ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


– Ну ты силен, Ларссон, – выдохнул он через несколько минут. – Ей-богу, не помню, когда я последний раз так смеялся.
Гюнвальд Ларссон подумал, что не мешало бы кому-нибудь подготовить исследование на тему о чувстве юмора у начальника Центрального полицейского управления. Вслух он произнес:
– Ну и, раз уж я там очутился, и все равно надо было ждать костюма, я заодно воспользовался случаем выяснить, что же произошло.
– А какой смысл, – сказал начальник ЦПУ. – Тамошняя полиция провела тщательнейшее расследование. Кстати, мы получили все данные. Еще когда ты там был, так что с таким же успехом могли передать их с тобой. Но ты, наверно, был занят борделями~
И он снова расхохотался.
Мальм ошалело поглядел на обоих, потом задумчиво пригладил свою шевелюру.
Дождавшись, когда начальник ЦПУ перестал хохотать и вытер глаза, Гюнвальд Ларссон ответил:
– Лично я убежден, что тамошняя служба безопасности допустила немало ошибок и выводы полицейского дознания неверны, особенно в некоторых существенных деталях. Кстати, у меня в кабинете лежит экземпляр их отчета. Вручили перед отъездом.
На минуту воцарилась тишина. Потом Мальм осмелился произнести:
– Это может оказаться важно для ноябрьского визита.
– Ошибаешься, Стиг, – заявил начальник ЦПУ. – Это не просто важно, это чрезвычайно важно. Надо немедленно созвать совещание.
– Вот именно, – подхватил Мальм.
Он был дока по части совещаний. Не мыслил себе жизни без них. Считал, что совещания просто необходимы. Без совещаний все общество провалится в тартарары.
– Кого вызывать?
Мальм уже стоял у селектора.
Начальник ЦПУ погрузился в раздумье. Гюнвальд Ларссон тоже нашел себе занятие: поочередно растягивал свои мощные пальцы, хрустя суставами.
– Гюнвальд, конечно, должен участвовать в качестве докладчика, – сказал Мальм.
– И не просто докладчика, а эксперта, – поправил начальник ЦПУ. – Но я о другом думаю. Оперативная группа еще не сформирована. Конечно, у нас в запасе много времени, но ведь и задача большая и ответственная. Пожалуй, пора создать узкую руководящую группу.
– Начальник службы безопасности, – предложил Мальм.
– Разумеется. А также начальник охраны общественного порядка и полицеймейстер Стокгольма.
Гюнвальд Ларссон зевнул, скорее из-за отвращения, чем от нехватки кислорода. Когда он представлял себе полицеймейстера с его шелковыми галстуками и подчиненным ему несметным множеством вооруженных чурбанов, им всегда овладевала глубокая тоска. Кроме того, ему делалось страшновато. В самой глубине души.
Начальник ЦПУ продолжал:
– Необходимо создать группы специалистов разного рода, придется позаимствовать снаряжение и людей у сухопутных войск, у летчиков. Может быть, и у военных моряков. Естественно, в конечном итоге ответственность за все что произойдет, будет лежать на одном человеке. На мне.
По лицу начальника ЦПУ нельзя было сказать, чтобы мысль о такой огромной ответственности огорчала его Он сел поудобнее и привычным жестом опустил ладони на стол.
– Или не произойдет, – вставил Гюнвальд Ларссон.
– Это ты о чем?
– Об ответственности за то, что не произойдет.
– Ты своеобразный человек, Ларссон, – сказал начальник ЦПУ. – Но весьма остроумный.
Он восстановил нить мыслей и продолжал без излишней скромности:
– Итак, на мне. На совещании, которое начнется через два часа, непременно должны присутствовать Мёллер, полицеймейстер, начальник отдела охраны общественного порядка и вы двое.
Он повел рукой в сторону Мальма и Гюнвальда Ларссона.
– Но возникает еще один вопрос. Раз уж мы немедленно приступаем к концентрации названных сил, чтобы затем по ходу дела налаживать психологическую оборону и все такое прочее, надо с самого начала утвердить руководителя оперативного центра. Опытного работника и толкового организатора. Который сумеет координировать все силы, выделенные для охраны. Наряду с этими качествами он должен быть знающим криминалистом и хорошим психологом. Кто бы это мог быть?
Начальник ЦПУ посмотрел на Гюнвальда Ларссона, и тот молча кивнул, словно ответ напрашивался сам собой.
Стиг Мальм невольно приосанился. Он тоже считал, что ответ напрашивается сам собой. Кто же, кроме него, обладает необходимыми данными для выполнения столь трудной задачи? Правда, он уже руководил одной операцией, которая завершилась не совсем удачно, но это следовало всецело отнести за счет невезения и случайностей.
– Бек, – сказал Гюнвальд Ларссон.
– Вот именно, – подтвердил начальник ЦПУ. – Мартин Бек. Самый подходящий человек.
Особенно на случай провала, подумал он. И продолжал вслух:
– Но главная ответственность все равно лежит на мне. Неплохо звучит. Он попытался придумать еще более совершенную формулировку.
Например: "В конечном итоге ответственность покоится на моих плечах".
– Ну чего же ты ждешь, почему не звонишь?
Начальник ЦПУ вопросительно посмотрел на Мальма, тот собрался с духом и произнес:
– Бек сейчас занят. Он же подчинен мне, его группа входит в мой сектор.
– Вот как, группа расследования убийств возится с каким-то делом, – заметил начальник ЦПУ. – Ничего, найдет время. К тому же группе недолго еще осталось возиться.
Под группу расследования убийств подкапывались давно. Началом конца, очевидно, должен был стать намеченный на год тысяча девятьсот семьдесят пятый переезд с Вестберга-алле в огромный полицейский штаб на острове Кунгсхольм в центре Стокгольма. До группы добирались по разным причинам. Отчасти из-за растущего стремления к централизации и военизации, но больше всего из-за острой зависти, терзающей большинство шведских правительственных учреждений. Группа расследования убийств слишком уж преуспевала, за ней почти не числилось нераскрытых дел. Полицию, особенно в крупных городах, привыкли рассматривать как подчиненное тупому и беспардонному руководству сборище взяточников, или безмозглых драчунов, или хулиганов в форме, однако на эту группу никто не жаловался. Большинство ее сотрудников пользовались широкой известностью и даже популярностью. Слова "группа расследования убийств выезжает" много лет служили гарантией надежности. И вполне обоснованно. Группа состояла из квалифицированных работников, которые почти всегда справлялись со своими задачами; утвердилось мнение, что они вообще не прибегают к жестоким методам.
Оба обобщения страдали изъянами. Конечно, в полиции больших городов хватало хулиганов в форме, и нередко ими руководили взяточники и садисты. Однако немало насчитывалось и порядочных людей, которые честно трудились на своем нелегком поприще. Выискать пороки у группы расследования убийств было довольно сложно, но ведь случалось же, что Мартин Бек спешил избавиться от того или иного сотрудника, которого переводили в какое-нибудь из городских управлений, остро нуждающихся в людях.
– У меня одиннадцать дел, – сообщил Гюнвальд Ларссон.
– Но ты не подчинен моему сектору, – возразил Стиг Мальм.
– Нет, благодарение отцу небесному. Или кому там еще.
Стиг Мальм быстро связался со всеми, даже с начальником охраны общественного порядка, у которого был острый тонзиллит и температура сорок, так что он с трудом мог говорить и оказался, так сказать, временно негодным к строевой службе. Впрочем, это не играло большой роли. За него вполне мог говорить полицеймейстер Стокгольма.
Выйдя из святая святых, Стиг Мальм и Гюнвальд Ларссон обменялись несколькими репликами.
– А ты меня сегодня выручил, – сказал Мальм. – Только~
– Что – только?
– Почему ты это сделал?
– Пожалел тебя.
– Но ведь ты меня недолюбливаешь, разве нет?
– Я считаю тебя последним ослом, – сказал Гюнвальд Ларссон. – Но ведь и осла можно пожалеть, разве нет?
– Наверно.
– А вообще у меня есть для тебя совет.
– Какой?
– Играй на его чувстве юмора.
– Кстати, – в голосе Мальма зазвучало любопытство. – Какие они, тамошние бордели?
– В красную и белую полоску. И такие же презервативы на тумбочках у шлюх. Через полчаса полоски переходят на тебя. Получается вроде "раковой шейки".
– А когда же они сходят? Полоски те?
– Никогда. Потому, наверно, там никто и не посещает дома терпимости.
Они разошлись по своим делам. Стиг Мальм задумчиво качал головой.
– Баран, – сказал про себя Гюнвальд Ларссон. – И я хорош: к сорока девяти годам лучшей службы себе не нашел.
* * *
Все явились в назначенный час, кроме Мёллера. Стиг Мальм и Гюнвальд Ларссон поздоровались друг с другом и с начальником ЦПУ без особенного пыла; правда, они уже виделись в этот с точки зрения погоды довольно безрадостный июльский день. Мартин Бек был в джинсовой куртке и мятых брюках; полицеймейстер, как и следовало ожидать, щеголял в белом шелковом галстуке. Можно было подумать, что он ярый роялист и носит парадный галстук с прошлой осени, когда хоронили короля Густава VI Адольфа.
Все расселись по местам за столом совещаний, только Мёллер отсутствовал. Обнаружив это обстоятельство, начальник ЦПУ произнес дежурную реплику:
– А где Мёллер?
– Должно быть, в секретариате играет с девчонками в фанты с поцелуями, – предположил Гюнвальд Ларссон.
– Без него мы не можем начинать, – заявил начальник ЦПУ. – Сами знаете, как все усложняется, когда затронут отдел безопасности.
Эрик Мёллер возглавлял отдел безопасности ЦПУ, или секретную полицию, известную также под названием сепо, однако он вряд ли сам смог бы толком сказать, чем, собственно, руководит. Секретная полиция как таковая не представляла собой ничего необычного. В штатах отдела состояло около восьмисот человек, которым полагалось заполнять служебные часы двумя делами: во-первых, разоблачать и задерживать иностранных шпионов, во-вторых, противодействовать организациям и группам, угрожающим безопасности страны. Но с годами выявилось некоторое несоответствие, ибо всем было известно, что единственное назначение сепо – выявлять, преследовать и вообще отравлять существование людям с социалистическими убеждениями. Когда дошло до того, что полиция завела картотеку на членов социал-демократической партии, псевдосоциалистическому правительству стало совсем трудно изображать невинность. Оставалось только снова и снова заявлять, во-первых, что Швеция не занимается шпионажем в других странах, во-вторых, что контроль за убеждениями сперва вовсе не существовал, потом перестал существовать (таковой контроль был запрещен законом от 1968 года). Однако вскоре была доказана лживость этих заверений. Швеция занималась шпионажем отчасти в своих, но еще больше в чужих интересах; что же до закона, запрещающего регистрировать людей с социалистическими убеждениями, то он был ловко сведен на нет чрезвычайными постановлениями. Мало-помалу выяснилось, что часть этой деятельности осуществляется не непосредственно секретной полицией, а через различные таинственные бюро и другие фиктивные учреждения, которыми с трогательным единодушием руководили совместно полиция, военные и правительство. Когда часть этих фактов была извлечена на свет и предана гласности, режим реагировал именно так, как, увы, следовало ожидать. Используя продажное правосудие, раскопавших истину журналистов бросили в тюрьму, меж тем как видные члены правительства продолжали лгать народу в глаза. Судя по всему, члены клики и в своем кругу врали друг другу. Оттого-то некоторые и считали себя вправе полагать, что руководитель секретной полиции сам не знает, чем руководит.
Эрик Мёллер прибыл на совещание с опозданием на тридцать три минуты. Если он и впрямь играл в фанты с поцелуями, то игра явно проходила весьма бурно, потому что лицо начальника отдела безопасности блестело от пота и он тяжело дышал. Годами он был примерно равен остальным собравшимся, но комплекцией намного их превосходил. Сверх того, его отличали большие торчащие уши и венчик рыжих волос вокруг лысой макушки.
Разведчик, контрразведчик или еще кто-нибудь – в любом качестве Мёллеру было бы весьма сложно замаскироваться.
Никто из остальных не был с ним на короткой ноге. Он держался особняком. Возможно, в этом была повинна его профессия: что ни говори, нельзя не чувствовать неловкости, вынюхивая коммунистов в стране, которая кичится свободой мнений, где не считается противозаконным быть социалистом и где давным-давно существует вполне легальная коммунистическая партия плюс несколько партий, считающих себя еще более левыми.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54

загрузка...