ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Вот почему старый замок, принадлежавший дальним наследникам графа де ла Бома, сделался вдруг пустым… Вот почему он мало-помалу разрушается из-за отсутствия ремонта… Вот почему, наконец, он называется Проклятым Замком.
Эмрода замолчала, окончив на этом легенду, обещанную Раулю.
– Но неужели эти суеверные верования до сих пор не потеряли своей силы? – спросил Рауль.
– Не только не потеряли, – отвечала Эмрода, – но еще увеличились… Конечно, – продолжала молодая женщина, – общество фальшивомонетчиков не пренебрегло ничем, чтобы придать этим полезным для него слухам новую силу…
– Каким образом?
– О! Это очень просто… Еще в недавнее время странный шум, стоны, зловещий звук цепей часто слышались из недр земли; необъяснимый блеск сверкал между развалинами, фантастические призраки показывались на платформе башен… этого было довольно.
– Понимаю, – отвечал Рауль.
С того самого дня, в который фальшивомонетчики признали кавалера де ла Транблэ начальником своего таинственного общества, жизнь его совершенно изменилась. Огромное богатство сделало его одним из важнейших лиц той эпохи. Рауль удивлял Париж своей роскошью, коротко сошелся с множеством вельмож, пользовавшихся милостью при дворе, и один из этих вельмож, маркиз де Тианж, с которым мы уже познакомились в начале нашего рассказа, представил его Филиппу Орлеанскому, регенту Франции. Регент знал фамилии всех старинных родов, принадлежавших к той высокой аристократии, которую называли тогда знатным провинциальным дворянством и которая почти всегда находилась в оппозиции с дворянством придворным. Фамилия ла Транблэ, таким образом, была известна регенту. Филипп Орлеанский знал, что ее герб и гордый девиз занимают одно из почетнейших мест на страницах пикардийского гербовника, но не знал, да и не мог знать, что эта фамилия совершенно угасла в особе маркиза Режинальда. Поэтому он принял Рауля как настоящего ла Транблэ, то есть с особенной благосклонностью.
Как человек умный и находчивый Рауль тотчас вздумал превратить эту благосклонность в серьезное покровительство. Опираясь на него, он хотел иметь возможность устоять против всякой грозы, если бы какой-нибудь несчастный случай открыл вдруг тайну его мнимого богатства. Рауль ничего не скрывал от Тианжа, промотанное состояние которого было поправлено таинственными обитателями Проклятого Замка. Он посоветовался с ним относительно возможного осуществления своих желаний и надежд. Маркиз де Тианж знал, как и все придворные, до какой степени Филипп Орлеанский был любопытен насчет всего, что относилось к мрачным таинствам демонологии. Он сообщил об этом Раулю. Эти слова открыли молодому человеку целый горизонт.
Люцифер, став его женой, научила его многим опытам, относящимся к магии, хиромантии, картомантии и прочее… и он решился употребить в пользу эти познания, призвав на помощь немного дерзости и чуть побольше шарлатанства. Маркиз де Тианж одобрил этот план и способствовал удобному его исполнению. Он сообщил регенту, в виде тайны, умоляя его не употреблять ее во зло, – что кавалер де ла Транблэ, под наружностью светского человека и праздного богатея, был просто одним из ученейших иллюминатов и магиков в целом свете.
Это известие удивило и восхитило регента. Он приказал маркизу де Тианжу привести к нему Рауля, с которым имел продолжительный разговор. Филипп Орлеанский остался в восхищении от глубоких познаний молодого человека. С этого же дня Рауль приобрел над регентом необыкновенное влияние. Через некоторое время, льстя причудам временного властелина Франции, он вздумал составить тайное общество. Тесные связи магического франкмасонства соединяли между собой членов этого общества, впрочем весьма немногочисленных. Регент был его главою. Члены носили странное название: Сынов Ада.
В это время Рауль, которому все удавалось, вдруг испытал глубокое горе: Эмрода умерла. Пораженная внезапно странным недугом, свойство которого не могли угадать врачи, призванные наскоро, бедная молодая женщина скончалась в несколько часов. Более года Рауль оставался верен памяти своей очаровательной и преданной подруги.
В конце этого времени Рауль де ла Транблэ, оставшись один начальником общества фальшивомонетчиков, однажды возвращался из замка Ла-Бом. Он хотел, не теряя ни минуты, приехать в Пале-Рояль, куда требовал его регент.
Мы уже видели, как в бурную ночь карста Рауля сломалась перед Маленьким Замком, как Жанна де Шанбар, очаровательная царица Савская, приняла у себя раненого, Мы видели, наконец, каковы были последствия этого гостеприимства, оказанного девушкой, и, вероятно, читатели наши не забыли о страшном святотатстве, совершенном маркизом де Тианжем для Рауля, его сообщника. Теперь нам остается снова вернуться к Раулю и Жанне, которых мы оставили так давно.

Часть шестая. ПАЛЕ-РОЯЛЬСКИЕ НОЧИ
I. Добрый ангел
Прошло несколько дней. Рауль, весь предавшись любви, жар которой увеличивался от маленького кризиса, о котором мы рассказали, забыл маркиза де Тианжа, регента, фальшивомонетчиков в Проклятом Замке, Антонию Верди и ее могущественные заклинания, словом, забывал все, чтобы уединиться с своей возлюбленной Жанной, которая для него занимала весь мир.
Сколько продолжалось бы это сладостное оцепенение, это любовное затворничество, если бы неожиданное событие не нарушило его непредвиденным образом?.. Этого мы не знаем и не можем угадать.
Мы, кажется, говорили не однажды, что у кавалера де ла Транблэ было в Париже несколько квартир, некоторые из которых были сняты им на собственное имя, а другие из предосторожности на имена вымышленные. Из всех этих квартир менее всего была известна та, которую он занимал с Жанной и которая сообщалась таинственными коридорами с гостиницей» Царь Соломон «. Только два человека знали эту квартиру: маркиз де Тианж и дон Реймон Ванкончеллос.
В один прекрасный день Рауль и Жанна сидели друг возле Друга на диване в восточной гостиной, или лучше сказать, молодая женщина лежала в объятиях мужа, склонив голову на его грудь. Молодые супруги говорили только взорами, пламенными и влажными, и губы их соединялись в бесконечный поцелуй. Губы Рауля оставляли ротик Жанны только затем, чтобы утонуть в светло-русых волнах ее мягких и душистых волос или поцеловать круглое и розовое плечико, выставлявшееся из-под корсажа. В таких занятиях, некоторые из наших читательниц поймут это, может быть, часы летели с быстротою молнии.
В дверь тихо постучались. Молодая женщина вырвалась из объятий мужа и быстро поправила беспорядок одежды и свои, несколько распустившиеся, волосы.
– Кто там? – спросил Рауль.
– Я, кавалер, – отвечал знакомый голос.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121