ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


 

Н. Леонтьева распро-
страняется и на жизнь допсихическую, и на жизнь,
опосредованную психическим отражением, и на жизнь
человека, опосредованную сознанием. Однако в по-
следнем случае жизнь может пониматься двояко, и
соответственно этому .различаются и два понятия
деятельности. Когда жизнь берется неиндивидуализи-
рованно, как абстрактная человеческая жизнь
вообще, деятельность рассматривается как сущность
этой жизни и как материя, из которой соткано инди-
видуальное бытие. Когда жизнь рассматривается как
конкретное, индивидуализированное, конечное жиз-
ненное целое (данное, например, в биографической
фиксации), как <совокупность, точнее, система сме-
няющих друг друга деятельностей> [там же], то
понятие <единица> в приложении к деятельности :
должно трактоваться как <часть>: жизнь как целое \
состоит из частей - деятельностей. Речь здесь идет i
уже не о деятельности <в общем, собирательном зна-
чении этого понятия> [там же, с. 102], а об особенной
или отдельной деятельности, <которая отвечает опре-
деленной потребности, угасает в результате удов-
летворения этой потребности и воспроизводится
вновь...> [там же].
Центральным, ключевым пунктом в понятии от-
дельной деятельности является вопрос о мотиве. Этот
на первый взгляд частный вопрос на деле является
решающим для всей теории деятельности, нервом
этой теории, сгустившим в себе ее основные онтоло-
гические и методологические основания. Поэтому он
требует подробного обсуждения.
Введенное А. Н. Леонтьевым <понимание мотива
как того предмета (вещественного или идеального),
который побуждает и направляет на себя деятель-
ность, отличается от общепринятого> [там же]. Оно
породило массу критических откликов, немного <под-
правляющих> эту идею или отвергающих ее в корне
[8; 32; 44 и др.].-Ближайшей причиной такого не-
приятия является то, что этот тезис рассматривается
не как содержательная абстракция, а как обобщение
эмпирически наблюдаемых фактов побуждения дея
IBOCTH, истинность которого может быть верифи-
Цэана прямым соотнесением его с эмпирией. При
1, разумеется, достаточно хотя бы одного факта,
сладывающегося в представление о побуждении
1льности предметом, отвечающим потребности,
ы это представление было признано ложным или
айней мере недостаточным.
.таких фактов множество. В самом деле, возра-
г А. Н. Леонтьеву, разве вот этот внешний пред-
сам по себе способен побудить субъекта к дея-
.вости? Разве он не должен сначала воспринять
IMCT, прежде чем тот (а значит, уже не сам пред-
ка его психический образ) сможет оказать на
мотивирующее воздействие? Но и психического
1жения предмета отнюдь недостаточно для того,
1ы вызвать деятельность субъекта. Для этого
Йкна быть еще актуализирована потребность, ко-
Ё>й отвечает этот предмет, иначе живые существа,
ткнувшись с предметом потребности, каждый раз
1етупали бы к ее удовлетворению вне зависимости
того, есть ли в данный момент в этом нужда или
, - а это противоречит фактам [44, с. 110].
Нее, само объективное обострение потребности
жно в какой-то форме отразиться в психике, ибо
противном случае субъект не сможет отдать пред-
Чтение ни одной из возможных деятельностей [33;
1. И наконец, последним . событием в этом ряду
Цяжений должно быть связывание двух психиче-
кх образов - образа потребности и образа соот-
1ствующего ей предмета. Только после всего этого
изойдет побуждение, и побудителем выступит,
едовательно, не сам предмет, а его значение для
1ъекта. Так рассуждают оппоненты А. Н. Леонтьева.
"Вывод из приведенной аргументации может быть
вдмирован в следующем антитезисе: предмет по-
гбности не способен сам по себе побудить и напра-
гь деятельность субъекта, т. е. не является моти-
И деятельности [8]. .Хотя против этого антитезиса
жно выдвинуть контраргумент, состоящий в ука-
яии на факты так называемого <полевого поведе-
- Предмет по понятию нечто внешнее, нечто перед .субъек-
1 находящееся, предстоящее, хотя и не обязательно матери-
.ное.
ййЯ>, в котором, казалось бы, сами веЩи заставляют
человека действовать, этот контраргумент ничего не
решает. Во-первых, чисто логически: ведь формула
А. Н. Леонтьева претендует на общезначимость, а
<полевое поведение> лишь один класс процессов дея-
тельности. Во-вторых, потому что и само <полевое
поведение> можно трактовать по-разному, и одно из
возможных объяснений механизма его побуждения
состоит в том, что оно начинает осуществляться не
под действием самого по себе предмета, а в резуль-
тате его восприятия субъектом (а как же иначе?),
которое, нужно думать, пробуждает соответствую-
щую потребность, которая, в свою очередь, выра-
жается в психике, например в форме непосредствен-
ного желания овладеть этим предметом. Только
вследствие всей этой цепи событий происходит по-
буждение деятельности. Иллюзия же инициирующей
самодостаточности предмета создается сокрытостью
его значения {55]. -
Но если побуждение даже в случае <полевого по-
ведения>, по видимости более всего подходящего под 1
леонтьевскую формулу, при ближайшем рассмотре- 1
нии оказывается опосредованным различными ото- ;
бражениями предмета и потребности, то что же тогда
говорить, например, о поведении, вытекающем из во- i
левого решения или сознательного расчета, отсутст- 1
вне прямого побуждения которых предметом потреб- -
ности очевидно. . \
Итак, если рассматривать формулу, утверждаю- \
щук), что мотивом деятельности является предмет, 1
отвечающий потребности субъекта, как попытку
обобщения всего многообразия эмпирических случаев
побуждения деятельности, то оказывается, что она не
выдерживает критики.
Но в том-то и дело, что формула эта совсем иного
рода. У нее совершенно другие претензии, другой
логический статус и другие онтологические основания,
чем те, которые неявно приписывает ей изложенная
критика. А именно: она не претендует на охват всего
эмпирического многообразия возможных фактов по-
буждения индивидуальной деятельности; по своей
логической природе она является абстракцией, при-
чем абстракцией довольно высокого порядка, т.е.
таким утверждением, от которого предстоит еще пли
й1йый путь теоретического <восхождения> к кон-
1йому. Последнее не означает, что само это ут-
цидёние до <восхождения> не содержит в себе
Игорей конкретной истины; обсуждаемая формула,
In любой абстрактный закон, совпадает с конкрет-
1. положением дел, но только при выполнении оп-
яенных условий.
Щгобы установить, каковы эти условия, необходи-
1яисать онтологию, лежащую в основании теории
1вльности А. Н. Леонтьева и его понимания моти-
IK, - онтологию, на деле прямо противополож-
1онтологии, приписываемой этому пониманию его
яками, в рамках которой оно оказывается не-
зятельным. Эти две онтологии могут быть услов-
йазваны:
<Онтология жизненного мира>
и <онтология изолированного индивида>.
ределах последней первичной для последующего
етического развертывания считается ситуация,
1йочающая, с одной стороны, отдельное, изолиро-
ное от мира существо, а с другой - объекты,
нее вещи, существующие <в-себе>. Пространство
1ду ними, пустое и бессодержательное, только
единяет их друг от друга. И субъект и объект
релятся изначально существующими и определен-
ии до и вне какой бы то ни было практической
-ви между ними, как самостоятельные натуральные
дности. Деятельность, которая практически свя-
Т субъект и объект, еще только предстоит: чтобы
даться, она должна получить санкцию в исходной
гуации разъединенности субъекта и объекта.
1:Этот познавательный образ составляет основание
1й классической психологии, является источником
фундаментальных онтологических постулатов (<не-
редственности> [148], <сообразности> [III; 112],
йкдества сознания и психики, самотождественности
1дивида) и методологических принципов.
1То, как понимается деятельность в рамках онто-
1гии <изолированного индивида>, непосредственно
1ределяется <постулатом сообразности> [III; 112],
1глаено которому всякая активность субъекта носит
1дивидуально-адаптивный характер. Если субъект
83
и объект (строго говоря, индивид и вещь) кладутся
в исходное онтологическое представление отдельно и
независимо друг от друга, то <сообразность> на вто-
ром шаге вводимой в эту сферу деятельности .может
мыслиться основанной на одном из двух противо-
положных механизмов.
Первая возможность, реализуемая в когнитиви-
стски ориентированных концепциях, в своем предель-
ном рационалистическом выражений сводится к убеж-
дению, что в основе поступка лежит расчет. И даже
эмоциональная транскрипция этой идеи (в основе
действия лежит чувство) сохраняет главный когни-
тивистский тезис: деятельность санкционируется отра-
жением (рациональным или эмоциональным). Отра-
жение предшествует деятельности; субъект и объект
связываются сначала идеально проделываемыми
субъектом ориентировочными процедурами, которые
выявляют значение объекта, и только затем осу-
ществляется деятельность, практически связывающая
их. В качестве образца описания всех и всяких пове-
денческих процессов при этом осознанно или безот-
четно используется целенаправленная, произвольная
и сознательная деятельность взрослого человека.
Вторая возможность, характерная для рефлексо-
логии и бихевиоризма, наиболее отчетливо воплоще-
на в радикальном бихевиоризме Б. Ф.-Скиннера.
<Сообразность> поведения объясняется здесь сле-
дующим образом. Предполагается существование у
субъекта предданных его индивидуальному опыту
форм реагирования, которые полностью оформились
до и независимо от всякого деятельного соприкосно-
вения со средой, не изменяются в онтогенезе и в этом
уже готовом виде только <выбрасываются> организ-
мом в среду. <Сообразность> складывающегося из
этих двигательных <выбросов> поведения объясняется
не тем, что индивид, раз достигнув в данной ситуа-
ции успеха с помощью определенной реакции, дейст-
вует в подобной ситуации таким же образом, <пред-
восхищая> получение того же результата. Реакция
всегда остается слепой и случайной пробой, нет
никаких оснований приписывать ей внутреннюю целе-
устремленность и опосредованность психическим от-
ражением предметных связей ситуации. Механизм
индивидуального приспособления должен мыслиться
М
аналогии с приспособлением видовым 12431: реак-
подобно мутациям случайно оказываются полез-
ен или вредными для организма, в силу чего из-
ется вероятность их возникновения, и поведение
Обретает кажущийся целесообразным характер,-
Целе оставаясь набором слепых проб, изнутри не
осветленных> отражением. Любой субъект здесь
РЯИТСЯ по образцу животного, причем находящего-
Цй достаточно низком эволюционном уровней
акая же онтология противостоит гносеологиче-
1 схеме <субъект - объект>, онтологизированной
чассической психологии? Это онтология <жизнен-
) мира>
ролько в рамках этой онтологии можно осмыс-
1? содержание и действительное место в обще-
1хологической теории деятельности А. Н. Леонтье-
lforo представления о мотивации, о котором выше
II речь.
1Как сама деятельность есть единица жизни, так
1овной конституирующий ее момент-предмет дея-
1ьности - есть не что иное, как единица мира.
1десь нужно очень настойчиво подчеркнуть зна-
1ие фундаментального различения предмета и ве-
которое проводит А. Н. Леонтьев. Мы должны
1аничить понятие предмета, пишет он. <Обычно
понятие употребляется в двояком значении -
с вещь, стоящая в каком-либо отношении к другим
цам.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37

загрузка...