ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

По открытой лужайке он прошел пешком, осмотрел лошадь, привязанную поодаль от хижины, помедлил. Возможно, Сэйбл была права и не стоило открыто входить даже в собственный дом. Быстрая Стрела никак не мог настолько забыться, чтобы позволить трубе дымить.
Хантер вынул револьвер из кобуры и взвел курок. Крадучись, он обогнул строение, поднялся на крыльцо, откуда только и можно было попасть внутрь. Кое-как пригнанные доски отчаянно скрипели. Приблизившись к двери, он занес ногу для того, чтобы распахнуть ее хорошим пинком.
Судьба не предоставила ему шанса сделать это. Изнутри раздался выстрел. Пуля расщепила тонкую древесину двери и ударила Хантера в бок, как раскаленный вертел. Он рухнул с крыльца навзничь, ударился затылком о хорошо утоптанную землю и потерял сознание. Последним, что он слышал, был громкий детский плач.
Глава 31
Сэйбл чувствовала всем своим существом, что опасность, таящаяся внутри хижины, куда больше, чем предполагали она или Хантер. Тем не менее она склонилась к гриве лошади и отпустила удила, конвульсивно сжимая в руке приготовленный револьвер.
«Он жив, он жив! После всего, что мы пережили… Нет, невозможно!»
Она следила в бинокль за тем, как Хантер приближался к хижине, и потому оказалась свидетелем случившегося. Она увидела, как он упал, и секундой позже услышала звук выстрела. С тех пор эта картина снова и снова прокручивалась в ее голове, так что временами горло сжималось, не давая дышать. Именно поэтому, не обращая внимания на голос рассудка, Сэйбл резко осадила лошадь у самого крыльца и спрыгнула с седла, склонившись над неподвижным телом Хантера. Ноги его оставались на ступеньках, руки разбросаны по сторонам, по рубашке расплылось красное пятно. Она опустилась на колени и прижала ладонь к тому месту, где продолжала струиться кровь, не замечая, что шепотом зовет Хантера по имени.
Тот не шевелился. Ни единого звука не раздавалось вокруг, за распахнутой настежь дверью хижины уже залегла легкая предсумеречная тень. Сэйбл вернулась к осмотру раны. На первый взгляд та не казалась смертельной, однако грудь Хантера не вздымалась, и это означало, что он не дышит. Кровь сочилась между пальцами, капля за каплей стекая в лужицу, уже собравшуюся на утрамбованной земле.
— Хантер! — снова позвала Сэйбл и прижалась ухом к груди, слушая биение сердца.
Она ничего не смогла расслышать — так сильно стучало ее собственное сердце. Да и было ли что слышать?
— Не умирай, Хантер!
Сухие рыдания поднялись в горле. Не доверяя слуху, Сэйбл присмотрелась, надеясь заметить движение груди, пусть даже самое слабое.
— Не смей умирать, слышишь! Не смей, черт тебя возьми! Звук взводимого курка заставил ее прикусить язык. Она скосила глаза. У самого виска маячило дуло револьвера.
— Брось его! — раздалось над головой. — Это всего лишь кусок мертвого мяса. Ну а если он еще жив, так даже лучше. Пусть помучается подольше, сволочь! Подымайся!
Сэйбл не знала, кто это и почему он так поступает, но чувствовала исходящую от него смертельную опасность. Он мог убить ее в любой момент, как убил Хантера — легко и просто, без церемоний. Но и она (это вдруг стало яснее ясного), будь у нее хоть малейший шанс, вышибла бы ему мозги не колеблясь. Более того, она сделала бы это с наслаждением.
Так как она не повиновалась немедленно, неизвестный направил дуло в голову Хантера. Сэйбл дико закричала и вскочила на ноги — только чтобы ударить по стволу, заставив оружие отклониться.
Последующие несколько мгновений растянулись для нее в целую вечность. Она скользнула взглядом по Хантеру, раненному в живот, отметив про себя, что он мог еще выжить, если не умер сразу. Но, конечно, нужен был доктор, который находился по меньшей мере милях в двухстах от места происшествия. Пока эти мысли проносились в голове, Сэйбл окидывала взглядом окружающее. Револьвер Хантера валялся в нескольких дюймах от его руки, и она сомневалась, что сможет достаточно ловко перепрыгнуть через тело. Свое оружие она отшвырнула, бросившись осматривать рану Хантера, и теперь оно валялось недалеко от нижней ступеньки. Сэйбл сделала рывок в ту сторону, вытянув руки и мимоходом передернувшись — они оказались окровавленными.
Увы, ей не удалось дотянуться до револьвера. Неизвестный (очевидно, следивший за каждым ее движением) выстрелил и попал в рукоятку, заставив револьвер с силой стукнуться о ступеньку. Курок щелкнул, выстрел ушел в сторону.
Сэйбл неуклюже поднялась и повернулась. Перед ней стоял Нат Барлоу, собственной персоной. Он повел дулом револьвера:
— Шагай в дом!
— Это вы!
— Удивляешься, а, сука? — Барлоу ухмыльнулся, показав почерневшие от табака зубы, и больно ткнул ее дулом в грудь. — Делай, как я сказал, а не то здесь будут три трупа вместо двух.
Сэйбл тотчас поняла, что означают слова «три трупа вместо двух», и отчаяние ее усугубилось.
Из хижины донесся плач ребенка. Забыв обо всем, она круто повернулась к двери.
— Маленький Ястреб!
Она бросилась мимо Барлоу, но тот поймал ее за руку и грубо рванул:
— Медленнее!
Сэйбл повиновалась. Осторожно переступив через тело Хантера, она поднялась по лестнице и прошла в дом. Там ее нога наткнулась на что-то мягкое. Посмотрев вниз, Сэйбл увидела, что ткнула в бок Быструю Стрелу, валяющегося на полу в луже крови. Инстинктивно она наклонилась, чтобы узнать, жив ли он, но Барлоу безжалостно пресек эту попытку, ударив ее между лопаток рукояткой револьвера так, что Сэйбл едва не распласталась поверх тела индейца. Выпрямившись, она начала озираться в поисках ребенка.
— Маленький Ястреб! — вырвался у нее хриплый шепот, когда она заметила малыша на деревянных нарах в углу. — Мистер Барлоу! Позвольте мне подойти к нему!
Тот пожевал губу, прикидывая, какие последствия может иметь воссоединение матери с ребенком, потом, пожав плечами, подтолкнул ее к нарам. Сэйбл бросилась вперед, как на крыльях, и, хотя изнемогала от желания прижать малыша к груди, первым делом раскрыла одеяльце. Она не удивилась бы, найдя его изнуренным и запаршивевшим, но, к ее великому облегчению, Маленький Ястреб был все таким же пухлым и на редкость здоровым. Только после этого она стиснула его в исступленном объятии.
Барлоу наблюдал за ее хлопотами с хитрой ухмылкой на лице. Заметив это, Сэйбл выпрямилась, прижимая ребенка к груди. Ее трясло от пережитого потрясения, и как она ни старалась, скрыть это было невозможно.
— Зачем вы все это сделали?
— Случай подвернулся. — Барлоу захихикал, но тут же зашелся в приступе кашля.
Быстрая Стрела застонал и слабо пошевелился. Сэйбл не успела еще преисполниться надеждой, как Барлоу прицелился в него из револьвера.
— Нет, не надо! — крикнула она, пытаясь заслонить индейца своим телом. — Прошу вас, не надо! Я сделаю все, что вы хотите, только не убивайте его, мистер Барлоу!
— Неужто все? — усомнился тот, поблескивая глазками и облизывая губы длинным бледным языком.
— Да, да! Только не стреляйте!
Пронзительный крик Сэйбл испугал Маленького Ястреба, и тот начал плакать. Барлоу посмотрел на него, потом на индейца, снова впавшего в полную неподвижность, скользнул взглядом по телу Сэйбл и пожал плечами. Он только делал вид, что готов заключить сделку, на самом же деле в данный момент его не интересовала ни одна женщина в мире. Он взвел курок.
Понимая, что ничем не сможет помочь и только подвергнет риску ребенка, Сэйбл опустила глаза. И едва не закричала: все крепкое тельце Маленького Ястреба было в крови. Она не сразу сообразила, что сама испачкала его окровавленными, вспотевшими от волнения ладонями. Это была кровь Хантера. Сама того не сознавая, Сэйбл сделала шаг к двери. Ее подталкивала мысль о том, что Хантер, может быть, умирает сейчас, в то время как она бессильна чем-либо помочь ему, Быстрой Стреле или ребенку.
Барлоу выстрелил, но не в индейца, а в нее. Пуля вонзилась в пол у самых ног Сэйбл, заставив ее отпрянуть.
— Ты хитра, да я хитрее! — осклабился он, вытирая рот грязной ладонью, и повел дулом, приказывая отойти от двери подальше.
Он принялся бродить по хижине, пиная грубую, кое-как сколоченную деревянную мебель и заглядывая в углы. Однако у Сэйбл не было и шанса на бегство: Барлоу почти не отрывал от нее стеклянного взгляда и все время держал на мушке.
— Ну и где оно? — наконец спросил он.
— Где что? — недоуменно спросила Сэйбл, когда Барлоу одной рукой вывернул на стол содержимое какого-то мешка. — Я даже не знаю, о чем идет речь!
Разбросав по палу припасы и, очевидно, не найдя среди них искомого, чем бы оно ни было, Барлоу взревел:
— Где оно, дрянь, отвечай!
Одна из жестянок с консервами упала со стола и покатилась, заставив его ненадолго отвести взгляд. Сэйбл тотчас этим воспользовалась и бросилась к двери. Раздался еще один выстрел, пуля попала в стену буквально рядом с ее плечом. Она остановилась как вкопанная, скрючившись в три погибели, чтобы защитить ребенка от возможного следующего выстрела.
— Считай это последним предупреждением, сука! А теперь давай золото.
Сэйбл против воли горько усмехнулась в темные волосики Маленького Ястреба. Как же ошибся бессребреник Хантер, решив, что Барлоу интересует ее тело! Ее золото — вот все, что ему было нужно.
— Да, но… у меня нет золота.
Барлоу подчеркнуто медленно вытянул руку с револьвером, в его невзрачных чертах проступила зловещая решимость.
— Соври еще раз — и сдохнешь, как собака.
— Я только имела в виду, что золота нет при мне. Оно вон там. — Она указала на один из мешков, в котором узнала свой.
Барлоу поволок его к столу и вывернул, сбрасывая предметы на пол один за другим, пока в руках у него не оказался кожаный мешочек. Все это время он не спускал глаз с Сэйбл. На ощупь определив, что в мешочке находятся золотые слитки, он чуть выше приподнял набрякшие веки и злобно спросил:
— А остальное?
— Остальное?
Что-то в ее голосе заставило Барлоу отвести револьвер, но только для того, чтобы направить его на Быструю Стрелу. Возможно, он судил по себе, приписав Сэйбл готовность умереть, но не отдать ему золото. Он не знал, конечно, что никакого «остального» золота нет и в помине. Оно давно было потрачено на припасы и прочие необходимые в пути вещи. Сэйбл почувствовала опасность своего положения. Убедив Барлоу, что он уже завладел всем золотом, что у них было, она обрекла бы на смерть и себя, и обоих мужчин, и ребенка, который остался бы полностью беззащитным. Она решила выиграть время.
— Остальное должно быть у Хантера, — сказала она поспешно. — Мы заезжали в форт за припасами.
Барлоу кивнул. Он отошел за кучу вещей, выброшенных из мешков, и начал отбирать съестное и патроны, пихая все это в опустошенный мешок Сэйбл. Она молча смотрела на него, удивляясь тому, что в его хилой руке дуло так ни разу и не дрогнуло, даже на волос не отклонилось от ее головы.
— Клади щенка на кровать, — приказал Барлоу, выпрямляясь и вскидывая мешок на плечо. — Пусть полежит. Сэйбл заколебалась.
— Клади, я сказал! Хочешь, чтобы я сделал в краснозадом еще одну дырку?
— Ребенка я не оставлю! — крикнула Сэйбл, прекрасно зная, что не намерена возвращаться с Барлоу обратно в хижину. — Это мой сын, я не видела его уже много дней.
Пока она говорила, взгляд ее метался вокруг в поисках спасения. Быстрая Стрела не шевелился, напоминая больше труп, чем живого индейца. Снаружи, где лежал Хантер, тоже не доносилось ни шороха, виднелась только торчащая над ступеньками лестницы подошва сапога.
— Оставь это отродье, иначе я схвачу его за ноги и… — Барлоу сбросил мешок одним движением плеча и кинулся вперед, протягивая левую руку к Маленькому Ястребу.
Сэйбл съежилась еще больше, сжалась в комок, укрыв ребенка своим телом, как створками раковины.
Нат Барлоу потерял терпение. Он давно уже опасался появления какого-нибудь нежданного гостя, услышавшего выстрелы. Но еще больше он боялся того, что поблизости окажется армейский патруль.
Приблизившись, он просунул руку между Сэйбл и ребенком, нащупал детскую руку и как следует рванул. К счастью, он захватил также рубаху. Хотя малыш и заплакал от боли, он остался невредим.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77

загрузка...