутые несколькими слоями промасленной бумаги. Рядом с ними стояло несколько ящиков небольшого размера. И множество запаянных цинков с патронами.
— Ну как? Хватит на первое время? — усмехнулся егерь.
— Думаю, да! — подтвердил майор. Федюшин заглянул в грот, восхищенно присвистнул и попросил:
— Товарищ майор, а посмотреть можно?
— Смотрите, — согласился Анатолий. Микко взял винтовку, лежавшую сверху, — с нее уже были сняты бумажные бинты — и протянул солдату.
— Можешь посмотреть. Стандартный армейский «маузер» немецкого производства. Типичное оружие времен Второй мировой.
— Тяжелая, зараза, — взял в руки оружие Федюшин.
— Не очень легкая, — согласился егерь, — зато надежная штука, если с ней правильно обращаться. Майор отщелкнул застежки, удерживающие крышку маленького ящика и откинул ее, внутри лежали пистолеты.
— Офицерский «Вальтер», — пояснил Хютенен.
— Знаю, — кивнул Анатолий, — с него ПМ делали.
Не откладывая дела в долгий ящик, произвели распределение личного состава и оружия. С Карбаном Анатолий оставил Соколовского и Русина, хотя прапорщик настаивал, что управится и с одним бойцом. Майор логично рассудил, что кто-то должен стеречь пещеру, а кто-то — приглядывать за летчиком, пока третий человек будет спать. А еще эта команда должна была своими силами расчистить вертолетную площадку, вдвоем они бы просто не справились. На эту группу выделили один АКМ для «сторожа» у «склада», два «маузера» для остальных; кроме того, у этой группы оставались ПМ прапорщика и пистолет Йенсена. Даже не считая оружия, сваленного в пещере, арсенал получился достаточным. Для «десантного отряда» — так окрестил вторую группу бывший морской пехотинец Волков — выделили два автомата, две винтовки, ружье врача и карабин егеря, кроме того, каждый взял по пистолету. Для трофейного оружия прихватили достаточное количество боеприпасов. После этого гроту придали первозданный вид. Вход забросали камнями и засыпали снегом. Теперь предстояло поработать тряпками и шомполом, поскольку оружие из «склада» к немедленному применению не годилось. Сперва нужно было удалить слой консервационной смазки, а потом смазать маслом более жидкой консистенции. Егерю пришлось вспомнить обязанности инструктора по огневой подготовке. Под его руководством все трофейное оружие разобрали и вычистили. Для удаления загустевшей на морозе смазки использовали остатки керосина, сохранившегося в топливных баках «Ориона». Потом оружие тщательно смазали маслом из его двигателей. Теперь оружие требовалось пристрелять. По установленным на ящики консервным банкам каждый сделал несколько серий выстрелов из положений лежа, с колена и стоя сначала из винтовок, потом из пистолетов. Бойцы радовались каждому удачному выстрелу, пока на них не прикрикнул егерь:
— А ну, сопляки, слушать меня внимательно! Мы тут вам не тир устроим, а это у вас не цацки. Скоро из этих игрушек, может быть, по другим мишеням палить придется, те в ответ тоже стрелять будут, так что соберитесь и усваивайте, чему вас учат.
Егерь не успокоился, пока каждый не стал сбивать банку первым выстрелом с пятидесяти метров. Пистолеты пристреливали не так тщательно, но все же каждого бойца заставили отстрелять по обойме. Давыдов высадил две, пробуя свой пистолет. Не хлопушка ПМ, но и не ТТ, который был бы привычнее, но пули ложились достаточно кучно. Лучше, чем при стрельбе из «Макарова». Потом оружие снова тщательно вычистили и зарядили. Пора было выдвигаться. Поделили продукты. Уложили оружие и снаряжение в плоты. Было решено, что экипаж первого составят Давыдов, врач и Чернов, во втором предстояло путешествовать Федюшину и егерю. На днищах и бортах обоих плотов, обтянутых палаточной тканью, уже успели наморозить защитный слой льда. По распоряжению Анатолия второй плот привязали к первому недлинной веревкой, а для остойчивости с него бросили волочиться сзади плавучий якорь. Перекусили и на всякий случай попрощались. Уже сама переправа была мероприятием рискованным, а что их ждало на том берегу? Наступило время воплощать загадочную идею майора Давыдова.
— Ветер на месте, — сказал Хютенен, — что дальше?
— Федюшин! Бери людей и несите сюда парашюты.
— Вон ты чего придумал, — сказал врач, — сам сообразил, или подсказал кто?
— Летом видел на пляже, мужик за парашютом на серфинге катался, — ответил Анатолий, — я и подумал, что, если ветер не стихнет, можно использовать парашют вместо паруса.
— Идея интересная, посмотрим, как теория будет стыковаться с практикой, — скептически сказал егерь.
Солдаты приволокли два чехла с уложенными в них парашютами. Для начала решили попробовать, что будет с плотами, если прицепить только один купол. Второй чехол погрузили в буксируемый плот. Потом надели чулки от ОЗК и вытащили плотики на тонкий озерный лед. Лед под ногами трещал, быстро идти не удавалось, но с этой задачей все же справились. Парашют вынули из чехла и аккуратно расстелили, стараясь не спутать стропы, впереди плотиков. Чтобы купол раньше времени не трепало, его придавили ко льду камнями. Эту операцию проделали Карбан и Соколовский, оба при этом вымокли по пояс. А мореплаватели уже заняли свои места. Пес уже был там.
— Ерунда, сейчас обсушимся, — сказал Николай, — лишь бы все получилось.
Анатолий и Игорь Петрович осторожно потянули за стропы верхнего края купола парашюта. Они стряхнули удерживающий ткань груз, и купол начал наполняться воздухом. Через мгновение парашют надулся, его потянуло вперед, и плоты заскользили по поверхности льда. Стоял хруст и треск, во все стороны бежали замысловатые трещины, но из-за большой площади опоры лед все же держал. С берега закричали:
— Ни пуха!..
Кто-то послал их к черту. Кто именно, смотреть было некогда, оглядываться у Анатолия не было никакой возможности. Оставшиеся на берегу махали руками, им в ответ лаял пес. Под днищем трещал и шуршал лед. Уже с первых минут «плавания» Анатолий понял, что путешествие не будет легким. Теория с практикой стыковалась не особенно здорово, все пошло не так гладко, как изначально задумывалось. Виной всему был ветер. Если бы он дул ровно, они могли бы наслаждаться жизнью, как яхтсмены с рекламного ролика. Им же пришлось работать, как экипажу парусника чайного клипера, стремящегося первыми доставить свой товар из Китая в Европу. Ветер был порывистым — то он дул ровно и их тянуло прямо к противоположному берегу, то он резко менял направление и тогда купол гас, его приходилось тянуть, чтобы он оставался в воздухе, а не скользил по льду впереди буксируемого «каравана». Вскоре полоса ледяного припоя кончилась, плоты один за другим скользнули в озерную воду. Вот тут-то и началась настоящая работа. Пока они двигались по льду, касание его парашютом было не так уж и опасно. В крайнем случае им просто грозила остановка до тех пор, пока снова не удастся поймать куполом ветер. А теперь ни в коем случае нельзя было допустить падения купола в воду. Им приходилось то тянуть стропы на себя, когда поток ветра ослабевал, то медленно стравливать их, когда ветер дул сильно и купол высоко поднимался над водой. Через десять минут все взмокли. Что за удовольствие получает серфингист с парашютом — оставалось загадкой. На приятный отдых это было совсем не похоже. Руки ломило, пальцы упрямо разжимались, выпуская непослушные стропы. Чернову пришлось перетащить груз на «корму» для равновесия и самому включиться в работу. А ведь это было еще только начало, впереди было еще более двадцати километров. Единственное, что радовало, так это скорость движения. В ударном темпе прошло два часа, начало темнеть. К этому времени стало ясно, что плоты несет на остров. Сначала была надежда, что удастся его обогнуть, но их несло прямо на каменистую косу. Анатолий уступил свое место солдату, вынул из непромокаемого пакета картонную трубку сигнальной ракеты и выстрелил ею вверх по направлению движения. Осветительный заряд повис над водой. В его дрожащем свете мелкая рябь на поверхности озера казалась черной, а сама вода маслянистой и тяжелой. Маневренности у плотов не было никакой. Плавучий якорь, сброшенный со второго плотика, всего лишь позволял удерживать «караван» вытянутым в линию. Лавировать было невозможно. Попытки отгрести в сторону ни к чему не привели. Через несколько минут нос плота уперся в намерзшую вокруг острова льдину. Второй плот скользил в воде по инерции, пока не уперся в первый.
— Ну, что у вас там? Приплыли? — донесся голос егеря.
— Застряли, впереди коса, — крикнул в ответ врач.
Срочно нужно было принимать решение. Удерживать парашют над водой они долго не могли, втянуть его в плот, чтобы грести веслами в обход косы, — тоже. Можно было бросить парашют, но здесь не было возможности поднять в воздух второй. А до противоположного берега было еще километров десять. Анатолий быстро изложил свои соображения остальным.
— Давайте высаживаться, — предложил егерь, — здесь переночуем, в темноте плыть дальше опасно. А с утра разберемся, что делать дальше.
— Завтра может не быть ветра, — крикнул в ответ Анатолий, помогая врачу и солдату удерживать купол в парящем состоянии. А на веслах мы просто не выгребем.
— И что теперь?
Теперь было только одно решение, Анатолий его принял быстро. Нужно было лезть в воду, выбираться на косу и буксировать плот в обход на манер персонажей картины Репина «Бурлаки на Волге». Посылать в воду стариков он не стал бы, даже если бы от этого зависела его жизнь. И бойцами он не имел права рисковать. Давыдов разделся до нижнего белья. Приказал Федюшину перебраться на первый плот, потом надел спасательный жилет, обвязался веревкой. На руки надел перчатки, на ноги — чулки от ОЗК, взял нож и осторожно полез на лед. До берега было недалеко — всего-то каких-то десять — пятнадцать метров. Анатолий попытался слезть на лед плашмя, и это ему удалось.
— Пускайте ракету, — крикнул он егерю. Раздался хлопок, шипение и в небе вспыхнул белый огонек. Очертания косы теперь были видны отчетливо. Нужно было пошевеливаться, пока светит ракета. Он распластался на выгибающейся под ним поверхности и начал осторожно ползти. Холод пробирал до костей. Ледяной ветер пронизывал насквозь. Каждое движение сопровождалось треском льда, но Анатолий упрямо полз вперед. Лед треснул, когда до берега было метров пять и Анатолий сразу же оказался в воде. Спасательный жилет держал надежно, но… Только теперь он понял, что такое настоящий холод.. Белье моментально промокло, от резкой смены температур по телу ударила жуткая ломящая боль. Анатолий стиснул зубы и зарычал. «Только бы не шок!» — пронеслось в голове Давыдову приходилось много читать об упавших в воду летчиках и моряках во времена северных конвоев.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39

загрузка...