ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Сам себя объявивший умеренным центристом, вежливо участвовавший в тени Ельцина на Конституционном Совещании, забыт всеми на Рыбниковом переулке бывший вчерашний наш самый ультра, Жириновский. А ведь он привык ко вниманию, и как! И взыграло тут ретивое. Собрался забытый политик с духом и присобачил к обычному, в старом стиле доцентристскому поливу своему модную концовку, и отдал в «Известия». «Соединение важнейших принципов социализма с национальными идеями есть национал-социализм», — важно вещает он. Но это ленивый, непереваренный плагиат, и только. «Слияние самых радикальных форм социального сопротивления с самыми радикальными формами национального сопротивления есть национал-большевизм», — гласит одно из положений «Приказа о создании национал-большевистского фронта», авторы его Александр Дугин и Эдуард Лимонов, но никак не Жириновский. Написанный 1 мая с.г. приказ был распространен в тысячах экземпляров во время демонстрации 9 мая в Москве, и с тех пор цитировался оптом и в розницу газетами Европы, и нашими; в последний раз 7 августа «Советской Россией». Жириновский не заколебался бы предстать пред нами и апостолом национал-большевизма, но решил, очевидно, что будет ОЧЕНЬ СЛИШКОМ видно.
Но и так ОЧЕНЬ СЛИШКОМ виден ПЛАГИАТ. Я думал о Жириновском лучше. Я думал, он талантливее. Задрав штаны бежать за Лимоновым и Дугиным и их национал-большевизмом самым постыдным, демонстративным образом! Как можно! Мечется бедный Жириновский.
То Жириновскому кажется, что «центризм» верная идея и вывезет к президентству, «вот и Руцкой о том же говорит». Спустя несколько недель сомнения опять одолевают: а что если красно-коричневый «национал-большевизм» выигрышная идея? Иначе зачем на нее так много изводят газетного места умные иностранцы? Как дитя, несмышленое, но жадное, хочет быть он и умеренным тихим центристом, и УЖАСНЫМ нацистом. Такая базарная, наглая, низкая манера соискания президентства, надеюсь, произведет неприятное впечатление на его избирателей. И они поймут, что нет у Владимира Вольфовича политических убеждений. Никаких. У него одно, но глубокое, неполитическое убеждение: что Владимир Вольфович должен стать президентом. Потому он заимствует чужие убеждения. Ворует. Держи вора!»
«Известия» убрали «вора», а жаль! На фоне всеобщего оппортунизма русской политики, и оппозиция не исключение из правил, эти маневры Владимира Вольфовича выглядят Менее Разительно. Потому обвинявшие его в 1992 году в «фашизме» его родственники «демократы», вполне дружественно воспринимали его в 1993 году, как-никак он явился к Ельцину и помог выдать обсуждение проекта Конституции за общероссийское дело. Без участия ЛДПР обсуждение выглядело бы как правительственная затея. Выиграв 70 мест в Думе (исключительно благодаря бездарному головотяпству противника, забившего мяч в свои ворота много раз подряд), он опять стал «фашистом».
Борис Николаевич Ельцин славно поработал на Владимира Вольфовича, убрав вначале с помощью пушек Руцкого, Хасбулатова, Константинова и Анпилова и их партии и движения, конкурентов Владимира Вольфовича в политике, и не допустив позднее РОС, НРП, РХДП, КДП к выборам. Если бы в последний момент не было разрешено участие в выборах Коммунистической партии Российской Федерации (партии Зюганова), ЛДПР сегодня имела бы в Государственной Думе еще 65 мест, то есть 135 депутатов имела бы! Жириновский должен молиться на Бориса Николаевича. Борис Николаевич же, осознав, что натворил, срочно выпустил из тюрьмы Руцкого, чтобы к моменту президентских выборов 1996 г. разбить голоса антиельцинистов. Рыжков, бывший премьер Горбачева, долгое время был вне политики, никаких страстей его имя не возбуждает. Если, как ожидается, он выставит свою кандидатуру третьим между Ельциным и Жириновским, эта фигура существенно не изменит расстановку сил. Другое дело Руцкой. За него охотно проголосуют и коммунисты, ибо Зюганов не настолько силен, чтобы конкурировать с Ельциным и Жириновским.
С декабря 1992 года политическая борьба в России в основном свелась к борьбе между Ельциным и его парламентом, подмявшим под себя постепенно ФНС и более мелкие организации оппозиции. Так что Жириновский совершал свои маневры по-прежнему на обочине основного политического движения. То, что он стал центристом, мало кем было замечено, попросту потому только, что никому не было дела до Жириновского и ЛДП. (Надо признать, что такие тихие периоды и есть самые опасные для партий, ЛДП не исключение. Обыкновенно отток людей из партии особенно силен именно в периоды безделья.) 21 сентября Ельцин объявил парламент вне закона, и политическая борьба и вовсе свелась к противостоянию между Домом Парламента и Кремлем. Не только Жириновский был забыт, но и Анпилов, не только Проханов растерянный бродил по коридорам Белого Дома, но и Стерлигов, и Зюганов, и Умалатова, и многие другие лидеры ФНС. Противостояние вообще свелось к неполитической борьбе двух президентов: Ельцина и Руцкого (плюс Хасбулатова). В этой обстановке, когда Жириновский попытался напомнить о себе, что он есть, предложил себя в качестве посредника, его никто не заметил кроме пары газет. Мелькнуло имя и исчезло. Даже такого посредника, как патриарх, игнорировали. Ты Алексий II? Ну и бог с тобой. Заговорили пушки.
Когда пушки отговорили, состоялись выборы. И вот тут-то, не имея возможности проголосовать за партию расстрелянных из пушек (напоминаю, что тринадцать партий и движений оппозиции были не допущены к выборам), растроганный, злой или жалостливый избиратель проголосовал за те партии, которые НАПОМИНАЛИ ему, ПОХОДИЛИ НА тех, расстрелянных и недопущенных. Победа досталась третьим лицам: Жириновскому и Зюганову. Вот что писал лишенный победы Александр Баркашов, лидер «Русского Национального Единства», раненый, из тюремной больницы:
«Многие сочувствующие нам задают эти вопросы, говоря при этом: «Теперь Жириновский собрал голоса ваших потенциальных избирателей и пожинает плоды вашей пропагандистской работы и популярности ваших политических взглядов». Возможно, и мы поступили бы так же, как поступили Жириновский и Зюганов, если бы мы были политиками, готовыми на любые компромиссы, на любые политические кульбиты, ради того, чтобы любой ценой оказаться около власти, пусть даже и «оккупационной» (слова Зюганова), но около власти. Но мы не политики — мы по духу Воины — Воины Руси. Мы поступили так, как должны поступать Воины Духа. /…/ В отличие от зюгановых и жириновских, мы не могли оставаться в стороне — Русская честь выбора не оставляет».
Заметьте, что Баркашов пишет здесь Зюгановых и Жириновских с маленькой буквы. Я разделяю его презрение.
Самозванец
Жириновского назойливо сравнивают с Гитлером. И зарубежные журналисты тоже. Не нужно думать, что зарубежные журналисты образованнее наших, ничуть, журналистская культура повсюду очень низкая. Потому затвердили и талдычат: «Гитлер, Гитлер», — ибо в их интеллектуальном багаже только этот исторический персонаж для сравнения. Между тем жизнь и идеи Гитлера журналисты знают также скверно. Они только знают, что Гитлер произносил «истерические» речи, был «психопатом» и совершил преступления против человечества. Но Гитлер был прежде всего революционером, главой идеологического движения, имевшего далеко идущую цель — создать абсолютно новый тип германца и новое германское общество. Владимир Вольфович анти-революционер, он прямо противоположен Гитлеру, его устраивает создавшееся в результате перестройки общество. Занимательная география для слабоумных с сентенциями
«А часть населения будет всегда жить в степи, в горах, в пустыне; в кибитках, в сакле, в юртах, вести кочевой образ жизни. В основном заниматься разведением скота».
(Вспомним знаменитое чеховское «Лошади кушают овес и сено. Волга впадает в Каспийское море.), нужна Владимиру Вольфовичу, чтобы опылить мозги избирателя. Оглупить избирателя, и так не очень умного. На большее он не претендует. И пусть не смущает вас его сумасбродность. Назвать Жириновского Гитлером — значит льстить ему и раздуть его в сотню раз.
Подобных Владимиру Вольфовичу следует искать не в истории Германии, но скорее в истории ее врагов, в противоположном лагере. Я давно писал о том что Владимир Вольфович — «политик американского типа». Ближе всех ему и по темпераменту, и по выходным данным («такой же, как вы», сам защитил диссертацию, стал адвокатом, сам стал политиком, опирался на «дворняг») некто Хью Лонг. Вот вам история жизни этого типа, я ее вольно пересказываю в том виде в каком она изложена в журнале «Эвенеман дю Жеди». Безусловно, не все в точности совпадает в жизни и карьерах Лонга и Жириновского, но совпадений достаточно. И заметьте, что ни, тот ни другой не покушается на социальный строй страны, ни тот, ни другой не революционеры. Их интересует лишь личная власть. Их сумасбродные поступки не обусловлены идеологией, но есть следствия их характера, они личностные, а не идеологические.
Духовный предок Жириновского — американский демагог Хью Лонг.
В начале этого века Луизиана была едва ли не самым бедным штатом США. Всего лишь 50 километров асфальтированных дорог на территории в 125.625 кв. километров. Никаких мостов через реки — переправлялись вброд. Половина детей не училась в школе. Большие компании (лесопильные, железных дорог, сахарного тростника, и более всего нефтяные) фактически управляли штатом. Местные политики, — циничные и коррумпированные, крестьяне и неграмотные и неорганизованные… Короче, что-то вроде банановой республики с болотами и крокодилами.
Шестой ребенок в семье с девятью детьми, Хью Лонг родился в 1893 г. в Виннфилде, в «епархии» со всего несколькими сотнями жителей. Он мечтал только о том, чтобы сбежать от работы на ферме. В 17 лет он начал разъезжать по южным штатам: Техасу, Оклахоме, Теннеси, продавая всякие хозяйственные товары от двери к двери. Это именно тогда он открыл для себя свой словесный талант уговаривателя. Трудолюбивый, талантливый, он сам приготовил свой диплом права и получил в 24 года лицензию адвоката.
Тотчас же он занялся защитой мелких владельцев нефтеносных участков и атаковал нефтяные тресты, этих «коррумпированных хищников». Очень скоро Лонг сделался кем-то вроде популярного агитатора, мечущего громы и молнии против нефтяных колоссов и правительства, «подельника» больших компаний. И закономерно, что вскоре Лонг бросился на завоевание поста губернатора. В старом «Форде» разъезжал он из одной епархии в другую, и на развилках пыльных дорог, в скверах у мэрий, потный, толстый, красный, импровизировал свои зажигающие анафемы перед собраниями загорелых фермеров-крестьян с заскорузлыми руками. Он ловко наделял злыми прозвищами своих политических противников, назвал одного «индюшачьей головой», другого «пыльной тряпкой». Его любимый лозунг «Каждый человек король, но никто не носит корону».
Его программа? Элементарная: новые дороги, бесплатные школьные учебники, снижение налогов и полная отмена налогов с охотников и рыбаков. Его методы: методы гангстера. Он так объяснял свою технику: «Я хочу придти в каждую епархию и стереть босса (лидера общины, обыкновенно это шериф). Это мне даст 40 % голосов. Что касается остальных, я буду их убеждать». Его стиль «стирания боссов»? Он систематически копался в прошлом своих противников, выискивал предпочтительно грехи против нравственности или доказательства коррупции и запугивал противников тем, что предаст их гласности. Это работало: назавтра он сажал одного из своих людей на место босса. В 1928 году, за год до Большой Депрессии, простые люди, «дворняги» избрали его губернатором штата.
Едва избранному, власть ударила ему в голову. (Точно так же как Владимиру Вольфовичу, избранному в Государственную Думу). Он ходил постоянно вооруженный, окруженный охранниками. Он приказал разрушить резиденцию губернатора, старое здание в типичном южном стиле, под предлогом того, что оно заражено термитами, и велел построить на его месте новое, моделью послужил… Белый Дом. Он одевался во все белое розовый платок в кармане пиджака и красный галстук, «напоминая одновременно клоуна и пахана ».
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34

загрузка...