ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


- Это правда… Уверяю вас, это чистая правда! - горячо подтвердила Жизель. - Пройдет еще немного времени, и вы уже будете рваться поскорее уехать из Челтнема, чтобы заняться теми делами, которые ждут вас дома. Может, вы займете какую-нибудь важную должность в графстве, где расположено ваше поместье, чтобы хоть как-то компенсировать то, что под вашим командованием больше не будет солдат.
- По крайней мере, мной не будут больше помыкать, не давая мне делать все то, что мне хочется! - усмехнулся граф.
- Разве я вами помыкала? - спросила Жизель почти с сожалением.
- Невыносимо! - ответил граф, но глаза его при этом смеялись.
А когда Жизель подняла на него взгляд, проверяя, серьезно ли он говорит, он расхохотался.
- Ты вела себя именно так, как полагается сиделке, но я пока не готов обходиться без твоих услуг.
Он увидел, как радостно вспыхнули ее глаза, и без всяких слов понял, что она боялась именно этого.
- Об этом мы поговорим завтра, - сказал он. - Признаюсь откровенно: я довольно сильно устал.
- Ну конечно! - воскликнула Жизель, - И если бы вы послушались меня, милорд, то обедали бы в постели.
- Мне было приятно ради разнообразия сидеть за столом и обедать в обществе с очень привлекательной леди, - возразил он.
При этом граф поднял рюмку, безмолвно приветствуя ее, а потом несколько неловко встал из-за стола.
- У вас нога разболелась! - укоризненно воскликнула Жизель.
- Чуть-чуть, - признался он. - Но этого и следовало ожидать.
- Не следовало бы, если бы вы так не упрямились, - возразила она.
Подойдя к графу, она обхватила его за талию, чтобы он мог опереться о ее плечи. При этом Жизель впервые испытала довольно странное чувство, вызванное тем, что она оказалась настолько близко от него и их тела соприкасались. Медленно двигаясь в такт друг другу, они прошли в спальню, где их уже дожидался Бэтли.
Как только они вошли, он поспешно пошел им навстречу со словами:
- Ну-ну, идемте, милорд, вы слишком долго находитесь на ногах для первого раза! У нас с мисс Жизель из-за вас будут неприятности с доктором, это я вам точно говорю!
- Перестань ворчать, Бэтли, и укладывай меня в постель! - ответил граф.
В его голосе появились нотки, которые подсказали Бэтли и Жизели, что он действительно очень сильно устал.
Жизель предоставила графа заботам Бэтли, и когда спустя четверть часа заглянула к нему в спальню, он уже, казалось, задремал. Однако, когда она подошла близко к его кровати, он протянул руку и поймал ее пальцы.
- Ты обязательно должна ехать в ассамблею, Жизель, - сказал он. - Я хочу, чтобы ты хорошо провела время. Подобного события ты можешь уже больше никогда в жизни не увидеть.
- Я поеду… если вы этого хотите, милорд, - чуть слышно пообещала Жизель.
- Обещай мне!
- Я… обещаю.
Успокоенный ее словами, граф откинулся на подушку и закрыл глаза.
Жизель постояла некоторое время, пока не поняла, что он заснул, осторожно высвободила свои пальцы, которые граф продолжал удерживать даже во сне.
Глядя на спящего мужчину, Жизель поняла, что, хотя он ничуть не изменился внешне, она смотрит на него другими глазами. Граф перестал быть ее подопечным, нуждающимся в чужой помощи.
Впервые Жизель смотрела на него не как на больного, а как на мужчину.
Впервые он не был объектом ее заботы и сострадания, а мужчиной, привлекательным и мужественным. И впервые она сидела с ним за обедом на равных.
Несколько секунд девушка неподвижно стояла у его кровати, а потом повернулась и бесшумно выскользнула из комнаты.
Новое помещение ассамблеи было так набито Людьми, что трудно было дышать. Жизель радовалась, что ей нет необходимости стыдиться своей внешности среди этого множества прекрасных нарядов и блеска драгоценных украшений и орденов, которыми, казалось, были увешаны все присутствующие.
Ровно в десять часов появился герцог Веллингтон в сопровождении своей герцогини, и все гости встретили их приветственными возгласами и аплодисментами.
- Кузен Тальбот должен был бы присутствовать здесь и представить нас герцогу, - сказал Джулиус на ухо Жизели.
Она не стала говорить ему, что на самом деле только сегодня днем отказалась встретиться с герцогом.
Девушка предпочла пройтись по помещениям ассамблеи, восхищаясь ими. Только теперь она поняла, что полковник Беркли нисколько не преувеличивал, когда говорил, что Челтнему нужны новые, более просторные и хорошие здания.
Она старалась запомнить все как можно лучше, чтобы потом рассказать обо всем увиденном графу Линдерсту. Когда они подъезжали к зданию ассамблеи, то снаружи оно показалось ей не слишком уж примечательным, однако бальная зала была просто великолепна.
Вскоре герцог открыл бал со своей супругой в качестве партнерши. После этого начали танцевать все, но после первого же танца с Джулиусом Жизель предложила, чтобы они выбрались из толпы и осмотрели остальные помещения.
Они не успели далеко уйти, когда им встретился полковник, который в своих светлых бальных брюках и со множеством сверкающих орденов на атласном фраке выглядел, как всегда, представительно.
Он поздоровался с девушкой, поцеловав ей руку, а потом обратился к Джулиусу:
- Я хотел бы попросить вас, милый мой мальчик, пригласить на танец леди Деннингтон, которая сейчас гостит у меня в замке. Я сегодня вечером не могу позволить себе танцевать, а она так прекрасно танцует, что вы наверняка получите немалое удовольствие, повальсировав с нею.
Не успел Джулиус ответить, как полковник уже начал представлять его леди Деннингтон, а еще спустя несколько секунд Жизель осталась наедине с полковником.
- Я хочу с тобой поговорить, - сказал он. Взяв под локоть, полковник Беркли провел ее через заполненную гостями комнату в соседнюю, меньшего размера, которая оказалась практически пустой.
- Давай на минутку присядем, - предложил полковник. - Мне пришлось находиться на ногах с раннего утра, и я рад буду возможности хоть немного передохнуть.
- Наверное, вам пришлось позаботиться о множестве вещей, - сказала Жизель.
- Безусловно. И я с гордостью могу сказать, что бал удался, - ответил полковник. - По правде говоря, лучшей рекламы для Челтнема и придумать нельзя.
- Я нисколько в этом не сомневаюсь, - согласилась Жизель.
- Но сейчас я хочу поговорить не о Челтнеме, - решительно объявил полковник, - а о тебе.
- Обо мне? - изумленно переспросила Жизель, широко раскрывая глаза.
- Последние несколько дней я очень пристально наблюдал за тобой, - сказал он, - и решил, что у тебя есть природное актерское дарование.
Жизель молчала и продолжала изумленно смотреть на него. Полковник продолжил:
- Ты уже подумала о том, чем займешься, когда графу больше не понадобятся услуги сиделки?
Жизель замерла.
Этот вопрос уже давно не давал ей покоя, но она не ожидала, что полковник облечет ее мысли и сомнения в слова.
- Я уверена, что смогу… найти себе какое-то занятие, - ответила она.
- Тебе нужна будет работа?
- Да… конечно.
- Я так и думал, - удовлетворенно сказал полковник. - Ты не стала бы наниматься служанкой в Немецкий коттедж, если бы не оказалась на грани нищеты.
Жизель ничего не ответила.
Ей показалось, что полковник неоправданно жесток, напоминая ей о том, в каком положении она находилась до того, как ей на помощь пришел граф. Такие слова казались особенно неуместными сейчас, когда, как она надеялась, она выглядела не менее привлекательно, чем остальные леди, собравшиеся сегодня здесь.
- Когда граф уедет, - продолжал полковник, - я могу предложить тебе место в театре. Жизель недоверчиво посмотрела на него.
- В театре? - переспросила она.
- Да, я сказал именно это, - подтвердил он. - Мои актеры - не профессионалы, но я щедро их вознаграждаю. И я позабочусь о том, чтобы ты не осталась без денег, когда закончишь играть свою теперешнюю роль.
В его тоне было нечто такое, что заставило Жизель вопросительно посмотреть на него.
Словно понимая, что она ждет объяснений, полковник Беркли сказал:
- Ты очень привлекательна. Гораздо привлекательнее, чем я могу сказать тебе сейчас, когда ты все еще находишься под покровительством моего друга. Но я смогу сказать об этом очень и очень многое, Жизель, - как только ты будешь свободна.
Только теперь Жизель поняла, на что он намекает, и щеки ее залила краска.
- Я… не могу вас… слушать! Я… не думаю… - пролепетала она.
Полковник решительно прервал ее.
- Тебе не нужно ни о чем мне говорить, - сказал он. - Я прекрасно понимаю, в каком положении ты оказалась, и, конечно, пока твоя верность принадлежит графу. Но, милочка, ты можешь быть уверена в том, что я буду к тебе очень добр, и положение, которое я смогу предложить тебе в будущем, не потребует, чтобы ты выполняла обязанности служанки в моем доме.
С этими словами он придвинулся к ней чуть ближе, и Жизель невольно отпрянула, а потом быстро встала.
- Думаю, сэр… мне следует вернуться… домой! - испуганно проговорила она.
- Предоставь все мне, Жизель, - сказал полковник, и она поняла, что он говорит вовсе не о ее отъезде домой из ассамблеи. - Твое будущее обеспечено, и я буду ждать той минуты, когда мы сможем поговорить о нем подробнее.
Ничего не ответив, Жизель отвернулась и направилась обратно в бальную залу. Она не знала, следует ли ЗА ней полковник, потому что в эту минуту никакая сила не могла бы заставить ее обернуться и посмотреть на него.
Жизель решительно вошла в бальную залу и с глубоким облегчением увидела, что танец закончился и Джулиус направляется к ним. С ним шла леди Деннингтон, опиравшаяся на его руку.
Джулиус провел свою партнершу к ближайшему креслу, и, когда она уселась, он поклонился и немедленно вернулся к Жизели.
- Ну и нахальство! - возмущенно воскликнул он. - Как полковник посмел навязывать мне эту скучную особу! Она могла говорить только о недугах, которые заставили ее сюда приехать!
- Я хотела бы уехать домой, - сказала Жизель.
- И я с радостью вас увезу, - ответил Джулиус. - Что до меня, то, по-моему, на этих публичных балах всегда невыносимо жарко и смертельно скучно.
Жизель была склонна с ним согласиться. У здания ассамблеи стояло множество наемных экипажей: было еще слишком рано, и большинство гостей разъезжаться не собиралось. Джулиус усадил Жизель в одну из карет и, когда она тронулась, взял ее за руку и сказал:
- Я сожалею о том, что мы потратили вечер в этой толчее. А полковник вел себя совершенно нетерпимо.
- Я уверена, что у него были добрые намерения, - только смогла сказать Жизель.
На самом деле она была абсолютно согласна с тем, что полковник вел себя чрезвычайно предосудительно и в том отношении, о котором Джулиус даже не мог догадываться.
«Как он смел? - спрашивала она себя. - Как он смел предлагать мне подобные вещи?»
Но тут она вспомнила, о чем просила графа в тот момент, когда ей отчаянно нужно было найти пятьдесят фунтов, чтобы оплатить операцию Руперта.
«Неужели я действительно скатилась до такого?»- подумала Жизель, испытывая невыносимый стыд и такое чувство, словно она в чем-то испачкалась.
Дорога до Немецкого коттеджа занимала немного времени. Джулиус все время что-то говорил, но Жизель никак не могла заставить себя слушать его. Только когда лошади остановились у подъезда, она услышала его вопрос:
- Вы обещаете? Вы действительно обещаете мне это?
- Что я пообещала? - спросила Жизель.
- Вы только что сказали, что как-нибудь вечером пообедаете со мной, - сказал Джулиус, - наедине.
- Неужели?
- Конечно, пообещали, так что теперь не можете взять свои слова обратно. Я буду ждать, что вы свое слово сдержите, миссис Бэрроуфилд! Потому что мне необходимо с вами поговорить наедине, где нам никто не помешает.
Он говорил со страстной настойчивостью, которая заставила Жизель почувствовать глубокое смущение. Но тут, к ее великому облегчению, по ступеням к карете спустился лакей, который открыл дверцу.
- Я подумаю, - сказала она.
- Мне можно зайти за вами завтра утром, в десять часов?
- Да, конечно.
Она подумала, что, по крайней мере, они не останутся наедине, пока будут идти по засаженной вязами аллее, которая вела от коттеджа к бювету.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26

загрузка...