ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Она могла писать и читать. Наша бабушка была образованной женщиной. Она вступила в неравный брак, но всегда хотела лучшей участи для своих детей. Так что мы с тобой своим положением отчасти обязаны ей.
– А как вы оказались в Шеффилд Холле?
– Я думал, ты знаешь об этом. Моя мама была гувернанткой десятилетнего лорда Уинтона Шеффилда.
– Тримейна?
– Да. Его мать умерла от холеры, и лорд Шеффилд решил, что сыну необходимо женское воспитание. Греймалкин стала моей няней, а моя мать заботилась о юном Тримейне.
– Ты обижался на Тримейна?
– Поначалу. Но после нескольких ссор Тримейн стал моим лучшим другом и защитником. И так до сих пор. Я думаю, наша дружба во многом объясняется одиночеством. Тримейн потерял свою мать, а я почти не знал отца. Лорд Шеффилд удивил всех, женившись на моей матери, царство ей небесное. Она постоянно подвергалась нападкам со стороны местной знати. Трудно представить, что позволяли себе аристократы, люди, считающие себя воплощением благородства. Но она всегда высоко держала голову. Лорд Шеффилд очень гордился своей женой. Моя мама никогда не жаловалась. Твоя мать была совершенно другой. Она не смирилась и уехала в Лондон. Там она поступила в театр, а вскоре познакомилась с твоим отцом и вышла за него замуж. Потом они уехали из Англии. Вот так и возникла американская ветвь.
– Значит, вы с Тримейном не кровные родственники. – Почему, выслушав все, что рассказал ей Джереми, Эннабел выделила только этот факт?
Она ведь даже не видела его. Джереми был озадачен.
– Но он мне как брат. Это значит, что он полюбит тебя с первого взгляда, как я.
На лице Эннабел появилось сомнение.
– Где же он? Ведь он знает, что я приехала.
– Странно, почему его не было в порту, когда прибыл твой корабль? Я уверен, что он все объяснит, когда вернется.
«А мне необходимо придумать убедительную причину, почему меня не было на том корабле», – подумала Эннабел, не на шутку испугавшись.
– Я еще не все рассказала тебе. В последнюю минуту я попала на другое судно. Корабль, на котором я должна была путешествовать, был переполнен, и в порту решили снарядить дополнительное судно.
– Главное то, что ты добралась в целости и сохранности. – Джереми поцеловал ее в щеку. – Не могу дождаться приезда Тримейна. Он должен увидеть, какая ты замечательная. И не только внешне. С тобой так приятно общаться! – Молодой человек вспыхнул под взглядом Эннабел. – Конечно, вначале у нас были кое-какие сомнения, касающиеся манер американской леди, которая будет здесь жить. Я имею в виду, мы слышали истории о диких индейцах, о женщинах, которые с оружием в руках защищают свои семьи, и о том, что им приходится работать наравне с мужчинами. Ради Бога, Изабелла, перестань так смотреть на меня!
– Ты познакомишь меня со своими друзьями? – Эннабел сделала неловкий реверанс. – Вот так, если ты думаешь, что мои манеры никуда не годятся!
– Конечно, – с готовностью ответил Джереми. – Как только Тримейн вернется из Лондона, мы устроим прием в честь твоего приезда. Ты очаруешь всех!
– Полагаю, ты пригласишь всю пишущую братию, например, этого Китса, о котором говорил сегодня? – Эннабел с трудом удалось казаться равнодушной.
– Мне бы этого очень хотелось, но брат Китса болен. Джон ждет, когда он поправится.
– Я очень хочу познакомиться с Китсом.
– Я познакомлю тебя с ним, с его другом Брауном, а также с поэтами Шелли и Байроном, если нам с тобой удастся совершить путешествие в Италию, как я задумал. О, Изабелла, я столько интересного хочу тебе показать! Обещай, что не скоро вернешься в Америку!
– Я не могу обещать, – последовал правдивый ответ. – Но скажу одно: я не покину ваш замок, пока не познакомлюсь с твоими друзьями. Заметано!
– Извини, что ты сказала?
– Это американское выражение. Ты можешь рассчитывать на то, что я не уеду отсюда, пока не познакомлюсь с твоими коллегами.
– Несправедливо называть их моими коллегами. Если бы ты могла прочесть черновой вариант «Эндимиона», который Китс показывал мне! Он оказал большую честь такому рифмоплету, как я.
– А кто еще будет на приеме, осмелюсь спросить? – Своим лукавым взглядом Эннабел поддразнивала кузена. – Кроме тех молодых женщин, которые влюблены в одного красивого джентльмена?
– Ты путаешь меня с Тримейном. Вот он настоящий Дон-Жуан нашем графстве! Фелиция Фенмор добивается его расположения с тех пор, как вместе с братом поселилась в старом Скотт-хаусе. Ньютон Фенмор – член парламента. Они приехали из Лондона, чтобы отдохнуть от шума и суеты города. Так они объясняют причину своего приезда. Очень интересная новость!
– А этот Ньютон Фенмор тоже писатель?
Джереми засмеялся. Наконец, успокоившись, он произнес:
– Мне жаль, я слишком суров к Ньютону. У него экзальтированное мнение о тех нелепых стишках, которые он пишет и читает везде, где видит хоть малейшее снисхождение.
– Я постараюсь не подыгрывать ему.
– Не поможет! Ему всегда кажется, что там, где он бывает, полно людей, которые жаждут его последних шедевров. Ходят слухи, что он собирается прочесть одно из своих стихотворений в парламенте и записать его в протоколе заседания.
– Он на самом деле так бездарен??
Джереми задумался. Он был добрым человеком, слишком добрым, чтобы говорить обидные и злые слова о честолюбивом поэте.
– Когда он просит меня оценить его стихотворение, я стараюсь быть великодушным. Китс удачно охарактеризовал талант Ньютона Фенмора после того, как тот добился знакомства с ним. Ньютон ходил за мной по пятам и уговаривал взять его с собой к Китсу. В конце концов, я сдался. После того, как Фенмор прочитал Китсу свое стихотворение «Англия, дорогая Англия», Джон сказал: «Надеюсь, что Фенмору лучше удается писать парламентские законы, чем марать бумагу стихами, иначе «Дорогая Англия» скоро полетит к дьяволу!»
Эннабел и Джереми от души посмеялись над этим. Девушка получила приблизительное представление о поэте, которому посвятила свою диссертацию. Первое знакомство с Ньютоном Фенмором совершенно не оправдало ее ожиданий.
Глава 5
Эннабел обрадовалась, услышав распоряжение Джереми подавать завтрак. Она очень проголодалась, а чай еще сильнее возбудил ее аппетит.
По дороге в Шеффилд Холл, проходя через множество лужаек и газонов, Эннабел любовалась рекой и великолепными полянами на берегу. Тропинки спускались к маленькой пристани, где для развлечения хозяев и гостей замка были пришвартованы лодки.
– Здесь так хорошо, – сказала девушка, восхищаясь красотой деревьев, которые были посажены вдоль тропинок и дорожек. – Больше всего мне нравится башня. – Эннабел еще раз посмотрела на нее. – Взгляни, Джереми, она похожа на одинокого стража, охраняющего Шеффилд Холл.
Джереми взял Эннабел за руку и повел ее по широкой лестнице к главному входу.
– Кто из нас поэт? Остановись на минуту возле этой колонны. Ты чувствуешь нечто необъяснимое и таинственное? Если в мире существует колдовство, то исходит оно, несомненно, отсюда. Кошка Греймалкин всегда усаживается здесь и смотрит в пустоту, словно видит какие-то удивительные вещи.
«Может быть, она видит людей, направляющихся от стоянки в бар «У Романа», – подумала Эннабел.
– Я не медиум.
– Как ты сказала? – засмеялся Джереми. – Снова американское выражение? Может быть, ты научишь меня современному английскому языку?
– Не думаю, что тебе стоит изучать его. О, Джереми, этого не может быть! Это настоящий лабиринт! Я чувствую, что в самом центре лабиринта должен быть секрет!
– Изабелла, держись подальше от него, если, конечно, не захочешь провести денек-другой в поисках выхода. А вот и старушка Греймалкин!
Входная дверь отворилась, как только Джереми повернул ручку.
– Греймалкин, это Изабелла.
Запавшие блестящие глазки пронзили Эннабел, словно пытались проникнуть в душу девушки и разгадать ее секреты.
– Да, Джереми, я знаю имя нашей гостьи. Добро пожаловать, леди, в Англию. Я помогу вам разобрать вещи после того, как позавтракаете.
Джереми шепотом рассказал старухе о том, что произошло с багажом Эннабел. Греймалкин пристально посмотрела на девушку.
– Пока не съездим в Лондон, возьми все необходимое из вещей моей матери, – добавил молодой человек.
– Мисс, я не слыхала вашего разговора с кучером. Из своей спальни я слышу, как моя кошка ловит мышей. Но сегодня утром я не слышала ни звука.
Джереми не обратил внимания на слова няни. Ему не терпелось накормить кузину, которая проделала столь долгое путешествие.
– Милая моя старушка, хватит рассказывать о том, что ты слышишь, а чего не слышишь. Мы знаем, что слух у тебя не такой острый, как прежде, хотя твои уши еще могут разобрать кое-что.
Они засмеялись. Эннабел поняла, что юноша очень привязан к вырастившей его женщине.
– Джереми, вот уже два дня и две ночи не появляется моя кошка. Не знаю, где ее искать Ты ее не видел?
Когда Эннабел и Джереми вслед за Греймалкин вошли в дом, кузен прошептал на ухо девушке:
– Тримейн клянется, что никогда не видел их обеих в одном месте.
Значит, в этом доме живет кошка.
Странные чувства охватили Эннабел, когда она увидела замок таким, каким он был во времена Шеффилдов. После завтрака кузину из Америки познакомили с Тоддом и Мод, дворецким и поварихой.
Эннабел обрадовалась, увидев, что Мод и Тодд пьют кофе и густой пунш из глиняных кружек.
– Теперь каждое утро мы будем подавать вам кофе, – пообещала Мод, энергично тряхнув головой, ее светло-русые с проседью волосы выбились из-под чепца. – Я сама не большая любительница чая.
– Ты приобрела новых друзей, – сказал Джереми Эннабел спустя некоторое время, когда предложил совершить конную прогулку, пока в ее комнате заканчивали последние приготовления. – Тодд нашел тебя очаровательной, а Мод пожалела, что мы кровные родственники. Она считает, что мы были бы превосходной парой.
Эннабел засмеялась.
– Мне кажется, что я не заслуживаю такого расположения!
– Тримейн тоже, как только увидит тебя, непременно станет твоим поклонником. Кстати, мы получили сообщение, что он уже едет домой. Ты не против, если прием в твою честь мы устроим завтра? Тримейн сделает одну или две остановки в пути и ночью приедет домой. И завтра целый день он будет в замке.
– Замечательно. Раз мы заговорили о бале, мне бы хотелось напомнить о моем скудном гардеробе.
– Об этом уже позаботились наши добрые соседи. Леди Фелиция Фенмор узнала, предполагаю, ей сорока на хвосте принесла, о неприятности, случившейся с твоим багажом. Она сама займется твоим гардеробом.
«Спорю, так оно и будет».
Мод и Тодд поделились с Эннабел новостью о том, что почтенная леди Фенмор весьма тщательно готовится к этому приему, хотя и уверена, что какая-то кузина-выскочка не сможет составить ей конкуренции.
– Не сомневаюсь.
Эннабел пожалела, что у нее нет с собой лунного камня, подарка Романа.
– У меня нет никаких драгоценностей.
– Поверь мне, Изабелла, тебе не нужны драгоценности. Твои глаза, как хризолиты, волосы – черный коралл, губы ярче рубина, зубы – словно жемчуг. Ты озаряешь любую комнату, как бриллиант на солнце.
Не успела Эннабел остановить поток незаслуженных похвал, как Джереми сам рассмеялся.
– Не стесняйся сказать мне о том, что мой язык слишком беден. Шелли не раз говорил, что поэт, должен дать лишь скудное описание-набросок, по которому читатель сможет сам составить изысканный образ.
– Шелли? – чуть слышно спросила Эннабел. – Перси Биши Шелли?
– Я уже говорил о нем. Это прекрасный поэт, но он благоговеет перед Байроном. Я подозреваю, это происходит из-за того, что у дома Байрона постоянно дежурят сотни женщин, жаждущих услышать хоть одно слово из его уст.
– Мне тоже нравятся стихи Шелли.
Джереми озадаченно посмотрел на Эннабел.
– Ты удивляешь меня.
– Теперь ты позволишь мне взглянуть на твои рукописи?
– Может быть. Пойдем, у нас есть время для прогулки до обеда.
– Мы ведь только что позавтракали! – взмолилась Эннабел. – Кроме того, я же не могу ездить верхом в этом платье!
– Греймалкин приготовила костюм для верховой езды. В нем ты будешь просто восхитительна.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42

загрузка...