ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


ПОИСК КНИГ    ТОП лучших авторов книг Либока   

научные статьи:   принципы идеальной Конституции,   прогноз для России в 2020-х годах,   расчет возраста выхода на пенсию в России закон о последствиях любой катастрофы
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


— Миледи! Неужели вы думаете…
— О, Кэтти, — перебила ее Пичи. — Мое имя не «Миледи», как ты говоришь, а Пичи. И вы так меня зовите, слышите. А теперь, Нидия, сходи и принеси клей, иголки, катушки и нитки. Неси их в мою комнату, Кэтти, а ты останься здесь и помоги мне. Нам надо торопиться. До свадьбы осталось меньше 3-х часов.
Огромные гирлянды из красных и белых роз украшали каждую доступную площадку в дворцовой часовне. Позолоченные статуи ангелов отсвечивали в лугах послеполуденного солнца, которое просвечивало через огромные витражи. Мягкая органная музыка плыла через часовню. По обеим тооонам стены стояли наиболее уважаемые члены Авентинского общества. Каждый из присутствующих был одет в самое лучшее. Каждый пришел полюбопытствовать, посмотреть, какую невесту выбрал себе сам принц Сенека. Никто ее не видел и никто не понимал, почему принц так тщательно скрывал ее до момента обручения.
И, вдобавок, никто давно не видел самого короля. Ходили слухи, что монарх слег в постель и вышел только этим утром. Его Величество король теперь сидел на королевском балконе. И, хотя он появился перед всеми, его вид говорил, что есть повод для беспокойства.
Тишина водворилась в толпе, когда принц подошел к алтарю и остановился рядом с придворным министром. Придворный министр Реверенд Чарли-коут взглянул на короля. Тот кивнул ему, чтобы начинали. Министр, в свою очередь, кивнул головой двум слугам, стоявшим у усыпанного цветами бокового придела Храма.
Взгляд каждого был прикован к этим двум слугам, которые должны были открывать двери часовни. Но никто из присутствующих так пристально не всматривался, как Сенека.
Восхищение и гордость бились внутри его: Пичи была самой прекрасной женщиной в королевстве. И об этом вскоре станет известно каждому. И не только это. Ее наряд был восхитителен: прост, но очень элегантен. Ее наряд — это комплимент ее природной красоте. Швеи превзошли в мастерстве все ожидания.
Пичи будет выглядеть с головы до ног как принцесса.
Сенеке казалось, что целая вечность прошла до того момента, как открылись двери часовни. Первым, кого он увидел в проходе, был лорд Фонтегрил, один из королевских советников, которого выбрали посаженным отцом. Он выглядел взволнованным и обеспокоенным. В следующую минуту Сенека понял, почему.
Пичи шла, спотыкаясь, рядом с лордом Фонтегрилом. У Сенеки рот раскрылся от изумления. На голове у Пичи был латунный канделябр! На нем было столько много сияющих бусин, что она едва удерживала канделябр на голове. Вот почему лорд Фонтегрил поддерживал ее за талию, в тот момент, как она вошла в часовню. Как она сама не старалась удержать это «сооружение», ей все же пришлось остановиться, чтобы поправить громоздкий «шпиль».
И ее платье. Глаза Сенеки расширились. По всему полотнищу юбки были пришиты сотни сияющих бусинок. Солнечный свет отражался от них, и Сенека увидел, что бусинки образуют имя: С-Е-Н-Е-К-А.
Он не поверил своим глазам. А поднявшийся из толпы шепот очень задел за живое.
Жизнерадостная, ничего не подозревающая об убийственных для себя мыслях возлюбленного, Пичи любовалась им.
Одетый согласно традициям Авентины, он был в элегантном белом костюме с золотыми эполетами на плечах. Крупные золотые пуговицы были пришиты к костюму, а брюки украшала с обеих сторон золотая тесьма. Через грудь шла алая атласная лента, усыпанная медалями и золотыми орденами. У левой ноги висела сияющая золотая шпага, ручка которой была украшена драгоценностями. Поверх головы Сенеки была корона.
Пичи даже оступилась, когда увидела Сенеку. «Боже, — подумала она, — он выглядит, как самый настоящий могущественный принц».
Но, восхищаясь им, в душе она молча проклинала его.
Больно было сознавать, что королевский двор затратил все средства на свадебный наряд принца. С головы до ног он сиял. Единственным утешением для нее была мысль, что ее собственный свадебный наряд тоже стал блистательным. Но только не благодаря ему! Усилием воли она спрятала свой гнев. Это был день ее свадьбы. Она выходила замуж за самого красивого мужчину на всем белом свете, и после церемонии ее будут звать Принцесса Пичи.
Принимая во внимание все эти великолепные обстоятельства, было бы глупо омрачать этот день.
Когда она достигла ступенек, ведущих к алтарю, лорд Фонтегрил подал ее руку Сенеке. Взгляд ее излучал счастье. Она ослепительно улыбнулась, глядя в глаза своему возлюбленному, но тут же отвела взгляд в сторону, наткнувшись на его холодный взгляд. Ее радость сразу же улетучилась.
Сенека уставился на подсвечник, стоящий на ее голове, соображая, что сияющие камни вокруг ее «короны» были хрусталем из люстр. Клей, которым она их приклеила, еще не высох. Одна из хрустальных бусинок соскользнула и готова была вот-вот упасть в ее волосы, которые были красиво уложены в прическу. Он сильно сжал ее руку, гнев закипал в нем.
— Что ты сделала со своим нарядом? — прошептал он, не раздвигая губ.
— Я превратила его в наряд моей мечты, — ответила она, натянуто улыбаясь. — Чем говорить мне это, ты бы лучше радовался, что я не пришила слова «черт с тобой». Ты знаешь, эта мысль промелькнула у меня. А теперь помоги мне подняться по этим ступеням. Моя одежда чертовски тяжелая, и я чуть не падаю.
— Еще бы, — процедил он сквозь зубы. — У тебя люстры на юбке, а канделябр на голове.
— Я не надела бы канделябр на голову, если бы ты дал мне мою корону, — закончила она.
Сенека помог ей подняться на последнюю ступеньку и остановил напротив недоумевающего лорда Реверенда Чарликарта.
— Мы обсудим это после, Пичи, — сказал Сенека четко.
— Давай не будем, — сказала она мягко и улыбнулась. — Сегодня день примирения друг с другом.
— Мы будем это обсуждать, — сказал Сенека повелительным тоном.
— Хорошо, — сказала Пичи, дотронувшись до подбородка, — но запомни одну вещь, Сенека. Ты меня разозлил и не жалуйся на то, что получишь в ответ!
Королевский банкетный зал, где давали свадебный обед, был роскошным. Стены ослепляли белым и золотистым шелком, но доминирующим цветом помещения был ярко-желтый цвет. Действительно, каждое атласное кресло вдоль обеденного стола было покрыто желтым Дамаском. Изящный стол был накрыт большой скатертью. На ней были сервированы хрустальные фужеры. Огромный золотой канделябр и великолепная подставка для фруктов, украшенная ангелочками и изумрудными папоротниками — все это радовало глаз.
Масса благоухающих желтых роз, величественные золотые приборы и приборы из китайского фарфора завершали прекрасную картину декорации.
После того, как Тиблок усадил короля, Сенека препроводил Пичи на противоположный конец стола помог ей усесться и занял свое место рядом с ней.
Только после того, как королевская чета расселась, лакеи в ливреях пригласили гостей. Наступил вечер, и банкетный зал освещал свет двух каминов и множество высоких длинных белых свечей. Праздничная атмосфера наполняла зал. И хотя сама обстановка вызывала радость, напряженное состояние присутствующих было тяжелее, чем туман с океана, который покрывал Авентину.
Король Зейн, ничего не говоря, наблюдал за всеми. Гости все еще оставались молчаливыми, многие из них низко склонили свои головы. Пичи чувствовала себя не в своей тарелке и решила отвлечь себя едой. Она никогда не видела такого изобилия пищи. Кажется все, что есть вкусного в мире, находилось на этом столе. И она была голодна. Сначала она целый час простояла в галерее, приветствуя аристократов Авентины, пришедших поздравить ее и Сенеку.
В ее первый бокал был налит французский ликер. Она посмотрела на Сенеку, интересуясь, может ли она попробовать его. Он все еще сердился на нее, но она была слишком голодна, чтобы улаживать с ним отношения прямо сейчас. Зато чуть позже, когда она наелась, она заявила, что он может повесить свое высокомерие себе на ухо и закрутить его дважды в трубочку.
— Собираются ли они поставить кувшины с этим французским ликером на стол, Сенека, — спросила она.
И хотя они сидели на некотором расстоянии от гостей и никто не мог слышать их разговор, Сенека сказал громким голосом:
— Шампанское — не ликер, а вино. Оно не подается в кувшинах, оно подается в бутылках, а ты больше не будешь пить, — ответил он и улыбнулся гостям, которые сидели поодаль.
— А это что такое? — спросила Пичи и подняла маленькую золотую рамку, в которой что-то было написано.
— Это — меню, — ответил Сенека жестко. Пичи тщательно изучила меню, но ни одного слова в нем не поняла.
— Я не могу это прочитать. Это…
— Французский, — пояснил Сенека.
— Французский? Но я не знаю французский. Дружище, а как же мне узнать, что мне есть? Сенека тяжело вздохнул.
— Неважно. А теперь сними эту «восхитительную вещь» со своей головы. Если этого не сделаешь, то ничего не сможешь съесть, ибо все подвески слетят тебе в тарелку.
Пичи поняла, что он был прав. Головной убор был так тяжел, что она сняла его, поставила на пол рядом с креслом и приготовилась есть великолепную пищу. Она хотела попробовать все.
Сначала поднесли маленькую чашку горячего супа, потом — холодного. Она быстро с ними расправилась и стала смотреть, что ей еще из деликатесов попробовать. Сенека посоветовал ей пробовать всего не больше столовой ложки.
— Леди только тогда едят, когда закончится официальный обед, — прошептал он ей.
Сейчас, за свадебным столом, конечно, было не время учить ее хорошим манерам, но фокусы, которые она проделала со своим свадебным нарядом, разозлили его. Он решил, что должен заставить ее, наконец, подчиниться его воле. И хоть за свадебным столом, но ее надо проучить.
Увидев, как загорелись ее глаза, когда слуга поднес джентльмену, сидящему неподалеку от них, ростбиф, Сенека догадался, как ей хочется съесть такой же.
— И ни при каких обстоятельствах, Пичи, леди не разрешается есть такую пищу, а особенно на таких торжествах, — проинформировал он ее. — Ни дичь, ни ростбиф. Даже сыр тебе запрещается. Все это — только для джентльменов.
Желудок Пичи громко заурчал. Пичи бросила взгляд на свою тарелку. В тарелке лежало пару листиков молодого салата, ломтики картофеля и сердце индейки, размером с мизинец. Она знала, что Сенека зол на нее, но неужели ей из-за этого умирать с голоду? С трудом сдерживая гнев, она начала поглощать все, что у нее было в тарелке. Сенека наблюдал, как она взяла последний ломтик картофеля.
— Не съедай все до последней капли из того, что у тебя есть на тарелке, — закончил он. — Это не соответствует манерам леди.
Она бросила картофелину назад на тарелку, а затем стала рассматривать пожилую женщину неподалеку от нее. Тарелка этой леди была переполнена разнообразной пищей.
— А вот та женщина… — произнесла он.
— Леди Ярвуд почти что семьдесят лет, — сказал Сенека. — И когда ты доживешь до ее лет, ты сможешь стать обжорой, если пожелаешь. А теперь ты будешь кушать так, как я говорю тебе.
Его последнее заявление взбесило ее. Она воздерживалась от пререканий с ним, но он зашел слишком далеко.
— Ешь сам так, как мне советуешь, мой дорогой, возлюбленный муженек! А как мне дышать? Так, как ты скажешь? Да? Сколько вздохов ты разрешишь мне делать в минуту? Шестьдесят? Или леди положено только восемь? Может, мне вообще нельзя дышать?
— Ты можешь дышать, как захочешь, — ответил Сенека тихо.
Она покосилась на него.
— Может, прикажешь мне смотреть на еду голодными глазами, как собака. Мой дорогой, не беспокойся, я смогу это сделать. Я смогу, как собака сидеть, смотреть и глотать слюну, и ждать, пока подадут.
Он заскрежетал зубами, но вдруг почувствовал, что вот-вот рассмеется. Тогда он положил кусочек говядины себе в рот, ожидая ее язвительного ответа. У Пичи слюнки потекли, когда она увидела, как он ест мясо. Она решила, что он хочет окончательно взбесить ее. Ему удалось это сделать. Но Пичи не хотела сдаваться.
— После того, как вечер закончится, — сказала она, — мы поиграем с тобой в «дом», Сенека. Вот это будет веселье! Ты будешь дверью, а я захлопну тебя.
Сенека поперхнулся мясом. Но подавив свой гнев, он вдруг развеселился. В ушах стояло: «Ты будешь дверью, а я тебя захлопну».
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52
Загрузка...

научные статьи:   теория происхождения росов-русов,   циклы национализма и патриотизма и  пассионарно-этническое описание русских и других народов мира и 
загрузка...