ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Темно-русые волосы, освещенные утренним солнцем, спадали на его густые черные ресницы; на подбородке чернела щетина; большой палец намертво застрял во рту.
Тэш вздохнула и спаслась бегством на лестницу, направляясь в туалет.
Она вошла в полуоткрытую дверь и столкнулась с согнутой фигурой, умывающейся над раковиной. Тэш поняла, что спина принадлежала Найлу.
– Ой, прости! – в ужасе прошептала она.
На нем не было ничего, кроме старой футболки с надписью «Этот лентяй снова надел ее задом наперед» на спине. Его длинные загорелые мускулистые ноги и бледные, обнаженные ягодицы дразнили девушку своей смертоносной красотой.
Ее лицо горело, все внутри перевернулось. Тэш попятилась из маленькой комнатки, когда Найл туманным взором посмотрел через плечо.
– Тэш, подожди! – произнес он.
Но она в ужасе побежала по лестничной площадке в башенку, где прислонилась к двери другого туалета. Ее щеки полыхали от стыда, а сердце билось в груди, как безумное.
Она не видела Найла со вчерашнего дня. Его отсутствие за обедом прошло почти незамеченным, Лисетт беззаботно отшучивалась, что ее мужа наверняка задержала местная жандармерия по обвинению в угоне арендованного мопеда. Как оказалось, Найл обедал с Мэтти и Салли, подальше от шумного веселья в усадьбе. Тэш решила, что по крайней мере странно проводить время с друзьями, когда к тебе вернулась любимая жена. Еще больше ее удивил рассказ Лисетт о том, как муж был рад ее возвращению.
Пока гости ели, пили и веселились, Тэш больше всего на свете хотелось поговорить с Найлом. Ее привело в негодование, что Лисетт, только что объявившая о страстном воссоединении с Найлом, весь вечер отчаянно флиртовала с Люсьеном Мэрриотом. Сидя напротив них, Тэш наблюдала, как она завораживает отца Макса, как гипнотизер, раскачивающий золотые часы.
В конце концов Тэш оставила слабую, смешную надежду, что она сможет поговорить с Найлом. У него, очевидно, хватает своих проблем. Тэш сомневалась, что когда-нибудь снова сможет смотреть в его красивое лицо: ведь Салли и Мэтти с детьми сегодня днем уезжают в Англию. А Найл собирался ехать с ними.
Интересно, а как же Лисетт? Она наверняка привыкла к более шикарным автомобилям.
Тэш внезапно прочувствовала всю шаткость, ограниченность, хрупкость их с Найлом отношений. Она вспомнила, как он говорил ей, что Лисетт единственная женщина, которую он когда-либо хотел. Тэш в своих буйных, жалких фантазиях попыталась об этом забыть. А теперь поняла, что не может. Она также вспомнила с болезненной ясностью, что Найлу нравятся миниатюрные женщины вроде японок.
Тэш придирчиво рассматривала в зеркале свое отражение. Взъерошенные волосы, заспанные глаза разного цвета, широкие плечи, постепенно сужающиеся к талии, которая бесспорно, стала уже, чем раньше, но никогда не станет такой узкой, как у Лисетт или Аманды. Да уж, до японки ей далеко.
Когда Тэш влюбилась в Найла, она казалась себе совсем другой. Не такой холодной и умной, как Лисетт или Аманда, но изящной и подобной нимфе. Мифической сильфидой, проскользнувшей в зачарованный мир. Мир, где злобные огры и страшилища бродили кругом с напитками в лапах, но все-таки освещенный присутствием ее Одина. Только вот оказывается, что этот Один принадлежал совсем другой.
Взглянув в зеркало, она увидела лишь высокую, неуклюжую, вечно сомневающуюся Тэш. Это была та же самая девушка, которая несколько недель назад забыла ключи в дверях своего дома в Хэмпстеде и чуть не опоздала на самолет. Но кое-что изменилось. Девушка Макса улетела на другом самолете.
Он все еще спал, когда Тэш прокралась обратно в комнату. Макс снова перевернулся на спину и мирно похрапывал.
Тэш заметила, что ее кубок за победу во вчерашнем соревновании стоит рядом на столике; Макс использовал его как пепельницу. Рядом громоздились две пустые банки из-под пива.
«Сейчас я все ему скажу», – твердо решила Тэш.
Тут Макс открыл свои дымчато-серые глаза и вздохнул. Затем широкая, щедрая улыбка расползлась по его лицу, как будто солнце случайно взошло на севере и увидело, что здесь тоже неплохо.
– Я думал, что мне все это приснилось, – сказал он своим низким, слегка хриплым голосом. – Это и правда ты?
– Была я, когда последний раз смотрелась в зеркало, – Тэш неуверенно улыбнулась.
Наверное, лучше сказать ему все позже, когда он совсем проснется.
– Иди сюда. – Макс лениво зевнул, не двигаясь. – Теперь ты не можешь отговориться тем, что слишком пьяна. – Преданный щенок пропал; вернулся хозяин.
Тэш присела на край кровати. Все еще глядя на нее, Макс взял со столика рядом с кроватью свои тяжелые наручные часы и, жмурясь от солнца, спросил:
– А во сколько здесь завтрак?
– Зная мою мать, я бы рассчитывала только на обед.
Тэш посмотрела в окно.
– Кажется, у тебя здесь завелось много поклонников, – произнес Макс, поглаживая ее обнаженное плечо пальцем.
– Неужели?
Тэш сглотнула, пытаясь выглядеть как обычно.
– Угу.
Макс притянул ее ближе к себе. Тэш взобралась на постель и, обнаружив, что там негде сесть, перешагнула через его ноги. К несчастью, полотенце этого не пережило, и теперь из одежды на ней осталось немного.
– Да. – Максу было смешно наблюдать, как она безрезультатно пытается запахнуть вокруг себя полотенце. – Я заметил вчера вечером, как Хуго Бошам бросает в твою сторону чрезвычайно красноречивые взгляды.
– А, Хуго любит пофлиртовать, – пробубнила Тэш, чувствуя волнение.
Она была в ужасе, ожидая, что Макс сейчас упомянет Найла. Какая же она лицемерка!
– И еще твоя сестра сказала, что был некий тупой австралиец.
– Как поэтично ты описываешь своих соперников.
Тэш бросила сражение с полотенцем и посмотрела на Макса, склонив голову набок. В его манерах было что-то невыносимо самодовольное, и это начинало ее раздражать.
– Австралийца звали Тодд, и он не был таким уж тупым, хотя и приставал почти ко всем.
– Тогда, видимо, он все-таки был тупым. – Макс начал тянуть за полотенце, которое она кое-как закрепила. – Здесь есть только одна девушка, к которой мне бы хотелось поприставать.
– А как тебе Лисетт О'Шогнесси? – выпалила Тэш, увернулась и ударилась о спинку кровати.
– Не дурна. – Макс сел и начал целовать ее грудь, его волосы касались ее сосков. – Хотя слишком худая и уже не первой молодости.
– Из твоих слов она получилась престарелым инвалидом. – Тэш чувствовала запах тела Макса, такой теплый и сладкий, опьяняющая смесь меда и дикого чеснока. – Тебе не кажется, что она красивая?
– Очень.
Макс оторвался и поднял взгляд. Он так пристально изучал ее лицо, как будто считал веснушки. Тэш кашлянула и снова подняла полотенце.
– Ты ревнуешь! – начал дразнить ее Макс, теперь он выглядел еще более самоуверенно.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144