ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


ПОИСК КНИГ    ТОП лучших авторов книг Либока   

научные статьи:   принципы идеальной Конституции,   прогноз для России в 2020-х годах,   расчет возраста выхода на пенсию в России закон о последствиях любой катастрофы
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

— Я не забыл о твоем страхе… Я постараюсь… сделать это осторожно, милая моя… Я не могу больше терпеть, — сказал он и сильно прижал ее к себе.
Она почувствовала своим телом его плоть. Она не могла заглянуть сейчас ему в лицо, но оно отражалось во всех зеркалах, его лицо, полное страсти.
Она закрыла глаза, его лицо, полное желания в страсти, никуда не исчезало. Она все равно видела его, да и не хотела, чтобы оно исчезло. В мгновение ока она перевернулась и прижалась своей грудью к его груди. Сенека, не ожидавший такого порыва потерял всякий контроль над собой.
Приподняв ее (она весила не больше пузырька воздуха, плавающего в воде), он посадил ее к себе на колени, раздвинув ее ноги. Крепко прижав ее к себе, он начал двигать бедрами. Ритмично и медленно. В такт его движениям вокруг них смыкались и размыкались волны теплой воды. Пичи почувствовала, как его твердая плоть скользит вверх-вниз по ее животу, и тяжело задышала. Одновременно она почувствовала желание что-то сделать в ответ, но не знала, что? Прикосновения его бедер, его плоти, медленный ритм его движений вызвали сильный отклик во всем ее теле. Она застонала.
Сенека был почти на вершине блаженства и понял, что пик наслаждения близок и больше он не может его оттягивать.
Он приподнял ее руками за талию и нашел удобную позицию, чтобы слиться с ней воедино!
— Пичи, — прошептал он.
— Я… Ты… Время пришло? Все будет как сегодня днем, да? — прошептала она чуть слышно.
Сенека едва расслышал, но все же понял, что она имела в виду. Он почувствовал угрызения совести, но уже не мог остановиться. Пичи стало страшно, но она полностью доверилась ему.
Он посадил ее на себя сверху и осторожно начал проникать в нее все глубже и глубже, пока не достиг ее девичьей невинности. Ее невинность! Одного сильного толчка хватит, чтобы сейчас разорвать ее.
Разрыв! Боже! Как он ненавидел это слово.
— Пичи, — прошептал он.
— Все хорошо, — ответила она. — Я… я же сказала, что доверяю тебе. Я — готова!
Но ее слова звучали так неуверенно! Его поясница горела. Он хотел большего, но не хотел потерять ее доверие. Неконтролируемое, дикое желание вспыхнуло в нем снова… Ее стройные ноги обвивали его поясницу. Он крепко прижал ее к себе и начал двигать так, как делал это раньше, продвигаясь между ее ног быстрыми толчками. Сенека не хотел, чтобы все это происходило именно таким образом, но он уже не мог остановиться. Природа одержала верх над разумом. В экстазе он даже не застонал, он — закричал…
Ему было неловко перед Пичи за свои столь бурные эмоции, и поэтому он спрятал свое лицо в ее золотисто-рыжие локоны. Он начал вдыхать тот незабываемый аромат, что исходил от ее волос и от нее самой. То был аромат магнолий! И то была полночь!!!
Он хотел, чтобы она поняла, почему ему пришлось сдержать себя. Но, конечно же, он знал, что она ничего не поняла. Она была так невинна, чтобы понять, что случилось.
Он услышал, как она тяжело вздохнула.
— Пичи, прости меня, я чертовски сожалею… Она удивилась, почему он извинялся.
— Сенека, я не понимаю, за что? За что извинить?
— Я знаю, что ты не поняла, — ответил он и вновь укутался лицом в ее шелковистые волосы.
— Но… тогда скажи, почему?
— Нет.
Пичи посмотрела на свое отражение в зеркалах и увидела смущение у себя на лице.
— Я доверилась тебе, а ты теперь не хочешь мне рассказать, что тебя беспокоит…
Боже! Если бы она знала, что ему стоило сохранить ее доверие!
Обеими руками он взял ее лицо и, притянув к себе поближе, поцеловал ей кончик носа.
— Я извиняюсь за то, что так сильно прижимал тебя к себе и что тебе было трудно дышать.
— Что? Сенека, что случилось сейчас?
— Мне понравились ощущения, которые ты испытывала сейчас, когда я держал тебя, — просто объяснил он. — Это доставило мне великое удовольствие, а особенно тогда, когда я двигался.
— До смерти рада, что смогла доставить тебе удовольствие, что смогла сделать тебя счастливым, Сенека. Я же тебе сегодня днем сказала, что хотела тебя сделать счастливым, вот и сделала!
Больше всего Сенеку утешала сейчас мысль о том, что он не тронул ее девственности. Он понял, что хотя она и доверилась ему, но к самому главному еще не была готова. Он хотел, чтобы она сама этого захотела.
— Вода становится прохладной, моя Принцесса, — сказал он озабоченно.
— Мне нравится, когда ты мне говоришь такие нежные слова.
— Правда? — спросил он.
Он взял мыло, намылил себе руки, а затем провел ими по ее плечам. Он начал мыть ее. Задача была не из легких. Он намылил ей спину, а затем стал спускаться ниже. Когда его рука коснулась ее бедер, она резко свела их вместе. Затем он намылил ей голову и смыл ее. Не успел он закончить, как Пичи перехватила у него мыло и стала мыть его так же, как он ее. Внезапно она сказала:
— Теперь вставай! — Ее приказание озадачило его, но он повиновался. Он встал и увидел, как она намыливала ноги… И вдруг она остановилась и широко раскрыла глаза.
— С-с-се-не-ка? Что произошло? Т…ттам у тебя было… как это сказать… все такое большое… И все стояло, …как солдат по стойке «Смирно!» Что с… с этим произошло?
Он ничего не ответил, иначе ему пришлось бы признать, что с ним произошло. Вместо ответа он снова уселся в ванну и смыл мыло со своих ног.
Пичи светилась от счастья, когда он поднял ее на руки и вынес из ванны. В комнате было прохладно, и она прильнула к нему, пряча улыбку у него на груди. Сенека отнес ее к себе в спальню.
— Тебе нужна твоя ночная сорочка? — спросил он, разглядывая ее прозрачную ночную сорочку, лежащую на его кровати.
— Зачем? Я никогда не видела таких «светящихся» вещей в своей жизни…
Он поставил ее на ковер, что лежал перед камином.
— Постой здесь! — сказал он.
Когда он вернулся из ванной, в руках у него была охапка белых полотенец. Ее освещали золотистые блики, исходящие от пламени камина.
А ее глаза?! Они пленили его, заставляя его сердце учащенно биться. И опять у него появилось ощущение того, что это уже в его жизни было, что она вот так когда-то давным-давно стояла перед камином.
— Сенека, — позвала она.
Он очнулся, сел рядом с ней и набросал ей полотенце на плечи, а другое — на ноги. Она сделала то же самое.
Она вытянула ноги перед камином. Полотенца нетели с нее, но она не придала этому значения.
— Хочешь поболтать немного, Сенека? — спросила она.
— Поболтать? — переспросил он.
— Ну, значит, поговорить. Или, лучше, давай поиграем?
— Что за игра? — спросил он.
— Она называется «Первое слово, что придет в голову». Я говорю слово, а ты говоришь первое, что в голову взбредет.
Он никогда не слышал об этой игре.
— Ну, хорошо, — сказал он. — Я начинаю первым.
— Нет, леди начинают первыми, — запротестовала она. Он вопросительно посмотрел на нее.
— А разве ты леди?
— Поклялась стать ею завтра!
Он руками развел.
— А как ты собираешься совершать этот подвиг?
— Очень просто, Сенека! Я не буду говорить с Латимером о ночной рубашке!
— Пичи, чтобы стать леди, недостаточно… — Но тут он увидел усмешку у нее на лице и понял, что она поддразнивает его. Ну хорошо же! Он также умеет дразнить!
И он продолжал с важным видом:
— Я должен первым начать игру, так как я — принц, а ты — всего-навсего лишь принцесса. Я — наследник трона, я королевской крови, а ты — всего лишь вышла замуж за члена королевской семьи. Я превосхожу тебя!
Она захихикала над его высокомерием:
— Знаешь, Сенека, ты надулся сейчас, как воздушный шар!
Это смешное сравнение крыть ему было нечем. Ему ничего не оставалось делать, как принять условия игры. Он схватил ее в свои объятия и прижал близко к себе.
— Начинай свою игру, — сказал ей он.
— Красить!
— Красить?
— Теперь твое слово.
Слово так не подходило к этой вечерней обстановке, что ему потребовалось время, чтобы сосредоточиться.
— Красить… Тивон.
Она ожидала, что он скажет именно так.
— Ну и наказание назначил ты ему! Он отпустил ее.
— Раскрасить каждую дверь в конюшне — это ли не сильное наказание!?
— Нисколечко.
— Но это трудная работа.
— Для маленького мальчишки это не трудная работа, а, напротив, очень забавная и в удовольствие. Ведь в детстве все любят рисовать! Разве ты не помнишь?
Как ни пытался, он не мог вспомнить. Его молчание о многом сказало Пичи. Ей было интересно узнать о том, что он еще не делал в своей жизни в этом огромном дворце.
— Твоя очередь, — сказала она ему.
— Бедра, — сказал он и посмотрел на ее красивые ноги.
— Сводит судорогой…
Он тоже ожидал такого ответа, ибо знал, что так было на самом деле.
— Моя очередь, — сказала Пичи. — Я… играю.
— Прятки…
— Что???
Ты играл в такую игру, когда был маленьким?
— Нет, я не играл в нее.
— Ну, а тогда откуда же ты знаешь про нее?
— Видел, как играют крестьянские дети. Я наблюдал за ними из окна.
— Да… — посочувствовала она ему. — Теперь твоя очередь…
— Пища…
— Голод, — ответила Пичи.
Он прекрасно понял, почему она так сказала. Ни он, ни она еще не притрагивались к еде. Сенека оставил ее на минуту и пришел к ней с большим подносом, на котором были сыр и хлеб, а также бутылка чудесного красного вина.
Она залюбовалась им.
— Твоя очередь, — обратился к ней Сенека.
— Очередь? Боже! — подумала она.
— Мы же ведь играем, Пичи! Сейчас твоя очередь!
Пичи уловила нежный аромат магнолий и сказала:
— МАГНОЛИИ…
— ПОЛНОЧЬ, — ответил он тотчас же.
— Полночь и магнолии? — произнесла она, смакуя вино. — А что общего у «полночи» и «магнолий»? — переспросила она.
Сенека задумался. Он вспомнил, как она рассматривала интимные места его тела, и ответил:
— Ничего… и все!
Она ничего не поняла из его ответа. Иногда Сенека говорил загадочно, и ей предстояло разгадать эти загадки.
— А может, мне без очереди еще назвать слово? — спросила она у него.
— Конечно же, мне трудно будет тебе отказать. Говори!
— Король, — сказала она, заметив небольшой портрет кого-то из королевской семьи.
— Отец… — ответил он. Пичи взяла его за руку.
— Почему ты называешь его «отец»?
— Потому что он — мой отец.
— Это понятно… Но ты можешь называть его в «папой», или «батюшкой».
Сенеке стало вдруг грустно. Он еще в детстве хотел называть своих родителей «папой» и «мамой». Это было в детстве, когда он был слишком мал а глуп…
— Твой пала никогда не разрешает называть себя, не иначе, как «отец», да? Сенека?
Он ничего не ответил ей, а просто пробормотал:
— Теперь моя очередь… — Но как он ни старался, он не мог сосредоточиться, и в голове крутились только «мама» и «папа».
— Я не могу придумать ни одного слова, Пичи. Продолжай!
— Книга, — произнесла Пичи.
— Золотые полосы… — продолжил он. Она повернулась и посмотрела на него вопросительно.
— Полосы золота? Что это? — переспросила Пичи.
— Я имею в виду тонкую, золотистого цвета полоску, которая используется как закладка в книге.
— Я не пользуюсь закладками, — сказала Пичи.
— А как же ты тогда замечаешь место, где закончила читать? — спросил Сенека.
— Я загибаю страницу.
Сенека съежился от такого признания. Его воспоминания унесли его в события двадцатипятилетней давности… Ему было семь лет, и он так вот загнул страницу в книге, которую читал. Книга называлась… Нет, он сейчас не вспомнит. Но он отчетливо помнит, как разъярилась леди Макросе, знав об этом. Она медленно подошла к нему. вырвала книгу из его рук и отшлепала его своей тростью. Та трость! Он с ужасом вспомнил, как ему было больно и как он разделался с этой тростью, когда ему исполнилось двенадцать лет. Он попросту переломал ее у себя на коленях. Вот и все. Но с тех пор он никогда не загибал в книгах страниц.
— Сенека! — позвала Пичи. — Боже! Что ты так опечалился?
Сенека расстался со своими печальными воспоминаниями и пристально поглядел на Пичи.
— Не загибай больше страниц, Пичи! Прошу тебя! — произнес Сенека.
— Не буду! Я не всегда так делала. Когда я была маленькой девочкой, я закладывала страницы полоской бумаги. Но однажды я увидела, как отец загнул страницу в Библии.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52
Загрузка...

научные статьи:   теория происхождения росов-русов,   циклы национализма и патриотизма и  пассионарно-этническое описание русских и других народов мира и 
загрузка...