ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

А я, правду сказать, не настаивал
на возвращении к ней, дабы не сорвать чрезвычайно интересную для меня
беседу с одним из заправил международного сионизма.
Что же предпринять.
Бывший одессит не скажет правды. И без того его откровенность
оказалась весьма неоткровенной. Он скрыл от меня самые существенные
детали, связанные с проникновением его семьи в Западный Берлин.
Например, почему ему, человеку самой заурядной профессии, еще в Остии
"дали понять", что он может устроиться в Западном Берлине, а, скажем,
пронырливого бывшего адвоката, бойко афишировавшего свой антисоветизм,
удостоили "невниманием". Не сказал, кто же фактически отбирает из
сотен, а иногда и тысяч беженцев достойных кандидатов на нелегальный
переезд в Западный Берлин. Трудно поверить, что право отбора
предоставлено "шейлокам", для которых превыше всего выгодный
заработок. Чья же властная рука их направляет? Каковы основные
критерии отбора? Почему одних западноберлинские сионисты заставляют
убираться восвояси, а другим протягивают руку помощи, хотя и те и
другие отвергли "родину отцов"?
Кого же в конце концов отбирают для переезда в Западный Берлин?
Даже не переезда, а переброски!
Разумеется, я не мог уехать из Западного Берлина, не получив
ответа на эти вопросы. И самое главное, мне нужно было понять, на
каком основании местные сионисты позволяют себе доброжелательно
встречать осуждаемых международным сионизмом "изменников".
Разъяснение я, представьте, получил. Подробное,
аргументированное. От человека, прекрасно осведомленного о
деятельности правления общины и местных сионистских организаций.
Короче, от... сионистского функционера.
Людской "ресурс" и людская "пыль"
Странно, правда?
"Но жизнь - я убеждался в этом неоднократно - очень грубый
драматург, чрезвычайно приверженный к приемам совпадений и всем тем
натяжкам, нарочитостям, которых, по мнению театральных критиков, "не
бывает в жизни". Это меткое наблюдение Юрия Нагибина (из его очерков о
путешествии по Америке "Летающие тарелочки") я неизменно вспоминаю,
когда удачное совпадение помогает мне, как принято говорить,
неожиданно войти в контакт с кем-либо из сионистских функционеров,
обычно не рвущихся беседовать с советским литератором.
В тот день у подъезда шикарного особняка западноберлинской
еврейской общины в доме № 79-80 на Фазанерштрассе, как раз и
получилась такая благоприятная "натяжка".
Экспансивный и вместе с тем вполне солидный, приземистый человек
с длиннющим зонтиком и узкополой шляпы не вполне современной
конфигурации, часом ранее видевший, как в кабинет господина Галински
понесли для двух гостей чай, да еще с печеньем, выходя из правления
общины, в вестибюле приметил, как меня и переводчика Хейнц Галински
любезно провожал к выходу.
Мы вышли на улицу. Переводчик уехал. Я же задержался на
ступеньках портала. Хотел справиться у дежурившего полицейского, как
пройти к городскому информационному центру. И человек со старомодным
зонтиком и узкополой черной шляпой счел своим долгом прийти мне на
помощь.
Мы пошли вместе. Только спустились на тротуар, с моим спутником
подобострастно поздоровались два пожилых человека. Холодно ответив на
их приветствия, он сообщнически подмигнул мне:
- Из новых, из "фальшаков"! Вас, возможно, удивляет, почему мы не
поворачиваемся спиной к этим шнорерам. - Таким словцом выражаются на
идиш о проходимцах, мелких людишках, ловкачах. - И я могу-таки понять
вас. Но и вы можете мне поверить, что еще несколько месяцев назад я бы
лишний раз не плюнул в их сторону. Вот из этих двоих проходимцев один
относится к йордим, другой - к йошрим. Тот, что в темном макинтоше,
тайком убежал из Хайфы, а второй паршивец расплевался с Эрец-Исроэл,
не соизволив пробыть там ни одного дня. И вот с такими "патриотами"
приходится цацкаться, беседовать с ними как с настоящими евреями, хотя
у них на лбу написано, что они "вус ун дер курт". - Такая идиома на
идиш имеет в виду самых отпетых, способных на все.
Мой разгорячившийся собеседник шумно вздохнул и сделал паузу, как
бы ожидая от меня слов сочувствия. Таковых не последовало, и он
продолжал:
- Что поделаешь! Мы идем на это ради молодежи. Может быть, вы это
уже сами заметили. А если помогаем превратиться в "фольксдойче"
старому мошеннику, то лишь такому, кто, на свое счастье, притащился
сюда с сыновьями или хотя бы с дочками. Ради них мы и со стариками
возимся. Пренебрегать сегодня молодежью, даже если она палец о палец
не хочет ударить ради нас, мы не имеем права, не так ее много у нас.
Из Эрец-Исроэл она бежит, как от чумы... Вы, наверное, заметили, как
сегодня расстроен господин Галински? А почему? Он утром информировал
своих сотрудников о паршивых делах в Эрец-Исроэл, недавно вернулся
оттуда. Можете себе представить, как его огорчило, что за полгода туда
не вернулись из командировок, с учебы, из путешествий больше тридцати
тысяч мерзавцев! Самое печальное - большинство молодых. Как же после
этого мы можем не оставить здесь у себя и не поддержать молодого бугая
или молодую кобылу, даже если нам хорошо известно, что жизнь в Израиле
для них хуже горькой редьки.
Настало время принести читателям искренние извинения за то, что я
вынужден иногда дословно приводить базарные речения и пошлые словеса
моего развязанного собеседника. Но я, поймите, действительно вынужден
пойти на это, дабы читатели могли воочию убедиться, насколько
сионистский "покровитель молодежи" в душе презирает, третирует тех,
чьи фальшивые документы он в интересах сионистских служб выдает
местным властям за подлинные, чьи судьбы "великодушно" устраивает в
Западном Берлине. Впрочем, извиниться мне следует за неприятный
речевой колорит, присущий высказываниям и некоторых других, о ком
говориться в моих записях.
- Но потеряны ли они для нас насовсем, навсегда? - возвращается
сионистский филантроп к судьбе "облагодетельствованных" им молодых
людей. - Надеемся, нет. Знаете, почему прежде всего? Благодаря пожилым
родственникам. Те будут долбить молодому, что если хочешь кушать, то
не противься общине, не восстанавливай ее против себя. И парень
начинает понемногу понимать, что не за красивые глаза его признали и
городские власти, и военная администрация англичан, французов и, самое
главное, американцев. А уж если мы очень постараемся, то на молодых
"фальшаков" посмотрят сквозь пальцы и в Шенебергской ратуше.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98