ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Немногие посетители, оставшиеся поблизости, тотчас испарились.
Враг с ревом занес свое оружие над Роузом, желая пригвоздить его к полу одним ударом. Однако на его пути уже никого не было.
Оказавшись под вращающимся стулом, Джереми схватил драчуна левой рукой за запястье в тот момент, когда стул еще опускался, одновременно направив удар правой в живот Горца. Поворачиваясь влево, Роуз продолжал движение, начатое ударом, и описал полукруг, слегка наклонившись для задуманного приема. Инерция собственного удара увлекла Горца вперед, но резкий хук в корпус нарушил его равновесие. Он упал на спину Роуза, а тот быстро перебросил его через плечо, дернув за запястье.
Горец с грохотом рухнул на пол, падение выбило последний воздух из его легких. Заканчивая движение, Роуз наступил ему на ребра под мышкой и дернул его руку вверх. С глухим звуком сустав выскочил из плеча" пальцы сразу же стали безвольными, точно у мертвеца. Роуз бросил своего противника и посмотрел на Макклауд.
Первый нападавший уже потерял интерес к борьбе, но Речел по-прежнему сжимала его палец. Между тем третий Горец думал о защите. В тот момент, когда Роуз взглянул на Речел, тот ударил ее бутылкой по голове — чуть ниже уха. Стекло посыпалось на шею Макклауд, и женщина упала на одно колено. Горец со сломанным пальцем наконец освободился, а его друг продолжал нападение. Свободной рукой он схватил Макклауд за волосы, запрокинув ей голову назад. Роуз взглядом поискал, чем бы запустить в нападавшего, но под рукою ничего не оказалось. В отчаянии он пронзительно закричал.
Это не было криком испуганного или рассерженного человека — нет, присутствующим показалось, будто в комнату ворвался дух кровной мести. На мгновение все находящиеся в баре оцепенели.
Роуз использовал этот момент, чтобы перемахнуть через стол, отделявший его от Макклауд и ее обидчика. Он приземлился на руки, кувырнулся через голову и вскочил на ноги. Противник Речел пришел в себя и снова замахнулся разбитой бутылкой. Когда его рука начала опускаться, Роуз бросился вперед. Руки врагов встретились в сантиметре от лица Макклауд. Роуз парировал удар бутылки, но осколки разрезали рубашку Речел и оставили три тонкие кровавые черты на ее плече.
Нападавший толкнул Макклауд на пол и в ярости схлестнулся с Роузом. Горец знал, что Роуз превосходит его по всем статьям, но это его уже не волновало. Он снова и снова набрасывался на Роуза, и хотя его движения были плохо выверены, он защищался умело и даже начал переходить к нападению. Постоянно передвигаясь и размахивая разбитой бутылкой, он держался до тех пор, пока не подключилась Макклауд.
Непрерывные метания Горца привели его к стойке, где, поджав ноги, сидела Речел. Сконцентрировав все внимание на Роузе, он не успел заметить Макклауд, и это стоило ему сломанной лодыжки. Он упал на пол, очутившись лицом к лицу с Макклауд, на его грубой физиономии застыло удивленное выражение. Макклауд ударила его еще несколько раз и поднялась, поняв, что он уже не проявляет к драке ни малейшего интереса.
Роуз тронул ее за здоровое плечо:
— С тобой все в порядке?
Макклауд уставились на него как на сумасшедшего, а потом заметила, куда направлен его взгляд. Ее рука была в крови. Она посмотрела на лежащего Горца и вопросительно вскинула голову. Роуз молча кивнул.
Тогда Макклауд резко ударила поверженного врага в живот. Тот захрипел, и его недавняя трапеза, состоявшая главным образом из напитков, изверглась на пол. Макклауд приготовилась приложиться еще раз, но Роуз ее остановил.
— Нам лучше уйти, — сказал он. Макклауд удивленно взглянула на него:
— Как — уйти?..
— Ты должна слушаться мужчину, женщина. Роуз и его спутница повернулись к последнему из нападавших. Он стоял у противоположной стены; одна его рука прикрывала грудь, а другая сжимала ружье. Немногие посетители бара — те, которые не успели сбежать в ресторан, — застыли на месте. По-видимому, никто из них не был вооружен, но чувствовалось, что способ прекращения разборки, выбранный Горцем, кажется им весьма уместным.
Макклауд посмотрела в глаза последнему противнику.
— Сначала ты сам завариваешь эту кашу, а потом, когда мы утерли вам носы, начинаешь размахивать оружием?
Тот ничего не ответил ей, но глаза его говорили о многом.
— Вот это и называется честью Горца, о которой ты мне столько рассказывал, Роуз?
Пятясь к выходу и стараясь не делать резких движений, Роуз увлек ее на улицу.
Холодный воздух освежил их разгоряченные тела. Джереми взял Речел за руку и со всей возможной скоростью повел ее прочь. Несмотря на ранний час, улицы были пусты.
— Знаешь, Роуз, я думаю, что сегодня ты спас мне жизнь.
— Что за чушь! Из-за меня ты чуть не лишилась глаза. Я уж молчу обо всем остальном...
Он заметил такси и яростно замахал рукой в его сторону. Содержание адреналина в крови Речел резко упало, и она тяжело повисла на своем спутнике.
— Нет. Ты спас мне жизнь. Я у тебя в долгу.
Подъехала машина.
— Кстати, где ты научился всем этим штучкам? — прошептала Макклауд.
— Я несколько лет провел на Люсьене. Впрочем, главному я выучился на Нортвинде, у мамы.
Почти теряя сознание, Макклауд осела в его руках.
— А крик, — спросила она слабым голосом, — где ты научился ему?
Роуз взглянул на нее, удивляясь, что она все еще может говорить. Водитель такси вышел, чтобы открыть дверцу. Судя по его лицу, он был весьма обеспокоен.
— Это крик духа, если ты веришь в подобную чушь. Мой сэнсэй говорил мне: если возникнет крайняя необходимость, можно освободить часть своего духа и ошеломить соперника. Я впервые использовал его знания только сейчас, во время драки.
Кровь капала сквозь пальцы Роуза на тротуар, в то время как водитель открывал дверцу и пытался помочь ему усадить наконец потерявшую сознание Речел. Шофер захлопнул за ним дверь и поспешил на свое сиденье.
Роуз посмотрел на Макклауд и крепко обнял ее.
— Я и сам в первый раз услышал нечто подобное, — сказал он, обращаясь к бесчувственному телу.
IV
Тара, Нортвинд 25 апреля 305-4 года
Следующие сутки Роуз провел в больнице рядом с Макклауд. От удара разбитой бутылкой пострадали кожа и мышцы на ее плече, но в целом рана не представляла серьезной угрозы. Однако наложить швы врачи не смогли, а потому Макклауд была вынуждена воздерживаться от движений рукой до тех пор, пока рана не затянется сама.
Роуз проводил у ее кровати все приемные часы, а ночевал в холле. Однако через сутки после поступления Речел в больницу он ей надоел, и она весьма недвусмысленно попросила его уйти. Дежурные медсестры обрадовались его уходу. Никогда прежде им не доводилось слышать столь яростной критики: Роузу казалось, что они попросту бездельничают.
Выйдя из больницы, Джереми несколько часов бродил по городу, ощущая муть в голове и в желудке. Он позавтракал в первом попавшемся ресторанчике неподалеку от Форта, но это не разогнало его тоски. Машинально ковыряя вилкой в тарелке, он наконец-то решился пойти домой.
«Настроение и так хуже некуда, — думал он. — Почему бы не испортить его еще больше?»
Через пару часов Роуз стоял на улице перед своим бывшим домом. Проезд на такси обошелся ему в небольшое состояние, но он не захотел ехать в Квартал Воинов по монорельсовой дороге.
Джереми удивляло местонахождение отцовского дома. Корнелиус Роуз числился одним из лучших техников среди Горцев, однако дом, которым он владел сейчас, достался ему в наследство от жены. Мари Роуз умерла, когда Джереми был ребенком, но он помнил, каким превосходным воином и прирожденным лидером она была.
Он попытался вспомнить лицо матери, но, как всегда, смог лишь представить ее стоящей перед своим «Громобоем» в охладительном жилете, шортах и нейрошлеме. Водитель и его робот гармонировали друг с другом.
Роуз рассматривал дом, который его мать решила приобрести, хоть сама никогда не жила в нем. Мари Роуз, как и многие другие, погибла, сражаясь в злополучной войне 3039 года. Да, она была воином, однако Роуз так и не смог примириться с ее гибелью. Любой ребенок страдает, почувствовав себя сиротой, но Джереми эта потеря выбила из колеи на много лет. Роуз был убежден, что Хэнс Дэвион из Федеративного Содружества и другие, подобные ему, убили его мать своей жадностью и манией величия. Воевать с захватчиками вроде кланов — это одно, а идти на войну за право обладания несколькими полунищими планетками — совершенно другое.
Глубокие антидэвионские настроения, которыми он был проникнут, вызвали гнев отца. С точки зрения Корнелиуса Роуза, Дэвион не мог поступать неправильно. Но Джереми не считал, что Дэвион ста. святым только потому, что позволил Горцам вернуться на Нортвинд, особенно если вспомнить, что правители именно этого Дома выгнали их когда-то с планеты. Джереми никогда бы не смог простить Хэнсу Дэвиону гибели матери, но недавняя его смерть несколько смягчила отношение Роуза к Федеративному Содружеству. Кроме того, он считал, что потеря матери и разлад в отношениях с отцом толкнули его в Ком-Стар, а это было не так уж плохо, несмотря на недавний поворот событий. Возможно, служба в рядах Ком-Гвардии — не слишком почетное ремесло, но он ценил годы, проведенные там.
Как всегда, дом произвел на него странное впечатление. Джереми прожил здесь одиннадцать лет, но никогда не считал его родным. Этот дом принадлежал только матери, так же как и «Громобой».
"Интересно, что случилось с «Гобоем»? — подумал он, подходя к крыльцу.
Когда его брат Дэнни был маленьким, он плохо выговаривал букву "р" и не мог называть их боевого робота настоящим именем. Поэтому мальчик стал звать его просто «Гобой». Прошло несколько лет, Дэнни подрос и уже мог правильно произнести любое слово, а Мари по-прежнему называла своего любимого робота «Гобоем». Теперь Дэнни уже нет в живых, и отец вполне мог продать робота армии Горцев.
— Эй, ты!
Окрик, донесшийся с крыльца, оторвал Роуза от воспоминаний. Он не мог сказать точно, сколько времени простоял посреди улицы, но его присутствие обратило на себя чье-то внимание.
— Что это ты остановился посреди дороги и разглядываешь мой дом?
Женщина или девушка на крыльце была не на шутку рассержена. Она уверенно стояла перед дверями, уперев руки в бока. Роуз предположил, что ей не больше восемнадцати лет. Ее плотно облегающая одежда обрисовывала атлетически сложенную фигуру, стройную, с длинными руками и ногами и широкими, мускулистыми плечами. Роуз подумал было, что она пловчиха, но длинные темные волосы девушки опровергали это предположение.
— Извините, — Джереми ступил на тротуар перед домом, — я ищу Корнелиуса Роуза.
Раньше ему как-то не приходило в голову, что семья могла переехать; после смерти его матери и Дэнни старик с дочерью могли поселиться в квартале Техников. Вдруг его осенило:
— Рианна?
Ускоряя шаг, Роуз пошел к крыльцу. Недовольное выражение на лице девушки сменилось испугом. Однако, вместо того чтобы убежать, она встала в защитную стойку. Осознав, какое впечатление он производит, Роуз остановился у ступеней крыльца.
— Рианнон Роуз?
Девушка несколько успокоилась, выпрямилась, лицо ее выражало одновременно и тревогу, и любопытство.
— Рианна, — сказал он, опуская руки, — это я, Джереми.
Рианна посмотрела на него так, словно он говорил на незнакомом языке, но потом лицо ее прояснилось.
— Я знала, что ты вернешься! Я знала! Роуз оставался спокойным, обнимая сестру, которую не видел много лет. Несколько раз он пытался поставить ее на землю, но она не хотела его отпускать. Наконец ему пришлось донести сестру до крыльца и сесть на ступени, держа ее на коленях.
— Как в старые времена, да, Рия?
Она кивнула в ответ.
— Вчера я узнала, что ты вернулся на Нортвинд, но не имела понятия, где тебя искать... Я и не надеялась, что ты к нам придешь. — Она снова его обняла. — Пошли в дом и там поговорим. Соседи уже достаточно насмотрелись на нас.
— Старик дома?
— Нет, он, наверное, еще в мастерской. «Я пропустил день работы, — сказал он, — и теперь должен задержаться».
Рианна провела Роуза в дом. Стоя в гостиной, он удивлялся, как мало здесь все изменилось после его отъезда.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44

загрузка...