ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


- Рад это слышать. Когда тебя увозили из Бельгии, я уж решил, что тебе конец - и все потому, что ты не разрешил нашему мяснику отрезать тебе ногу.
- И я был абсолютно прав, - заметил граф. - Теперь она уже заживает. Но за это я должен благодарить местного хирурга.
- Должен сказать, что выглядишь ты намного лучше, - подтвердил капитан, критически разглядывая своего друга и родственника. - Но если будешь слишком долго лежать в постели, то непременно растолстеешь.
- Я и сам так думаю, - ответил граф, - но мне категорически запрещают вставать, пока раны не заживут окончательно.
- Ну не думаю, чтобы в этом доме тебе не хватало бы развлечений, - сказал Генри Сомеркот. - Как поживает полковник? Как только я приехал, то обнаружил, что лишь о нем идут пересуды по всему городу. Впрочем, в этом ничего нового нет.
- Да, Фиц как раз сегодня утром сюда заходил, - отозвался граф. - Он взял под свое покровительство новую очаровательницу - Марию Фут.
- Я ее видел. Она - настоящая красавица, - заметил Генри Сомеркот. - Как это похоже на полковника - первым ее заполучить! Я бы и сам не отказался попробовать добиться ее расположения.
- Я не советовал бы тебе пытаться это теперь, когда они вступили в прочную связь, - посоветовал ему его старший родственник. - Фиц имеет привычку сердиться, если кто-то пытается браконьерствовать в его угодьях. А пистолетом он владеет просто превосходно!
- Ну я не такой дурак, чтобы, состязаться в амурных делах с непобедимым Фицем, - ответил капитан. - К тому же город просто полон красивых женщин. Есть из кого выбирать. Он улыбнулся и добавил:
- Хочешь услышать дурную весть?
- Ты все равно не выдержишь и рано или поздно все мне расскажешь, - сказал граф. - Так что я предпочту услышать твое неприятное известие сейчас.
- Речь пойдет о Джулиусе.
- Ну естественно! - простонал граф. - Что он выкинул на этот раз?
- Ведет себя еще глупее, чем обычно.
- Проклятый идиот! - воскликнул граф. - Надо полагать, снова залез в долги? Когда я в прошлый раз за него расплатился, я предупреждал его, что больше этого делать не буду. И, бог свидетель, я говорил совершенно серьезно!
- Думаю, он тебе поверил, - сказал капитан Сомеркот.
- Пусть бы только попробовал не поверить!
За последние два года я потратил на этого юного распутника не меньше двадцати пяти тысяч фунтов. С тем же успехом можно было бросать деньги в сточную яму.
- Ну, он все их потратил - и не только их!
- Так пусть идет в долговую тюрьму! - в сердцах воскликнул граф. - Мне его не жалко.
Я и пальцем не шевельну, чтобы его выручить.
- Он не намерен садиться в тюрьму.
- Тогда как же он намерен выпутаться?
- Он пытается жениться на богатой наследнице! - усмехнулся капитан.
- Неужели он найдет такую, у которой хватит глупости за него выйти?
- Именно об этом я и собирался с тобой поговорить, Тальбот. Он превратился во всеобщее посмешище, пытаясь делать предложения каждой невесте с хорошим приданым, которую вывозили в этом сезоне в свет.
Граф раздраженно сжал губы, но ничего не сказал.
Его молодой кузен, Джулиус Линд, был его обузой с того дня, как граф унаследовал свой титул. Это был неисправимый транжира и бездельник, на которого никакие укоры не производили ни малейшего впечатления.
У отца нынешнего графа Линдерста был младший брат, который совершенно спился и умер еще совсем молодым. Его вдова утешалась тем, что безмерно баловала их единственного ребенка, и Джулиус, казалось, вырос, чтобы вызывать один громкий скандал за другим. Юноша все время вел себя таким образом, что всякий раз, когда граф вспоминал о его существовании, он впадал в ярость.
Поскольку пока у графа не было детей, его наследником считался Джулиус, который отнюдь не скрывал своих надежд на то, что полученные при Ватерлоо раны сведут нынешнего обладателя этого титула в могилу. Когда же стало очевидно, что этого не случилось, он был весьма расстроен и даже обижен.
- Продолжай! - резко приказал граф Генри Сомеркоту, понимая, что тот еще не закончил рассказ.
- Естественно, репутация Джулиуса всем прекрасно известна, и отцы большинства наследниц выставляли его за дверь, даже не давая ему времени начать разговор.
Капитан Сомеркот опасливо посмотрел на графа, зная его горячий нрав, и продолжил:
- Его даже поймали в спальне одной юной девушки: он надеялся ее скомпрометировать, чтобы свадьба стала неизбежной. Ее отец не придушил его на месте только потому, что Джулиус смог удрать, спустившись по водосточной трубе.
- Меня от всего этого просто тошнит! - возмущенно воскликнул граф.
- Я так и подумал, что тебя это не обрадует, - сказал Генри. - Но должен предупредить тебя, что он собирался ехать в Челтнем. По правде говоря, мне кажется, что он уже приехал.
- Приехал сюда? За каким дьяволом? - вопросил больной.
- Он ухлестывает за некой мисс Клаттербак. Кажется, это его последняя надежда. Она страшна, как смертный грех, и ей уже минуло тридцать пять, но ее папаша, Эбенизер Клаттербак, - человек очень богатый.
Помолчав, он медленно и внушительно произнес:
- Ростовщики обычно бывают богаты! Лицо графа исказилось от неподдельной ярости.
- Гром и молния! Я не допущу, чтобы в нашу семью вошла дочь ростовщика! Род Линдов всегда был респектабельным - по крайней мере в течение последних ста лет.
- Насколько я слышал, мисс Клаттербак готова принять его предложение, - продолжал тем временем Генри Сомеркот развивать эту неприятную тему. - Несмотря на богатое приданое, ей не делали предложений из-за неприятной внешности и низкого общественного положения, а Джулиус со всеми его недостатками все-таки джентльмен.
- По рождению, но не по поведению! - с горечью сказал граф.
Про себя он подумал, что возникла еще одна проблема, требующая немедленного решения.
- Если я снова дам Джулиусу денег, - вслух размышлял он, - у меня не может быть никакой уверенности в том, что он расплатится со своими долгами. При этом он все равно может жениться на этой Клаттербак, если она действительно очень богатая невеста.
- Понимаю, насколько тебе все это неприятно, - посочувствовал ему капитан Сомеркот. - Мне очень жаль, что я принес столь неприятные известия, но мне казалось, что тебе следует знать о том, что происходит.
- Да, я предпочитаю знать самое худшее, - признал граф.
- Что до меня, то я считаю, что кто-то должен был бы преподать юному Джулиусу суровый урок, - добавил Генри.
- Я с тобой согласен. Но не похоже, чтобы это собирался сделать Эбенизер Клаттербак.
- Нет, на него не стоит рассчитывать. Он ухватится за возможность заполучить в зятья настоящего аристократа.
И тут Генри Сомеркот вдруг расхохотался:
- Все это ужасно напоминает мне глупую драму, из тех, что так любит ставить полковник. Разгульный племянник - Джулиус, разгневанный опекун - ты, старый ростовщик, облизывающийся при мысли о том, как он войдет в светское общество, и уродливая и, несомненно, рябая невеста, которая на самом деле оказывается несчастной жертвой.
Генри Сомеркот от души смеялся, но граф продолжал мрачно хмурить брови.
- Единственное, чего нам не хватает, - продолжил сквозь смех капитан, - это героини - прекрасной принцессы инкогнито, которая преображает нехорошего племянника, так что все кончается благополучно - свадьбой! Тут граф резко сел на постели.
- Генри, ты подал мне блестящую идею! - воскликнул он. - И что самое главное, благодаря ей я смогу не только поставить на место Джулиуса и избавить нашу семью от мисс Клаттербак, но и решу еще одну проблему, которая казалась мне не менее сложной!
Глава 3
- Позвони в колокольчик. Генри, - распорядился граф.
- Зачем?
- Я сейчас расскажу тебе, какую идею ты мне подал, - объяснил тот, - но я хочу, чтобы при этом присутствовала и Жизель.
Капитан Сомеркот послушно поднялся на ноги и дернул вышитую сонетку, которая висела у края каминной полки.
Почти немедленно в дверях возник Бэтли.
- Вы звонили, милорд?
- Приведи сюда мисс Чарт!
- Хорошо, милорд.
- Ты меня заинтриговал, - сказал Генри Сомеркот. - У тебя такой вид, словно происходит нечто чрезвычайно важное. Я и в Португалии всегда заранее знал, когда ты чуял приближение сражения.
Граф рассмеялся.
- Я не верю ни единому твоему слову! - отозвался он. - Но в то же время я должен признаться, что имею в виду некую кампанию.
- А противник - Джулиус?
- Он - один из противников, - загадочно ответил граф.
В комнату поспешно вошла Жизель.
- Вы меня звали, милорд? - спросила она. В ее огромных глазах по-прежнему стояла тревога, а губы были напряженно сжаты, как в первый день, когда граф ее увидел.
- Я хочу, чтобы ты села, Жизель, - спокойно проговорил он, - и выслушала то, что я хочу сказать. Прежде всего, позволь представить тебе моего старого друга. Капитан Генри Сомеркот - мисс Жизель Чарт.
Жизель сделала реверанс, а Генри Сомеркот поклонился.
Увидев выражение ее лица, граф неожиданно догадался, что она решила, будто Генри Сомеркот - это тот мужчина, которого он нашел, чтобы она могла заработать необходимые ей пятьдесят фунтов.
Такая мысль его немало смутила, и он поспешно добавил:
- Жизель, капитан Сомеркот привез мне новости относительно моего двоюродного брата, Джулиуса Линда. К сожалению, этот молодой человек ведет себя весьма предосудительным образом.
Жизель явно удивилась, но промолчала, и граф продолжил свое объяснение:
- Если я не женюсь и у меня не будет сына.
Джулиус Линд унаследует мой титул и псе семейное имущество, а по отношению к моему наследнику у меня есть определенные обязанности.
- Никто бы не смог проявить к нему большей щедрости, чем это сделал ты! - вставил капитан Сомеркот.
- Джулиус уже растратил столько денег, сколько ты - как и большинство обычных людей - сочли бы целым состоянием, - продол жил граф, словно не услышав слов Генри. - Я много раз оплачивал его крупные долги и теперь, откровенно говоря, убедился в том, что потакать его неумеренному транжирству было бы в дальнейшем неразумно.
- Вопрос в том, Тальбот, - снова вмешался в разговор капитан, - что Джулиус считает тебя неиссякаемым рогом изобилия или, скажем, банком, чьи денежные запасы находятся целиком в его распоряжении.
- Я уверен в том, что это надо прекратить, - твердо сказал граф.
Жизель не сводила с него глаз. Граф понимал, что она безрезультатно пытается понять, какое это может иметь отношение к ней.
- Генри рассказал мне, что для того, чтобы поправить свои финансы, Джулиус преследовал всех богатых невест Лондона и вот теперь приехал в Челтнем следом за одной из них.
- Ты бы только видел, на что она похожа! - прервал его неугомонный Генри. - Я в своей жизни перевидал немало не отличающихся красотой женщин, но совершенно уверен, что, если бы устроить состязание для самых отъявленных уродин, Эмили Клаттербак стала бы его победительницей.
Только теперь Жизель чуть-чуть успокоилась и даже слабо улыбнулась.
- Клаттербак? - переспросила она. - Какая странная фамилия!
- Она - дочь Эбенизера Клаттербака, ростовщика, - жестким голосом сказал граф и раздраженно ударил кулаком по краю кровати. - Черт подери! - яростно вскрикнул он. - Я уже говорил и снова повторяю: я не допущу, чтобы в нашу семью вошел человек по фамилии Клаттербак. Ростовщик-кровопийца не будет сидеть за моим столом!
- А как вы можете этому помешать? - негромко спросила Жизель.
С этими словами она встала со стула и поправила обшитую кружевом простыню, которую граф смял в порыве гнева. Одновременно она взбила подушки у него за спиной.
Генри Сомеркот наблюдал за нею с нескрываемым изумлением.
- Не мельтеши! - приказал граф. - Я пытаюсь объяснить тебе, какую роль тебе предстоит сыграть в этой драме.
- Мне? - удивилась Жизель.
- Да, тебе, - ответил граф. - Полагаю, у тебя есть хоть капля актерского дарования? Жизель явно не могла понять, о чем он говорит, и даже Генри Сомеркот вопросительно посмотрел на своего друга.
- Я намерен преподать Джулиусу такой урок, который он забудет очень и очень не скоро! - с мрачной решимостью заявил граф.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26

загрузка...