ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


— Итак, ты освободился?..
— Удар по голове обошелся не так дешево, как мне показалось сначала, — холодно сказал Эрик. — Я обежал магазин вдоль задней стены и добрался туда, где есть водопроводный кран. И там услышал, что кто-то выходит через черный ход. Когда пришел в себя, двинулся на звук и обнаружил тебя. — Эрик долго молчал, потом спросил, что произошло в магазине.
— Они спутали меня с другой женщиной, мы вошли в магазин вместе, но я ушла в дамскую комнату, — объяснила я. — Они вроде не были уверены, в магазине ли я, и продавец говорил им, что блондинка была всего одна и давно ушла. Я знала, что у него в машине есть дробовик, — прочитала его мысли, пошла и достала оружие, потом вывела их грузовик из строя и стала искать тебя, потому что сообразила, что с тобой что-то случилось.
— Значит, ты собиралась спасти меня и продавца, вместе?
— Ну, в общем, да. — У него был странный голос, но я не поняла, почему. — У меня особого выбора не было.
Рубцы на лице Эрика уже превратились в розовые линии.
Молчание все еще было напряженным. До дома нам оставалось всего сорок минут езды. Я решила — да черт с ним. Надо же выяснить все до конца.
— По-моему, тебя что-то огорчает. — Я говорила довольно резко. В моем самообладании как будто бы появились прорехи. Я знала, что повела разговор не в том направлении; знала , что надо довольствоваться молчанием, даже если оно напряженное и чревато неизвестно чем.
Эрик съехал на боковое шоссе, ведущее в Бон Темпс, и повернул на юг.
Иногда, вместо того, чтобы идти по пути менее изъезженному, мы предпочитаем уже протоптанную дорожку.
— А что плохого в том, что я хотела спасти вас обоих? — Мы уже проезжали через город Бон Темпс. Эрик свернул на восток, когда расстояния между домами на Главной улице постепенно стали все больше и, наконец, дома кончились. Мы проехали мимо еще открытого бара Мерлотта. Снова свернули на юг, на узкую дорогу. И вот мы уже едем по колдобинам моего подъездного пути.
Эрик наклонился и заглушил мотор.
— Да, — ответил он. — В этом есть что-то плохое. А какого черта ты не починишь свой подъездной путь?
И тут возникшее между нами напряжение наконец лопнуло. Я выскочила из машины за секунду по нью-йоркскому времени, и он тоже. Мы стояли напротив друг друга, между нами был «линкольн», из-за его крыши он видел меня только частично. Тогда я обошла машину и встала перед ним во весь рост.
— Потому что не могу себе этого позволить, вот почему! Денег у меня нет! И у вас всех хватает наглости отрывать меня от работы и заставлять заниматься вашими дурацкими делами! Но я не могу! Я больше не могу этого делать! — орала я. — Все, я отказываюсь!
Наступило долгое молчание, Эрик стоял и смотрел на меня. Моя грудь вздымалась под украденной курткой. Я чувствовала, что дело нечисто, что-то не то с моим домом, судя по его внешнему виду, но я была слишком зла и не могла проанализировать, что меня обеспокоило.
— Билл… — осторожно начал Эрик, и тут я взорвалась, как ракета.
— Он все свои деньги тратит на капризы семейства Бельфлер, — ядовито сказала я, и это была правда — ну, почти. — Никогда в голову ему не приходило дать денег мне. А разве я могла бы у него брать? Что, я содержанка? Я ему не шлюха, я его… Ну, раньше была его подругой.
Я глубоко, прерывисто вздохнула, с огорчением чувствуя, что сейчас заплачу. Лучше снова озвереть. И я попыталась. — Ты что, с дуба рухнул, когда сказал им, что я твоя… твоя любовница? С чего это вдруг?
— А куда делись деньги, которые ты заработала в Далласе? — этот вопрос Эрика меня совершенно ошарашил.
— Заплатила налог на имущество.
— И тебе в голову ни разу не стукнуло, что если бы ты рассказала мне, где Билл прячет свою компьютерную программу, я бы тебе дал все, о чем попросишь? Не поняла, что Рассел заплатил бы тебе очень прилично?
Я с шумом втянула воздух, я была так оскорблена, что просто не знала, с чего начать.
— Ага, вижу, ты об этом не подумала.
— Ну да, я просто ангел. — В сущности, мне эти соображения и впрямь не приходили в голову, и теперь я просто должна была оправдываться, почему меня не осенило. Меня трясло от ярости, и весь мой здравый смысл улетел невесть куда. Я ощущала, что кто-то засел в моем доме, и это обстоятельство бесило меня еще больше. Когда тебя заносит от гнева, рационально мыслить невозможно.
— Эрик, кто-то ждет в моем доме, — я развернулась и потопала к крыльцу, нашарила ключ там, где всегда его прятала — под любимой бабушкиной качалкой. Я проигнорировала все, что подсказывало мне чутье и Эрика, поднявшего крик за моей спиной — я открыла дверь в дом, и тут на меня как будто обрушилась тонна кирпичей.
Глава 14
— Вот и она, — послышался незнакомый голос. Меня рывком поставили на ноги, и я раскачивалась между удерживавшими меня с двух сторон мужчинами.
— А с вампиром что делать?
— Я дважды стрелял в него, но он смылся. В лес убежал.
— Это плохо. Давайте быстрее.
Я почувствовала, что в комнате много народу, и открыла глаза. Свет включили. Забрались в мой дом. В мой семейный очаг. Мне было тошно от этого больше, чем от удара в челюсть. Я некоторым образом допускала, что моими гостями могут оказаться Сэм, Арлена или Джейсон.
В гостиной было пять чужаков, если я достаточно отчетливо соображала и могла их сосчитать. Но не успела подумать ни о чем другом, как один из них — теперь я рассмотрела, что на нем был знакомый кожаный жилет, — нанес мне удар в живот.
Я задохнулась и не могла даже кричать.
Двое, удерживавшие меня, снова заставили меня выпрямиться.
— Где он?
— Кто? — В этот момент я на самом деле не могла вспомнить, местонахождение какой конкретно отсутствующей личности он желал бы знать. И, конечно, он снова ударил меня. Прошла ужасная минута, когда мне хотелось захлебнуться, но для этого не было даже воздуха. Я чувствовала удушье.
Наконец, я смогла сделать глубокий вдох, шумный, болезненный, но он был счастьем.
Допрашивавший меня вервольф, светлые волосы которого были тщательно сбриты с черепа, с омерзительной бороденкой, сильно ударил меня ладонью плашмя. Голова у меня затряслась, как машина на неисправных амортизаторах. — Сука, где вампир? — спросил вервольф и отвел кулак для удара.
Больше я не могла этого терпеть. Я решила ускорить дело. Я подтянула ноги кверху и, пока двое по бокам отчаянными усилиями удерживали мои руки, обеими ногами лягнула вервольфа, находившегося прямо передо мной. Если бы на мне были не тапочки, удар оказался бы более эффективным. Вот никогда нет на мне подходящей обуви, когда надо. Но Мерзкая Бороденка все же зашатался, отступил, а потом направился ко мне, и в его глазах я увидела свою смерть.
К тому моменту мои ноги в амплитуде колебания оказались над полом, но я не прекратила движения, они качнулись назад, и двое, державшие меня за руки, совсем потеряли равновесие. Они зашатались, стараясь удержаться, но тщетно перебирали ногами. Мы все оказались на полу, и вервольф с нами вместе.
Лучше и быть не могло, но главное — это хоть какая отсрочка в ожидании, пока тебя ударят.
Я приземлилась лицом вниз, поскольку мои руки и ноги мне не принадлежали. Один парень, падая, выпустил меня, и когда подо мной оказалась моя рука, я воспользовалась ею как рычагом и вырвалась от второго.
Я уже была почти на ногах, но вервольф (они ведь пошустрее, чем люди) сумел схватить меня за волосы. Намотав их себе на руку, чтобы лучше держать, он залепил мне кулаком в лицо. Другие наемники столпились поближе — или чтобы помочь подняться тем, двоим, с пола, или чтобы посмотреть, как меня бьют.
Для настоящей драки достаточно нескольких минут, потому что люди быстро устают. День был очень длинный, и должна признать, что я была готова сдаться ввиду их ошеломляющего преимущества. Но у меня есть немного гордости, и я налетела на ближайшего, пузатую человеческую свинью с жирными темными волосами. Я впилась пальцами ему в лицо, стараясь нанести хоть какой-нибудь вред, пока могла.
Вервольф коленями уперся мне в живот, и я вскрикнула, а свинья-человек заорал, чтобы другие оторвали меня от него, и тут с треском распахнулась входная дверь и влетел Эрик с окровавленными грудью и правой ногой. И сразу за ним — Билл.
Они были вне себя.
И я своими глазами увидела, на что способен вампир.
Через секунду я поняла, что моя помощь не требуется. Я решила, что Богине Истинно Крутых Девиц придется извинить меня, и закрыла глаза.
Через две минуты в моей гостиной не осталось ни одного живого человека.
— Сьюки? Сьюки? — хрипло звал Эрик. — Может, ее в больницу надо? — спросил он у Билла.
Я почувствовала холодные пальцы на своем запястье, на шее. Я старалась объяснить, что на этот раз я в сознании, но говорить было трудно. Мне и на полу вроде было неплохо.
— Пульс хороший, — доложил Билл. — Сейчас я ее переверну.
— Жива?
— Да.
Голос Эрика вдруг зазвучал совсем близко:
— Это на ней ее кровь?
— Частично да.
Он вздохнул глубоко, прерывисто:
— У нее кровь не такая.
— Да, — холодно ответил Билл. — Но ты, конечно, уже насытился.
— Да, давненько я не получал настоящей крови в таком количестве, — заявил Эрик. Именно таким тоном сказал бы мой брат Джейсон, что сто лет не пробовал пирога с черной смородиной.
Билл подсунул под меня руки:
— Согласен. Надо всех их вытащить во двор и привести в порядок дом Сьюки, — мимоходом бросил он, .
— Конечно.
Билл перевернул меня, а я начала плакать. Мне было не остановиться. Хоть я и хотела быть сильной, но сейчас могла думать только о своем теле. Если вас когда-нибудь били по-настоящему, вы меня понимаете. Когда тебя избили, ты понимаешь, что ты — просто оболочка из кожи, легко проницаемая оболочка, удерживающая в себе много жидкости и какие-то твердые части, которые тоже могут быть переломаны. Несколько недель назад, в Далласе, я думала, что меня сильно побили, но то, что было тут, — это хуже. Я знаю, что слово «хуже» здесь не подходит; сейчас у меня сильно повреждены мягкие ткани. В Далласе мне раздробили ключицу и вывихнули колено. Я подумала, что колено и сейчас могло пострадать, и еще — может, одним из ударов снова сломали ключицу. Я открыла глаза, поморгала и снова открыла. Через несколько секунд зрение прояснилось.
— Говорить-то можешь? — после долгого-долгого молчания спросил Эрик.
Я попробовала, но рот у меня пересох, ни звука не получалось произнести.
— Ей выпить надо, — Билл пошел в кухню, но не прямым путем, ему приходилось обходить много препятствий.
Эрик убрал волосы с моего лица. В него стреляли, вспомнила я, и хотела спросить, как он себя чувствует, но не могла. Он сидел рядом со мной, прислонившись к подушкам кушетки. Лицо его было в крови, и я никогда не видела его таким румяным, видно было, что он просто пышет здоровьем. Когда Билл вернулся с водой для меня — он даже соломинку раздобыл, — я внимательно посмотрела на него. Билл выглядел — как только что с курорта.
Он бережно поднял меня, вставил соломинку в мои разбитые губы. Я выпила: в жизни своей я не пила ничего вкуснее.
— Вы всех их убили, — поскрипела я.
Эрик кивнул.
Я вспомнила круг свинских морд вокруг себя. Вспомнила вервольфа, который бил меня по лицу.
— Отлично, — сказала я. Эрик немного развеселился. Билл никак не отреагировал.
— Сколько их было?
Эрик нерешительно огляделся по сторонам, а Билл молча указывал пальцем, пока они подсчитывали итог.
— Семь? — с сомнением подвел итог Билл. — Двое во дворе и пятеро в доме?
— Мне казалось — восемь, — пробормотал Эрик.
— Чего это они накинулись на тебя?
— Из-за Джерри Фалькона.
— О! — в голосе Билла прозвучала новая нотка. — О да. Я с ним встречался. В комнате пыток. Он первый в моем списке.
— Ну, так можешь его вычеркнуть, — утешил его Эрик. — Олси и Сьюки вчера пристроили его тело в лесу.
— Этот Олси его убил? — Билл смотрел на меня сверху вниз, что-то обдумывая. — Или Сьюки?
— Они отнекиваются. Они обнаружили труп в чулане, в квартире Олси, и состряпали план — как спрятать эти останки. — По голосу Эрика можно было сделать вывод, что он вроде как считает нас молодцами.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36

загрузка...