ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


— Понимаю. Я дрался с кланами и знаю, на что они способны. Я тоже мог бы что-нибудь предпринять, чтобы не дать разразиться войне на Боргезе.
Креншоу расслабился: Морган был на его стороне. Старик улыбнулся и похлопал собеседника по колену.
— Как и ваш отец, вы любите свою родину. («Какое вранье! — тем временем думал он. — Деньги и власть — вот что интересует этого парня на самом деле».)
Он откинулся на спинку кресла и жестом пригласил Моргана налить себе новую порцию бренди. Пока тот занимался этим приятным делом. Креншоу говорил:
— Я думаю, что мы сможем предотвратить войну, несмотря на то что этот дурак Кук успел натворить многое. Могу ли я рассчитывать на вашу помощь?
Он уже знал ответ, но ему хотелось заставить Моргана высказать свою позицию. Креншоу спрятал улыбку. Морган вернулся на свое место со стаканом, наполненным до краев.
— Совет контролирует милицию. Если возникнет угроза войны, Совет сможет удержать в узде любую горячую голову, которая захочет открыть огонь. Так как я контролирую Совет — или буду его контролировать после завтрашних назначений, — мне удастся удержать милицию от любых неконструктивных действий. Но...
— Но есть еще и наемники, — вставил Саландер. Креншоу прикусил губу: старик терпеть не мог, когда его перебивали. Он улыбнулся сквозь сжатые зубы и продолжал:
— Но наемников я не контролирую. Я несколько раз пытался поговорить с Роузом, но он отказывался встречаться со мной вне заседаний Совета. Если кланы совершат нападение до конца срока его контракта, он, без сомнения, попытается дать им отпор.
Он подождал, пока его слова дойдут до собеседника.
— «Черные шипы» будут вынуждены драться, и неизвестно, чем это все закончится, — выпалил Морган.
Креншоу кивнул.
— Мы должны остановить Роуза.
Морган поставил наполовину пустой стакан на стол и заговорил, но на середине фразы оборвал себя, да так резко, что забыл закрыть рот.
— Так вот зачем я вам понадобился? Я единственный, кто способен его остановить.
Креншоу обдумывал свой ответ. Заявление Моргана почти соответствовало действительности. Почти. Он посмотрел на молодого воина и решил вести себя несколько осмотрительнее, чем собирался вначале.
— Я не хочу, чтобы вам пришлось останавливать Роуза. Надеюсь, до этого не дойдет. Просто «Смотрители» нуждаются в военной поддержке. Вы когда-то очень красноречиво высказали свою точку зрения насчет того, как следует поступать при появлении кланов. Хоть я и не до конца был согласен с вами, но мне нравилась ваша убежденность. Однако подумайте, какую цену придется заплатить за это сопротивление. Разрушения, которые вы видели, сражаясь за Федеративное Содружество, были огромны. Неужели вы хотите, чтобы то же самое произошло с вашей родиной? Сможете ли вы спокойно жить дальше, зная, что эту разруху и смерть можно было предотвратить?
Креншоу наклонился и вонзил в Моргана пристальный взгляд. Прошло некоторое время, прежде чем тот отрицательно покачал головой.
— Конечно, нет, — продолжил Креншоу. — Я знаю, сынок, как много значит для вас родной дом. Все, что вам следует сделать, — это поддержать политику лояльности кланам, которую я собираюсь предложить членам Совета на следующей неделе. Если вы будете первым гражданином, который объявит о своей поддержке моего плана, массы последуют за вами. Вы станете народным героем.
Морган спрятал лицо в ладони. Видя, что Саландер заглотнул наживку, Креншоу решил, что пора подсекать:
— Таким же героем, как и ваш отец. Морган неожиданно поднял голову. Креншоу знал, что Саландер пытается найти следы лукавства на его лице, но ему не составляло труда одурачить подвыпившего молодого человека. Лицо Моргана казалось бесстрастным, но его глаза сказали Креншоу о многом.
— А как насчет роботов, принадлежащих наемникам?
Морган пытался скрыть интонации алчной заинтересованности, проскользнувшие в его голосе, но ему это не удалось.
— Кто-то ведь должен будет заниматься...
— Я думаю, что на планете в этом отношении нет никого квалифицированнее вас. Машины мало интересуют меня и других членов моей группировки. Можете считать их своими.
Креншоу мог бы поклясться, что видит, как С-банкноты заплясали в глазах Саландера. Старик встал и протянул Моргану костлявую руку.
— Рад приветствовать вас на борту нашего корабля, гауптман Морган. Уверен, что вы будете самым полезным членом нашей команды.
Морган посмотрел на протянутую ему руку и медленно встал, чтобы пожать ее.
— А теперь, с вашего разрешения, нам пора расставаться. Для такого старца, как я, это слишком поздний час. Мой шофер отвезет вас в ваше поместье. Вы сможете поспать по дороге.
Креншоу вызвал дворецкого, тот разбудил шофера, и вскоре лимузин стоял у входной двери. Советник попрощался с посетителем и смотрел ему вслед, пока машина не скрылась из виду. Затем он вернулся в свой кабинет, где в кресле Моргана уже сидел другой человек.
— Вы все слышали? — спросил он, плюхнувшись в свое кресло.
— Да, я слышал.
Креншоу пристально посмотрел на человека, на лице которого была написана крайняя скука; сидящий сложил ладони домиком, уперевшись указательными пальцами в подбородок, и размышлял.
— Мы можем выступить сегодняшней ночью. Креншоу покачал головой:
— Слишком рано. Если у вас что-нибудь сорвется, это может повлиять на результаты голосования в Совете. Подождем до завтрашнего вечера. К тому времени я уже буду контролировать Совет, и вы сможете беспрепятственно делать свое дело.
Человек постучал пальцами по подбородку. Креншоу заметил, что собеседнику не понравилось его предложение, но что в конце концов он вынужден был согласиться.
— Молодой Морган повел себя так, как вы предсказывали.
Креншоу с искренним удовольствием рассмеялся — впервые за целый вечер.
— Спасибо за комплимент, но предсказать это было нетрудно. Когда вы выяснили правду о его послужном списке, мне оставалось лишь подытожить факты. Жадность и ненадежность — какое жалкое сочетание душевных качеств.
— Мы должны быть уверены, что никто, кроме нас, не узнает о прошлом Моргана. Как только на Боргезе услышат, что он был уволен со службы за махинации на черном рынке, доверие к нему упадет до нуля.
— Поверьте мне, — ответил Креншоу, протирая глаза, — никто не понимает этого лучше, чем я. К счастью, правду знаем лишь вы, да я, да еще Отдел записей на Таркаде. Но они, похоже, не отдают информацию добровольно.
— Да, тут мы находимся в безопасности. Кроме того, поддерживать доверие к Моргану нам необходимо всего лишь несколько месяцев. А потом — кого будет волновать, что с ним случилось?
Поглядев друг на друга, собеседники одновременно усмехнулись. Потом немного посидели молча, и Креншоу встал.
— Я иду спать, — объявил он, зевая. Гость его не пошевелился, а Креншоу направился к двери.
— Кстати, Хоффбрауз, захлопните за собой дверь.
XXV
Хьюстон, Боргезе 13 июня 3055 года
Как и предсказывал Зинос Кук, новые члены были проведены в Совет Креншоу и его кликой, хотя вакансии эти могли быть заполнены лишь путем всенародного голосования. Однако Совет имел право совершать временные назначения. Для их утверждения требовалось простое большинство.
Первый из кандидатов, казалось, твердо стоит на нейтральных позициях. Хоть Кэлвин Вашингтон славился не столько политическими идеями, сколько разгульными вечеринками, Кук решил, что этот человек будет подходящим членом Совета. В своей речи Вашингтон обещал много работать, прислушиваться к гласу народа и тщательно взвешивать каждое принимаемое решение. Его провели единогласно.
Второй кандидат приехал на собрание вместе с Креншоу. Во время своей речи он прямо объявил себя членом движения «Смотрителей». Не обращая внимания на горячие возражения со стороны Кука, Совет провел Эрмандо Рашмална голосованием при счете три к двум голосам. Когда Вашингтон даже раньше Креншоу поднял руку «за», Кук понял, что его надули. Де Вилбс воздержалась от голосования, что в принципе разрешалось, но выглядело довольно необычно. Избирателям хотелось, чтобы их представители участвовали в голосовании, а не просто наблюдали за происходящим.
Заседание Совета закончилось ближе к вечеру, но не очень поздно, чтобы дать возможность новым членам Совета ознакомиться с положением текущих событий. Кук не сомневался в том, что оба новых члена прекрасно обо всем осведомлены, но ничего не мог сделать. Несмотря на то что он оставался председателем, Совет решал львиную долю вопросов простым большинством. Иногда, пользуясь своим положением, Кук мог склонить Совет к тем решениям, которые были выгодны его партии. Но под постоянным нажимом Креншоу даже это ему удавалось все реже.
Пока члены Совета выходили из украшенного куполом зала заседаний, Кук посмотрел на Крен-шоу своим знаменитым взглядом: «хотел бы я видеть тебя в гробу», но старик только усмехнулся. Он попытался тем же способом воздействовать на Вашингтона, но достиг такого же результата. Кук решил, что Вашингтон глуп и ничего не понимает в политике. О Креншоу же явно нельзя было сказать ни того, ни другого.
Роуз узнал обо всем происшедшем, когда готовился к прощальному ужину в честь Макклауд. Остальные наемники понимали, как тяжело он воспринимает отъезд Речел, но никто, даже его сестра, не знал, что ему сказать. В конце концов они решили оставить командира в покое, веря, что он справится со своими проблемами, а если не справится, то ничто не помешает ему попросить поддержки.
Речел Макклауд прибыла ровно в семь. По неизвестной причине Антиох Белл настоял на том, чтобы самому привезти ее в военный городок. В последнее время пикетчики были гораздо более агрессивно настроены, но Белл смог проехать сквозь их кордон без затруднений. Роузу было известно, что ужин приготовлен роскошный. Их повар из местных был превосходным кулинаром. Роуз витал в облаках, глядя на Макклауд, слушая разговоры, но не присоединяясь к ним. Уже подали яблоки в тесте, когда раздался звонок.
Рианна встала, чтобы ответить, однако Роуз опередил ее. Он пересек маленькую комнату и схватил трубку. Джереми хотел назвать себя, но звонивший начал говорить первым. С лица Роуза медленно сбежала краска.
Первым вскочил Аякс. Он направился к двери прежде, чем Роуз положил трубку. Джереми поспешил за ним, произнеся на ходу:
— «Шипы», у нас неприятности на космодроме. Вся команда бросилась к двери, Аякс уже бежал к своему роботу. Наемники жили в состоянии повышенной боеготовности, поэтому на каждом был надет боевой костюм. Речел осталась сидеть за столом. Лицо ее было спокойно.
— Что происходит, Джереми?
Остальные бойцы уже вышли за дверь: одни бежали к своим роботам, другие — в казармы. Хог, последний из уходивших, одной рукой прикрывал за собой дверь, а другой схватил печеное яблоко. Роуз глубоко вобрал воздух и громко выдохнул.
— Террористы атакуют космодром. Похоже, их цель — «Бристоль». Экипаж пытается сдержать их, но дела плохи.
Роуз, конечно, ожидал вспышки гнева, но едва успел пригнуться, когда она швырнула в него тяжелый стакан.
— Сукин сын! Ты обещал защищать их! Не дожидаясь ответа, она быстро обогнула стол. Роуз принял защитную позу, готовясь отразить атаку, но атаки не последовало. Когда Макклауд пробегала мимо входной двери, та неожиданно резко распахнулась. На бегу Макклауд со всего размаха стукнулась о нее, воздух вылетел из ее легких, а голова ударилась о тяжелое дерево.
Хог, все еще опиравшийся плечом о дверь, посмотрел на Роуза и попытался улыбнуться.
— Похоже, это единственное, что я мог сделать. Великан выглянул из-за двери, и Роуз перешагнул через упавшую Речел, которая судорожно глотала воздух. Ее левый глаз начал заплывать. Выглядела она неважно, но через несколько минут должна была встать.
— Сэр, пора уходить. Если, конечно, вы не думаете, что она снова столкнется с дверью.
Роуз посмотрел на Хога, потом перевел взгляд на Макклауд. В нерешительности он обратился к повару:
— Поставь здесь пару охранников. Сделай так, чтобы она оставалась здесь, пока мы не вернемся.
Макклауд пыталась встать, ее здоровый глаз был направлен на Роуза.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44

загрузка...