ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ



науч. статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. народов мира --- циклы национализма и патриотизма --- три суперцивилизации --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


На третьей картине ни принц, ни принцесса не улыбались.
На четвертом полотне был другой луг, где они были вместе. Только у Пичи на голове не было короны. Они стояли гордые и величественные. А перед ними, заломив шапку, встав на колени, стоял крестьянин. Он хотел привлечь их внимание. Сенеке стало ясно, что обращался этот крестьянин напрасно.
На пятом — был нарисован дворец в зимнее время. Снег засыпал башни дворца. С крыш и балконов свисали большие сосульки. И хотя Пичи не была художницей, она сумела донести в своей картине ощущение холода.
— А эту картину она писала сегодня утром, — пробормотала Августа, поднимая последнее полотно.
Сенека уставился на комочек цвета слоновой кости.
— А это что? — спросил он.
— Она сказала, что это магнолия… только мертвая.
Сенека внезапно спросил у Августы:
— Где сейчас Пичи?
— В золотом салоне для рисования, — ответила та. Учится, как устраивать прием при дворе. Она же, после всего, станет скоро королевой Авентины. И я уверена, она будет настоящей королевой. Ваше Высочество, должно быть, будет очень счастливым человеком.
Чувство разочарования шевельнулось в нем.
Сенека нашел учителя и ученицу в золотом салоне для рисования. Виридис что-то рассказывала Пичи. Та сидела в золоченом кресле, уставившись глазами в мраморный пол.
Он устремился было к ней, но внезапно остановился, когда увидел, что она поднялась навстречу. Пичи была одета в зеленое платье. Цвет платья гармонировал с цветом ее глаз.
— Пичи, — нежно обратился он к ней. У нее было желание броситься к нему и обнять pro но правила этикета не позволяли ей это сделать. А она так давно не видела его. Разлука казалась ей вечной!
Виридис подошла к Пичи и прошептала ей:
— Только Богу известно, почему Сенека прервал наши занятия. Мы уже ничего не можем поделать, раз он пришел. Может быть, он решил проверить тебя, чему ты научилась. Это твой шанс, Пичи, — быстро произнесла она, — показать ему, что ты уже умеешь делать. Заставь его гордиться! «Удиви его, — повторила про себя Пичи. — Да, по-видимому, его надо удивить».
Она подняла голову. Сенека был одет, можно сказать, небрежно: черные брюки для верховой езды и большие черные сапоги, плотно облегающие его ноги, а также белая рубашка с широкими рукавами.
Но, тем не менее, он ярко выделялся в комнате, как бы заполнял всю ее своим присутствием.
Боже, она уже забыла, что ее муж был так красив. О, как ей хотелось обнять его и полететь к нему на крыльях!
Но Виридис крепко взяла ее за руку.
— Ты что, забыла все, чему я тебя учила? — спросила она у нее. — Пройдись, скользя. Помни про королевскую осанку. Ты так старалась все выучить, чтобы стать настоящей леди. Что ж ты растерялась? Ты должна показать ему, что твои усилия не пропали даром.
Стараясь подавить нервную дрожь, Пичи слегка наклонила голову, расправила плечи и пошла по комнате. Ее руки грациозно лежали поверх ее многочисленных шелковых юбок. Чувство гордости стало переполнять Пичи, когда она услышала возгласы одобрения со стороны Вири-дис.
Сенека наблюдал за ней. Ей понадобилось всего лишь пять минут, чтобы пересечь большую комнату взад и вперед. Когда она подошла к нему. то сделала реверанс, немного наклонила голову и застыла. Ох, как ему захотелось без всяких формальностей схватить ее в свои объятия! Но обстоятельства обязывали его к другому.
— Поднимись, — сказал он ей.
Она распрямилась и взглянула на него. Она уже было начала беспокоиться. Она не могла понять, что ею было сделано не так.
— Ты злишься…
— Пичи! — прошептала Виридис. Пичи опустила глаза, понимая, что допустила ошибку.
— Я… Я хотела сказать. Я чем-то была Вам неприятной, Сенека? — спросила она и еще ниже опустила голову, ожидая ответа.
Ее голос был такой нежный, и она говорила так правильно, что он ушам своим не поверил..
— Я желаю, чтобы ты говорила дальше, — приказал Сенека.
— Конечно же, — согласилась она. — Что бы Вы хотели от меня услышать? — спросила она. Ее лицо было непроницаемо.
Он повернулся к Виридис за разъяснением.
— Извините нас, пожалуйста, — сказала Виридис. — Сенека, я рассказывала о том, как надо вести королевский прием, как себя вести в присутствии тебя и короля вместе. Видишь, у нее разительные успехи, но еще осталось кое-что, что я хотела бы ей рассказать и показать.
— Это подождет, — сказал Сенека. — Вы сейчас свободны.
Виридис, надув губы, направилась к выходу.
Он дождался того момента, когда закрылась дверь с той стороны, повернулся к Пичи и, нахмурив брови, приказал:
— Теперь ступай вперед!
— Идти вперед, Сенека?
— Да, ступай! Я жду! — приказал он. Она слышала раздражение в его голосе, но не придала этому значения. Она пошла вперед.
— Что ты делаешь? — спросил он.
— Я скольжу, Сенека! — ответила она.
— Ты идешь как будто бы по тонкому прозрачному полу, и если ты вдруг надломишь его, то провалишься. ..
Пичи сочла это сравнение как комплимент. Грациозными движениями рук она подняла свои юбки, стараясь не поднимать их высоко. Сенека взглянул на ее лодыжки. От увиденного он еще крепче сжал зубы. Ее лодыжки были связаны бархатной веревкой, и это не позволяло ей делать нормальные шаги. А еще на каждой лодыжке было привязано нечто странное.
— Что это такое? — спросил гневно Сенека, указывая на лодыжки.
Пичи все еще не могла понять, почему он так разгневался. Она сначала хотела переспросить его, но затем вспомнила из правил этикета, что она не имеет права задавать мужу вопросы о его настроении.
— Это мешочки с песком, — ответила она.
— Мешочки с песком? — переспросил он.
— Да, атласные мешочки, заполненные песком, Сенека, и они очень тяжелые… Их вес дает мне помнить… Тьфу… Эти мешочки не дают мне возможности поднимать ноги высоко во время ходьбы. Вот почему я скольжу. Ты что, считаешь это абсурдом?
В ее голосе он услышал надежду. Но ему не нравилось, как она ходила. Она шла как машина вместо того, чтобы идти плавно, как это делают девушки.
— Сенека! — сказала она.
Он взял ее руку. Ее пальцы были холодны, но ногти были хорошо ухожены. Каждый ноготок был аккуратно подстрижен и обработан.
— Ты выглядишь плохо, — сказал он ей.
Она не понимала и не могла понять его настроения.
— Я себя прекрасно чувствую, — ответила она и опустила глаза.
— Смотри на меня, когда я с тобой разговариваю, — приказал он.
Ей хотелось на минуту закрыть глаза, чтобы не выдать набежавших слез. Все! Она провалила свое первое испытание. Она поняла это по его голосу, по его манере говорить.
— Сенека… — произнесла она.
— Бога ради! Скажи, что с тобой случилось? Ты выглядишь так, как будто бы у тебя сейчас начнется истерика! — воскликнул он.
Но она твердила только одно:
— Со мной все хорошо!
Он отпустил ее холодную руку и отошел в сторону.
— Значит, говоришь, все хорошо? — спросил он вновь.
— Очень хорошо, — ответила она в свою очередь.
— Мы не виделись целых три недели и все, что ты можешь мне сказать — это то, что тебе очень хорошо?
— Как Вы провели это время?
Он не ответил. По правде сказать, ему было плохо без нее. А Пичи, тем не менее, было очень хорошо. Ему было интересно знать, почему она так бесчувственно беседует с ним. Он понял только одно, что она преуспела в искусстве сдерживания своих эмоций.
— Да, а еще погода очень хорошая, — продолжала Пичи.
— Очень хорошая, чтобы ехать на прогулку в открытом королевском экипаже, — подхватил Сенека.
Она потупила взор.
— Ты брала вчера на прогулку королевский экипаж. А имперский тебя что, не устраивает больше?
Теперь она все поняла и вздохнула с облегчением.
— Имперский экипаж предназначен для торжественных выездов, таких как коронация, свадебный кортеж, королевский день рождения и для особых дней. Его нельзя брать для простой прогулки.
— Но тебе ж он ведь раньше нравился! Ты попросила для себя золотой экипаж. Я отдал распоряжение позолотить его. Я ездил далеко, чтобы достать атлас для отделки сидений… И все это для тебя…
Она ничего не ответила. Она не должна была возражать своему мужу. Ее молчание еще больше разозлило его.
— А что стало со статуэтками, которые ты так любила? Ты приказала их разнести по комнатам.
Зачем?
— Я… Они… Это дорогие вещи, и их нужно поместить по разным комнатам. На них нужно смотреть с восхищением.
Но как она отвечала — и возмущало его, и одновременно очень напоминало тетушку Виридис.
Она делала и говорила все так, как научила ее она Боже, это же было очевидно, как день! Сенека продолжал:
— Ты не носишь больше украшения, что я тебе подарил?
— Ошибаетесь, я ношу драгоценности! — сказала она и дотронулась до своих сережек. Жемчужины в них были такие крошечные, что их можно было едва различить.
Совсем недавно, — подумал Сенека, — она блестела вся с ног до головы. А теперь она не блестела совсем. Вдруг он вспомнил о сверкающем камне. Он надеялся, что этот подарок заставит ее улыбнуться или сказать ему что-либо ласковое, нежное. Он вынул камень из кармана и подал его ей.
Она разглядела сверкающий камень и сказала:
— Это камень!
— Да, но он сверкает, как бриллиант, — сказал Сенека.
— Сверкает, но это не бриллиант. Это — камень, — продолжала настаивать она. Сенека забрал камень назад и сказал:
— Я думал, что ты будешь считать его бриллиантом.
— Буду считать? — спросила она. — Я слишком занята, чтобы играть в такие игры.
— Я вижу, — гневно прошипел он. — Чем же ты занята?
Пичи поняла, что он вконец разозлился, но продолжала отвечать спокойным тоном.
— Я занята уроками целый день. Вдобавок, я вышиваю и…
— Рисуешь? — добавил Сенека.
— Да, — ответила Пичи. — Я уже написала шесть картин.
— Я видел их, — сухо произнес Сенека.
Она ожидала, что он похвалит ее за рисунки, но он этого не сделал. Он просто стоял и рассматривал ее. Сердце у нее обрывалось, но ей приходилось сдерживать свои эмоции.
— А еще о чем ты желал бы поговорить со мной, Сенека? — спросила Пичи.
Ему не понравился тон, которым она все говорила.
— Да, желал бы! Крестьяне все еще ждут тебя у ворот. Августа сказала, что ждут уже несколько часов.
Сердце у нее чуть не вырвалсь из груди от услышанного. О, боже!
— Я знаю, — прошептала она, — Но для меня непристойно приводить больных крестьян во дворец, ведь дворец — не госпиталь.
— Ты бы могла осмотреть их у ворот, — сказал Сенека.
Она покачала головой.
— Я загрязню свое платье, Сенека. Ведь ты мне приобрел очень дорогую одежду, и я должна ее беречь.
Сенека подумал, что если бы даже она сожгла эту свою одежду на огне, то он бы не беспокоился.
— Ты больше не назовешь меня Сенекерсом? — спросил он. — Я прав?
Она поняла, что испытания подошли к концу, тщательно подобрала для ответа слова:
— Ты — наследный принц. Очень некрасиво с моей стороны давать тебе прозвище. Я надеюсь, что ты вскоре забудешь все, что я делала и говорила раньше.
Сенеке захотелось встряхнуть ее. Вместо этого он дотронулся до нее, надеясь на обратную реакцию.
— Полагаю, что мисс Полли и мисс Молли уже утратили свои имена. А как же Друлли? А как насчет «Копьеносца»? Давай уже не будем их забывать.
— Сенека, пожалуйста… — произнесла она, потупив голову.
— Пожалуйста, что? — переспросил он. — Пожалуйста, подержись за меня, Сенека? Пожалуйста поцелуй меня, Сенека? Это ты мне хотела сказать? — спросил он и направился стремительно к ней.
— Сен… — не договорила она и попала в объятия принца. Ох, как же хорош был его поцелуй!
Бог помог ему на этот раз! Под покровом этой одежды он обнаружил Пичи, ту Пичи, которая могла поймать ему паука, могла рассказать ему истории, которая могла научить играть в игры и у которой бедра сводило от его прикосновения. Это была настоящая Пичи! Она было явью, но он не мог достичь ее. Женщина, которую он держал в своих руках, ходила с трудом. Ее мягкие губы были полуоткрыты, но в них не чувствовалось никакой стра-.сти. Та некогда страстная девушка исчезла. Сейчас перед ним стояла холодная и воспитанная женщина, женщина, которая в своих манерах поведения соответствовала своему титулу.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52
Загрузка...

науч. статьи:   происхождение росов и русов --- политический прогноз для России --- реальная дружба --- идеологии России, Украины, ЕС и США
загрузка...