ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Ни один из них серьезной критики не выдерживает. /…/ Первый миф, на котором, как на ките, стоит политическая вселенная Жириновского, касается того, зачем России империя, /…/ без империи «русские везде станут национальным меньшинством, медленно уничтожаемым… это будет медленное убийство русской нации». /…/ Второй миф Жириновского — это идея, что «нации, входившие когда-то в состав российской империи, без нее нежизнеспособны.» /…/ Третий кит Жириновского — расизм. Жириновский: «Речь идет вообще о спасении белой нации и об угрозе ее существования. Восемь процентов сегодня белые составляют. Вы что думаете, девяноста два процента будут долго мириться с тем, что восемь процентов живут в лучших регионах, лучше питаются, дольше живут? Эти 92 % потребуют свои права».
Тут благородный профессор Янов, воспитанный в Америке, не выдерживает:
«Так вы еще и расист?» «Нет, почему расист? Я говорю об угрозе для белой нации…»
Жириновский наверняка наслаждался разговором, а бедный профессор Янов всплескивал, очевидно, руками в отчаянии.
«Не получилось у нас с Владимиром Вольфовичем интеллектуального спора.» /…/ сокрушается Янов. «Лежавшие в основе его концепции мифы не выдерживали прикосновения здравого смысла. Оказывалось, например, что Америка никак не сможет противодействовать «нам», когда мы будем отнимать у нее Аляску. Почему? Потому что она сама погибнет. Как вот внезапно погиб СССР, так и США погибнут». Каким образом? Неизвестно. Что ожидает в случае гибели США ту «белую нацию», судьбы которой так, казалось бы, дороги Жириновскому? Неизвестно».
Далее профессор Янов пускается в недоуменные профессорские рассуждения.
«Но действительно ли интеллектуальное банкротство Владимира Вольфовича — его слабость?»
и т. д. Вздыхая и охая, Янов много раз сближает Жириновского, совершенно неуместно, с Гитлером.
Радио БиБиСи в эти дни называет Жириновского не иначе как «ультранационалистом». Куда более экспансивные французы называют его с латинской темпераментной несправедливостью «фашистом». И то и другое не соответствует действительности.
Это мало кем замечено, но Жириновский культивирует по меньшей мере два политических «имиджа» одновременно. Потому есть два Жириновских: для богатых и для бедных. Профессор Янов почему-то не потрудился прочесть документы ЛДП, не прочел программу партии.
Кажется, не читали ее и антифашиствующие демократы, нынешние хулители «фашиста» Жириновского, между тем тяжко ответственные за то, что 12 декабря выпустили такого в Большую Политику, устранив от выборов его соперников по оппозиции. Официальная программа ЛДП (все версии ее, включая проект Конституции России Жириновского и краткое изложение принципов ЛДП, датированные апрелем 93 г.) — есть респектабельная демократическая программа, где обещаются и приватизация, и передача земли в собственность. То есть весь джентльменский набор демократических принципов «свободного рынка» и капиталистического общества. Так и пишется, черным по белому в программе, вышедшей перед президентскими выборами в 1991 г.:
«ЛДП за юридическое признание частной собственности, выступающей краеугольным камнем целостной экономической структуры. Социально ориентированная рыночная экономика должна основываться на корреляции различных видов собственности: частной, коллективной, государственной. ЛДП настаивает на осуществлении естественного процесса приватизации…»
Спустя два года, в апреле 93-го, в приложении к проекту конституции те же принципы:
«ЛДПР — это правоцентристская партия, ставящая своей стратегической целью создание правового государства через многопартийность, частную собственность (как материальную основу свободы и прав человека)… /…/ ЛДПР — это партия, отстаивающая идею социальной справедливости, выступающая за приватизацию в интересах всех граждан России, а не мафиозных и коррумпированных структур (можно подумать, что в программах других партий сказано, что они за приватизацию в интересах мафии!) , за передачу земли в частную собственность, в первую очередь тем, кто на ней работает».
Прочтя это и не зная, что это Жириновский, нормальный человек, не профессор Янов, пожмет плечами и скажет: «Эка невидаль, и Ельцин тоже обещает, и Черномырдин, и кто угодно, и все другие демократы!» И нормальный человек будет прав. То, что «ЛДПР — это партия, отрицающая шоковую терапию» — сегодня никого уже не колышит, потому что ее, шоковую, отрицают сегодня и Явлинский, и сам Черномырдин. То, что «ЛДПР — это партия, выступающая в области государственного строительства за постепенное воссоздание с помощью экономических и политических средств Российского государства (не СССР или СНГ) в границах СССР», есть тоже банальное заявление в 1994 году. Тем паче, что «постепенное воссоздание» можно понимать как хочешь. Через полсотни лет, через сотню, когда не будет ни Владимира Вольфовича, ни избирателей, это ведь тоже — постепенно… Зато очень интересно, что пункт 2 Конституции РОССИИ ЛДПР гласит: «Вся власть в России принадлежит народу, который осуществляет ее…» Но какому народу, Владимир Вольфович? В вашей Конституции, как и в ельцинской (там сказано: «Мы, многонациональный народ Российской Федерации», /…/ и в статье 3: «Носителем суверенитета и единственным источником власти в Российской Федерации является ее многонациональный народ .») не нашлось места для русского народа. Но 85 % населения России — русские, это они создали русскую цивилизацию и государство. Как же так, вы, кого на Западе называют «ультранационалистом», исключили русский народ из Конституции? Между тем вот как начинается Конституция Французской Республики: «ФРАНЦУЗСКИЙ НАРОД ТОРЖЕСТВЕННО ПРОВОЗГЛАШАЕТ…» (И у власти во Франции никак не националисты, но нормальные демократические партии, сегодня социалистический президент и правый премьер). Как же так? Дело в том, что Владимир Вольфович такой же самозванный националист, как самозванный русский.
Разберемся, построив все в хронологическую линию. Итак, в середине семидесятых Жириновский понимает, что карьеру в лоне официальных государственных организаций (МИДа, Комитета борьбы за мир, профсоюзов и прочих) ему сделать не удастся. Переусердствовав в Турции, он испортил себе будущее. Где-то около 80 года, а может, и раньше он начинает работать в сионистских (чуть не написал «марксистских») кружках Москвы. Но чтобы стать лидером, ему не хватает храбрости. Он энергичнее, по-звериному талантливее большинства, но нужно рисковать, а его символ — бронежилет (а ранее — скорлупа двухкомнатной квартиры, где он просидел 20 лет). В 1983 году его бумаги прибывают в Израиль, он хочет эмигрировать из России, но что-то заставляет его передумать. Не так важно что. Он остается. После 1985 года Жириновский храбреет вместе со всем советским обществом. Он появляется на публичной сцене театра «Шалом» и без труда завоевывает себе руководство сразу четырьмя отделами в руководстве еврейского движения. Но он понимает, что забраться на самый верх ему не светит, что все высшие места в еврейском движении давно разобраны не самыми талантливыми и энергичными, но самыми смелыми. Потому он начинает заглядываться на другую, большую политическую сцену — общесоветскую и начинает ходить к демократам. Там… Лучше я процитирую журналиста Владимира Назарова. Вот Жириновский в 1990 году.
«Вначале (он) предпринял попытку сблизиться с демократами, ходил на их собрания, митинги. Но, видимо, сообразил, насколько нелепо выглядит рядом с умными, интеллигентными, воспитанными людьми. И конечно же смертельно обижало Жириновского, что они не только не собирались дискутировать с ним, но и руки старались не подать…»
Владимир Назаров сладко идеализирует демократов, я мало видел среди этих людей «умных» и «интеллигентных», хотя некоторое преобладание в столичном лоске и современности налицо. Скажем, Егор Яковлев в сравнении с Жириновским таки «интеллигентнее», но уже какой-нибудь Шахрай, — не очень. Неизвестно, подавали ли демократы руку Жириновскому, может быть, и охотно тогда подавали, потому что он ничем еще себя не проявил. Однако несомненно то, что, походя, поотиравшись среди этих людей, Жириновский решил основать собственную контору. Тоже ДЕМОКРАТИЧЕСКУЮ, но свою! Живой ум Владимира Вольфовича подсказал ему, что раз разрешили создавать партии, то нужно создавать СВОЮ. Создание своей конторы закодировано в его генах. И тот же живой ум подсказал ему, что он ничем не хуже всей это братии, может быть, одетой и подстриженной лучше его. Он явно не читал всех книг, которые возможно, прочли они, но инстинкт говорил ему: «нужна партия». 31 марта 1990 года на учредительском съезде в Москве была создана ЛДП. Очевидно, созданию партии предшествовали какие-то месяцы, следовательно, зашевелился Владимир Вольфович где-то во второй половине 1989 года, т. е., едва покинув сцену сионистского движения, вступил на демократическую. А может быть, некоторое время играл на обеих? Как бы там ни было «Жириновский действительно отец русской демократии». Его партия в 1990 году стала первой после КПСС официально зарегистрированной партией в стране», — пишет в «Комсомольской правде» от 28 января Дмитрий Бабич. Он сам создал ЛДП или ему помогли? Существует версия о том что Жириновский — ставленник КГБ. Для политика не имеет значения, кто помог ему основать партию. Важна политика его партии. Дмитрий Бабич обратился за разъяснениями о связи Жириновского с КГБ к бывшему председателю этой организации Владимиру Крючкову.
«Все слухи о нашей поддержке Жириновского — чепуха, — сказал мне Владимир Александрович. — Мы вообще не работали с политическими партиями, хотя теперь я понимаю, что это была ошибка. Мы получили право работать с ними по закону об органах государственной безопасности от 16 мая 1991 года. Но этот закон вступил а силу с января 1992 года, так что мы не успели воспользоваться своими правами».
КГБ или нет, но ЛДП существовала уже более года к моменту президентских выборов 1991-го. И единственным партийным демократическим кандидатом на тех выборах оказался Жириновский. Правда, партии никакой на самом деле не было: был отдел кадров скорее. Располагавшийся по адресу: 1-ый Рижский переулок 2, комната 41, в издательстве «МИР». Ну конечно, это место работы Жириновского! Вот и вся партия. Позднее Архипов нашел ему помещение на Рыбниковом. Но и в феврале 92-го ЛДП продолжала оставаться богом забытой организацией. Хотя сам Жириновский уже таковым не был.
Остановимся на моменте, чрезвычайно важном в политической биографии Жириновского. Кандидатуры свои на президентских выборах выставили люди национально известные уже по нескольку лет: Ельцин, бывший премьер-министр Рыжков… У всех у них были вполне добронравные добропорядочные программы, демократические. Ни о какой перспективе шоковой терапии и о проекте убийства СССР Ельцин народу и не заикался. Выступая в зале «Октябрь» за несколько дней до выборов, он обещал, напротив,
«ускоренное развитие социальных гарантий, повышение минимальных зарплат к пенсий, рост стипендий, увеличение отпуска и сокращения рабочей недели».
В той же речи он истолковал «приватизацию как РАЗДАЧУ гражданам собственности », и если-таки упоминал о проведении «радикальной рыночной реформы», то тогдашнее общество толком не знало, о чем идет речь, и даже такую реформу требовало. Что мог противопоставить неизвестный никому Жириновский всем этим обещаниям плюс тому обстоятельству, что Ельцин нравился публике («да на него просто смотреть приятно — высок, широк в плечах, голос громкий, а лицо какое мужественное, не чета некоторым мужчинам. /…/ Смотришь на него и думаешь, что есть еще на Руси настоящие мужчины» — писала в «Лит. газете» за 27 марта 91 г. Ирина Долгова, машинистка из Нижнего Новгорода). Что он мог противопоставить?
«Программные постулаты ЛДП, базирующиеся на пяти демократических принципах: 1. Правовое государство, 2. Многопартийность, 3. Многоукладная экономика, 4. Президентская форма правления, 5. Деидеологизация (т. е. декоммунизация) всех государственных и общественных институтов..?» «Рынок не приемлет тот, кто не приемлет свободу»,
— глаголет ЛДП в программе весны 91 года, поощряя по пути «новое политическое мышление», уже успевшее досадить по горло гражданам СССР!
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34

загрузка...