ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Мы хотели бы немедленно покинуть корабль и отправиться в Джерши на поиски Балтира.
- Покинуть корабль!
Я видела, что мою сестру изумило единодушие, с которым драпски втянули в рот щупальца и закачались на месте.
Прежде чем я успела что-либо возразить, из дальнего угла раздался низкий рокот:
- С ней буду я.
Гвидо, на котором в настоящее время восседали три макия, подошел ко мне, стряхивая по пути на пол своих пассажиров; те вскочили на ноги и без слова упрека потрусили прочь.
- Мы должны возобновить поиски моего побратима. Эта жаба Балтир - наш лучший шанс выйти на него.
Драпски были недовольны: мостик заполнился приглушенным чмоканьем, с которым они обсасывали свои щупальца. Я поняла, что Раэль вот-вот что-нибудь ляпнет, и взглядом остановила ее.
- Капитан, мы прибыли сюда с определенной целью. Поверьте, я знаю, что делаю. - «Надо надеяться», - прибавила я про себя. - Да, удерживая нас на корабле, вы можете защитить нас - на сегодня. Но как же будущее? У нас есть возможность спутать планы моих врагов, вернуть… - я поискала слово, которое наиболее точно объяснило бы им мои чувства к Моргану, - вернуть пропавшего члена моего племени.
Щупальца вновь показались на свет, образовав похожее на распустившийся цветок кольцо, которое, на мой взгляд, означало если не согласие, то хотя бы понимание.
Я только надеялась, что их понимание совпадает с моим.
ИНТЕРЛЮДИЯ
С раздосадованным рыком Морган отшвырнул в сторону сумку: сейчас иметь свободу передвижения и вторую незанятую руку было важнее. Он вбежал вслед за клановцем в соседнюю комнату, но обнаружил, что это всего лишь небольшой тамбур перед другим, более просторным помещением. Как в страшном сне.
Похожим на атрибут страшного сна оказался и лабиринт труб, большинство из которых было не обхватить руками. Они уходили к потолку, видневшемуся где-то далеко вверху - ни дать ни взять причудливый лес из медицинских приборов и заводских труб. Каждый пятачок пространства был заставлен столами и конторками, по большей части соединенными толстыми кабелями, так что приходилось то и дело о них спотыкаться. Сигнализация действовала - сирена молчала, но из каждого угла били, слепя глаза, оранжево-красные лучи.
Фэйтлен или знал это место как свои пять пальцев, или же его вело какое-то сверхъестественное чутье. Он практически сразу же исчез из виду, причем мчался так отчаянно, как будто боялся не Моргана, а должен был во что бы то ни стало что-то предотвратить. Но что? Джейсон по какому-то наитию остановился и закрыл глаза. Он не замечал ни стука своего сердца, ни шума собственного дыхания. Сейчас он не думал ни о ретианах, мчащихся в этот момент сюда, ни о том, как будет спасаться от Балтира. Он полностью успокоился и лишь тогда приоткрыл свой разум навстречу м'хиру.
И тут же захлопнул эту щелку, ошеломленный ослепительной дугой энергии, - в м'хире словно разворачивалось какое-то противостояние. Но даже этого хватило, чтобы Морган сориентировался в этом сумасшедшем доме. Его глаза распахнулись, и он бросился бежать.
Нырок, поворот налево, рывок прямо. Джейсон заметил полу одежды, выхваченную из темноты оранжевым лучом. Фэйтлен! Не думая о препятствиях, Морган прибавил ходу, перескочил через стол и вновь увидел его, на этот раз уже ближе.
Есть. Джейсон, ухватившись за подвернувшуюся под руку трубу, затормозил. Еще раз проверил свою защиту и стал подбираться ближе, благо в изобилии попадавшиеся вокруг механизмы представляли собой отличные укрытия. Фэйтлен не двигался, как будто вглядывался во что-то. Поняв, что клановец совершенно поглощен каким-то зрелищем, Морган осмелился выбраться на открытое пространство, чтобы разобраться, что происходит.
Неподалеку от него на полу ничком лежала безжизненная фигура, на которую Фэйтлен, похоже, и не смотрел - его взгляд был прикован к двум вертикальным трубам. Они были непрозрачными, как и все остальные, а их поверхность покрывали многочисленные линейные и круговые шкалы, разглядеть которые в мигающем свете не представлялось возможным. Джейсон взглянул на фигуру.
- Барэк! - воскликнул он невольно и бросился вперед.
Фэйтлен, казалось, полностью отрешился от происходящего, полностью занятый своими приборами. Не упуская его из виду, Морган склонился над телом садд Сарка. Тот еще дышал, с облегчением заметил человек; никаких внешних повреждений заметно тоже не было. Внезапно Барэк захрипел, его тело выгнулось дугой. Джейсон схватил клановца за плечи, и этого прикосновения оказалось достаточно, чтобы его затянуло в м'хир…
И он почувствовал то же горе… ту же боль утраты… ту же горечь поражения… которые меркли… меркли… меркли…
Сам не отдавая себе отчета, Морган потянулся к садд Сарку и лихорадочно принялся собирать в сеть своей силы то, что осталось от клановца, силясь вернуть их обоих из-за той грани… Получилось! Джейсон тряхнул головой, и туман у него в глазах рассеялся как раз вовремя, чтобы увидеть Фэйтлена, который бросился на Барэка. Человек встал на его пути, перехватывая в запястьях руки, тянущиеся к горлу садд Сарка. Вскочил на ноги, увлекая нападавшего клановца за собой, и хорошенько приложил его о ближайшую трубу, потом бросил взгляд на Барэка.
Тот тяжело, со стоном, дышал, но уже успел кое-как подняться на четвереньки. Сил вскинуть голову у него, однако, не хватило.
- Ты должен быть мертв! - крикнул садд Сарку Фэйтлен, пытаясь вырваться из стальных рук Моргана. Когда стало ясно, что освободиться ему не удастся, он посмотрел Джейсону прямо в глаза и на удивление спокойно проговорил: - Им для исследований нужно было тело. Одного из нас. Мне сказали, что он уже мертв и я могу отключить ограничивающее поле, - но это была ложь. Безмозглые болваны подсунули им не-Избранного. - В голосе клановца послышались истерические нотки. - Они не должны были погибнуть… это он должен был!
- Кто погиб? - спросил Морган, вспомнив горе, которое уловил в мыслях Барэка.
- Никто - больше никто. Ты! Ты - человек Сийры! Вы заплатите! Вы оба заплатите…
Джейсон ощутил, как Фэйтлен концентрирует свою силу. Вместо того чтобы ответить тем же, он освободил одну руку, чуть отстранился и с размаху обрушил кулак на челюсть клановца.
Причем ощутил при этом немалое удовольствие.
ГЛАВА 46
Драпски оказались правы. Это было невыносимо. Мне действительно невыносимо было думать о том, что придется смотреть в их добрые шарообразные безглазые лица и просить у них прощения за собственную глупость. Само собой, до этого еще надо было дожить. С той кучи жутко вонючих и невероятно осклизлых отбросов, на которой я лежала животом, подобная перспектива казалась весьма неочевидной.
Мой продуманный до мелочей план сорвался по одной простой причине. Я решила, будто точно знаю своих врагов, и аккуратненько разделила их на две группы клановцев.
И, видимо, из того же не до конца изжитого клановского самомнения даже не подумала о сотнях прочих разумных видов галактики.
В данный момент меня как раз преследовали представители по меньшей мере трех из них: ретиане, люди и скаты. Действовали ли они поодиночке или сообща, я понятия не имела. В какой-то степени это совершенно ничего не меняло, поскольку все они жаждали заполучить меня в свои руки или лапы - мне очень хотелось верить, что живой, хотя их готовность использовать для достижения своей цели любое, даже самое опасное оружие, все же заронила в мою душу росток сомнения: а не чересчур ли оптимистично я настроена?
Достаточно было лишь поднять голову, чтобы увидеть зарево пожаров, которые вспыхнули после того, как огнемет выплюнул очередной язык пламени.
Бедные драпски на «Нокрауде», должно быть, с ума сходят. Я надеялась, что ничего более страшного им не грозит, но, судя по чешуйчатой морде, которую я заметила в группе преследователей, без пиратов тут тоже не обошлось.
Я поглубже зарылась в мусорную кучу и принялась перебирать в памяти события, пытаясь сообразить, что же пошло наперекосяк самым первым.
Я, Гвидо и моя сестра покинули «Нокрауд» под покровом темноты и ливня, на удивление сильного даже для этого сезона. Мы едва различали друг друга, и я была уверена, что нам удастся добраться до машины незамеченными. Возможно, здесь-то и была зарыта собака. Все неприятности начались, как только мы оказались за земляными стенами Джерши, не раньше. Никто не удосужился сообщить нам - хотя, справедливости ради, драпски вряд ли об этом знали, а вот пираты, скорее всего, действительно были в курсе, - что проливной дождь в сочетании с безлунной ночью и теплой в это время года погодой могли означать лишь одно. Мы выбрались из машины: я и Раэль с легкостью, каресианин - пыхтя как буксир, и очутились среди толпы впавших в сексуальное буйство ретиан.
Наблюдение за брачными ритуалами других видов временами бывало чрезвычайно волнующим. Мне говорили, что свадебные пляски шенкран привлекали на их планету толпы людей, жаждущих вернуть в свои отношения былую страсть. Ретиане же, прямо скажем, могли навеки отвратить друг от друга почти любую влюбленную пару.
Нам пришлось осторожно пробираться между барахтающимися в грязи клубками, из которых самой худшей напастью были длинные цепочки охваченных страстью самцов. Они катались и извивались, словно какая-то немыслимая змея, нимало не заботясь ни о том, чтобы не сбить нас с ног или самим с размаху не врезаться в ближайшую стену - подобное столкновение непременно закончилось бы для многих участников весьма печально.
Судя по тому, что я могла разглядеть в потоках дождя и темноте, у них не было недостатка в новых желающих, готовых прыгнуть, уцепиться или очутиться внутри этой свалки каким-либо иным способом.
Звуки, сопровождавшие это действо, тоже не сказать чтобы ласкали слух. Глухие удары и хруст, с которыми аборигены сталкивались друг с другом и окружающими предметами, перемежались каким-то диким, сдавленным кваканьем. Я не видела, кто именно из партнеров издавал эти звуки, но позже выяснилось, что они исходили от самок, которые таким образом давали знать самцам о своем присутствии - видимо, определить, кто из них какого пола, им самим было ничуть не легче, чем любому иномирцу-гуманоиду.
Чтобы окончательно разрушить всякое сходство со спариванием прочих видов, фонарики, которые нам пришлось вытащить ради самозащиты, выхватывали из темноты плававшие в грязных лужах непонятные узловатые нити липких бусин, покрытых каким-то маслянистым пурпурным налетом. Что это за гадость, я не знала и знать не хотела, надеялась лишь, что мне удастся отмыть от нее ботинки. Те нити, которые не наматывались на колеса стоящих машин и не лопались под ногами, потоки дождевой воды уносили прочь, скорее всего, куда-то в болота в окрестностях Джерши. Я от души пожелала будущим поколениям ретиан удачи - похоже, они сильно на нее полагались.
«А не проще ли было бы делать все то же самое где-нибудь на грязевых отмелях?» - подумала я про себя. Все равно ретиане были слишком заняты, чтобы отвечать на вопросы.
Никто из нас не считал, что весь город занят одним и тем же; должен же был остаться хоть кто-то, способный приглядывать за делами, пока их сородичи куролесят на улицах и в переулках. Но здесь их собралось столько, что добраться до цели стало весьма проблематичным. Гигантская туша Гвидо тоже затрудняла продвижение: на этот раз ретиане не замечали его, поэтому нам с Раэль приходилось двигаться впереди и выбирать самый безопасный путь.
Но самое худшее было то, что низко посаженное туловище каресианина действовало как грабли. За считанные минуты он оказался увешанным крошечными поблескивающими бусинами. После того как я однажды наткнулась на него взглядом и увидела, что Гвидо чистит свои нижние клешни, просто подъедая все, что на них накопилось, в его сторону я старалась больше не смотреть.
Поэтому мы с Раэль не сразу заметили, что гигант больше не топает за нами. Последняя извивающаяся цепочка ретиан едва не врезалась в нас, поэтому я принялась водить фонариком по сторонам, разгоняя тьму. Я не думала, чтобы каресианина было сложно обнаружить: пусть даже панцирь у него был чернее ночи, но сверкающие глазки отражали свет как крошечные зеркальца.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81

загрузка...