ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Джози не сомневалась, что французские женщины славятся своим скандальным поведением и обожают драматические сцены. Что, если теперь Сильви явится к Мейну и снова предложит свою руку?..
Перед лицом этого предположения никакой ум и никакое острословие не имели значения. Она могла рассмешить Мейна, могла заставить его задыхаться в постели, но была не в силах восполнить сладость любви, которую он питал к Сильви.
Джози поднялась, но оказалось, что ноги ее не держат, и она уцепилась за портьеру, чтобы не упасть. Наконец выпрямившись, она почувствовала себя раздавленной и обездоленной, как старая нищенка. Боже, как могла она быть настолько глупой!
Как только Джози вышла из комнаты, Кокберн сообщил ей, что граф желает через час отправиться в Лондон.
Письмо! Должно быть, Сильви позвала его.
Джози прошла в спальню и попросила горничную помочь ей надеть дорожный костюм. Кровь гудела у нее в ушах, но она даже не замечала этого.
Неожиданно взгляд ее остановился на маленькой книжке в алом переплете, в которую она тщательно записывала сложные и пленительные уловки героинь своих любимых романов. Впрочем, теперь у нее имелся муж, а ни в одной из этих книжек не говорилось, как заставить кого-то влюбиться или, что еще важнее, разлюбить. Для этого пригодился бы разве что волшебный напиток, о котором писал Шекспир в пьесе «Сон в летнюю ночь».
Как мог Мейн до сих пор любить Сильви? Конечно, она прелесть, но ведь и ее тело он находит прелестным, подумала Джози. К тому же Сильви не любит лошадей...
Впрочем, и Мейна она по-настоящему не любила.
Джози так сильно сжала записную книжку, что на кожаном переплете остались отметины от ногтей.
В дверь постучали.
– Его сиятельство готовы отбыть в Лондон, – объявила горничная.
Джози с трудом поднялась. Аннабел, вероятно, уже на пути в Шотландию, а Имоджин проводит с Рейфом свой медовый месяц, но Тесс ей поможет.
Когда Джози выходила из дому, Мейн не спеша подошел к ней.
– Я получил весточку от Сильви, – сказал он улыбаясь, будто это не имело никакого значения. – Она отбывает в пять часов на «Эксельсиоре», и я подумал, что нам следует ее проводить.
Джози чуть не задохнулась от негодования.
– Может быть, ты попрощаешься с нами обеими? Я хочу, чтобы ты отвез меня в дом Тесс. У меня ужасная головная боль...
– Сочувствую. – Мейн открыл дверцу экипажа.
Забравшись внутрь, Джози свернулась клубочком на сиденье и закрыла глаза. За два часа езды до Лондона ей предстояло решить, что теперь делать.
Глава 44
Упав к ее ногам, я сказал:
– Моя душа погибает без вас. Если вы отвергнете меня, я брошусь в ледяные воды Темзы и умру, вспоминая вас. Для меня вы олицетворяете чистоту облака, прозрачность льда и белизну снега. Будьте моей женой!
Из мемуаров графа Хеллгейта
– Не спорь со мной: я знаю, план сложный, но это единственное, что я сумела придумать.
– Сложный? – Тесс нервно засмеялась. – Да он просто совершенно безумный!
– Нет, не безумный, и он отлично разработан, – упрямо твердила Джози.
– Должно быть, ты шутишь!
Глаза Джози сузились.
– Если ты не хочешь мне помочь, я найду тех, кто согласится.
Тесс покачала головой:
– Ты не можешь усыпить Мейна.
Джози пожала плечами:
– Насколько мне известно, это самое мягкое снотворное на свете: мы даем его лошадям, чтобы их успокоить, а Питеркин давал его мальчикам-грумам каждый раз, когда приходилось рвать им зубы. Я сделаю так, что он станет более податливым, и только.
– Не забывай, ты говоришь о своем муже, – возмущенно сказала Тесс. – Как вообще ты могла такое придумать?
– Это абсолютно необходимо, – упрямо заявила Джози. – Мейн воображает, будто влюблен в Сильви, а меня это, разумеется, не устраивает.
– Послушай, со временем он поймет...
– Нет, не поймет. Я тоже так думала, пока не увидела, как он целует ее письмо. Как я могу жить с ним, зная, что он любит другую?
– Но я не верю, что он любит Сильви, – сказала Тесс серьезно.
– Я тоже не верю.
– Но тогда что же?
– Сильви отплывает в Бельгию. Когда Мейн окажется на корабле вместе с ней, то поймет, что не любит ее. Он, конечно, не выбросит ее за борт...
– Надеюсь, что не выбросит!
– Но перестанет целовать ее письма и думать о ней.
– Откуда тебе известно, что он думает?
– А что ты бы почувствовала, если бы Лусиус думал о другой женщине?
Тесс нахмурилась:
– Пожалуй, это стало бы отравлять нам жизнь, но у тебя ничего такого не происходит – просто ты слишком все драматизируешь. Боюсь, ты начиталась романов, иначе тебе никогда в жизни не пришел бы в голову этот безумный план.
– Спланированное действие – лучший способ решить проблему.
– Это верно, – неохотно согласилась Тесс, – но я не вижу в этом плане смысла. Усыпить Мейна – надо же до такого додуматься!
– На самом деле все очень просто. Я дам Мейну выпить надежное средство, а потом отправлю на пристань.
– Ты его отправишь? Как посылку?
Джози на минуту задумалась.
– Ну, я скажу лакеям, что мой муж хочет отплыть на «Эксельсиоре». Так называется корабль Сильви.
– Не понимаю, для чего его усыплять.
– Иначе он не сядет на корабль. Поверь, твоя помощь мне тут не понадобится, можешь не беспокоиться.
– Позволь напомнить, что твои лакеи – это лакеи Мейна, и они не потащат сонного хозяина на корабль и уж тем более не оставят там.
Джози нахмурилась, и тогда Тесс неохотно предложила:
– Это могут сделать мои лакеи.
– Твои?
– Да, хотя я этого не одобряю!
– Пусть. Но ведь ты поможешь мне? – В глазах Джози заблестели слезы. – Я не смогу жить, зная, что Мейн любит Сильви или хотя бы думает, что любит...
Гризелда ждала брата в гостиной.
– Наконец-то ты приехал! – воскликнула она, поднимаясь со стула.
Мейн выглядел таким же элегантным и беспечным, как всегда: это означало, что пока никто ее не опередил.
– Дарлингтон... Хеллгейт... – сбивчиво начала Гризелда.
Выслушав все, граф опустился в кресло и нахмурился. И Гризелда заволновалась. Что, если ее брат вызовет Дарлингтона на дуэль и убьет?
– Ты не можешь это сделать! – выкрикнула она.
– Не могу что?
– Вызвать его!
– Какого черта я стал бы это делать?
Гризелда в недоумении уставилась на брата:
– Разве ты не возмущен? У тебя такой вид...
– С Джози творится что-то странное, – расстроенно сообщил он, – а тут еще этот Дарлингтон. У тебя что, роман с ним? Кстати, разве не Дарлингтон обозвал мою жену Шотландской Колбаской?
– Да, это он, – шепотом ответила Гризелда.
– Ты хоть знаешь, что я собирался его за это убить? – Эта фраза прозвучала почти равнодушно.
– Нет! Ты не должен...
– Ясно, что не должен, но неужели ты не могла выбрать кого-нибудь получше?
– Я... Он мне очень нравится. И он никогда больше не скажет ничего такого... Чарлз ужасно сожалеет о том, что причинил Джози неприятности.
– Учитывая его омерзительные писания, мне претит думать о том, что он нашептывает тебе на ухо. Откровенно сказать, я был лучшего мнения о твоем вкусе.
Гризелда поморщилась:
– Может быть, ты наконец перестанешь зубоскалить и хоть на минуту дашь себе труд задуматься?
– Задуматься о чем? – Мейн помолчал. – Похоже, ты собираешься за него замуж, так?
– А что, если он это делает только для того, чтобы позже изобразить наши отношения в книге? – выкрикнула Гризелда. – Об этом ты подумал?
– Тогда я его убью, – все также спокойно сказал Мейн и, подойдя к сестре, провел ладонью по ее щеке. – Если твой Чарлз не умеет писать, это еще нe значит, что он склонен к самоубийству, тем более что, как я понимаю, он уже сделал тебе предложение.
Гризелда порывисто кивнула.
– Это еще одна причина, почему стоит сохранить ему жизнь. – Граф повернулся и взял перчатки.
– Неужели тебя не трогает, что он... написал эту книгу? – Гризелда замерла в ожидании ответа.
– Отвечу одним словом: нет. И вообще, эти мемуары – редкостная глупость. Куда важнее, что ты хочешь выйти за него, а ты ведь этого хочешь, верно?
Гризелда улыбнулась сквозь слезы:
– Думаю, да.
– Ну вот и славно. – Мейн поцеловал сестру в щеку. – Он этого не заслуживает, но я скажу ему это не раньше, чем улажу дело с Джози.
Глава 45
Я понял, что она любит меня, когда увидел, как глаза ее наполнились слезами. Любезный читатель, знайте: нет ничего сладостнее, чем желание изменить жизнь мужчины, повлиять на его характер. Она моя, она моя. Теперь я переродился.
Или...
Из мемуаров графа Хеллгейта
Все оказалось намного проще, чем ожидала Джози: Мейн приехал за ней, и она подала ему чашку чаю, сказав, что Тесс придет через минуту.
Потом Мейн начал рассказывать ей что-то о Дарлингтоне и Хеллгейте. Могло ли быть так, что Дарлингтон написал мемуары Хеллгейта? Впрочем, Джози не могла сосредоточиться на его рассказе и только молча смотрела, как он пьет чай. Прежде чем она успела остановить его, он уснул, привалившись к углу дивана, и тень от ресниц упала на его щеки.
– Я люблю тебя, – прошептала Джози. – Я очень сильно тебя люблю...
Неожиданно Мейн вздохнул и улыбнулся; тогда Джози, несколько успокоившись, вышла из комнаты и осторожно притворила за собой дверь.
– Надеюсь, письмо готово? – спросила Тесс, встретив ее в коридоре.
– Мне еще надо его написать. – Джози с трудом проглотила слезы.
– Ты уверена?
– Конечно, уверена! Просто, лежа на диване, Мейн выглядит таким беззащитным. Он даже не понял, что я его усыпила...
Тесс покачала головой:
– Не зря я считала этот план глупостью. Ну ладно, пиши свое письмо. – Она подтолкнула сестру к письменному столу, и Джози взяла чистый лист бумаги.
«Дорогой Гаррет. Знаю, что ты удивишься, оказавшись на борту корабля. Выходя за тебя замуж, я еще не понимала, что важнее всего не сам брак, а любовь. Раз ты любишь Сильви, то и должен быть с ней.
Джози».
Дописав письмо, Джози громко зарыдала и рухнула на постель.
– Не волнуйся, дорогая. – Тесс помогла ей встать и закутала в плащ. – Я отвезу тебя домой, пока Лусиус занимается всем остальным.
– Ты рассказала ему?
– Конечно, рассказала: а как бы иначе я могла доставить Мейна на пристань? Лусиус – вполне подходящий для этого человек; не сомневаюсь, он сделает все правильно.
– Я не хотела, чтобы кто-нибудь знал. – Джози вытерла слезы. – Мейн проспит всего четыре часа, самое большее. Он должен быть на пристани ровно в пять, когда начнется прилив. Что, если «Эксельсиор» отплывет без него?
– Не отплывет, – успокоила ее Тесс. – Ты же знаешь, Лусиус никогда не совершает ошибок.
Пока карета громыхала по улицам Лондона, Джози продолжала думать о том, что ей предстоит.
– Что он сказал? – неожиданно спросила она.
– Кто?
– Лусиус. Что он сказал о моем плане?
Тесс усмехнулась:
– Он решил, что это полная чушь, тогда я напомнила ему, что сама была обручена с Мейном.
– Нам обеим очень повезло. – Джози постаралась, чтобы ее голос звучал уверенно.
– Верно.
Больше они не разговаривали, пока не оказались в доме.
– Тебе надо принять ванну, – решила Тесс и позвонила в колокольчик. – Потом ты ляжешь в постель. Ты измучена, у тебя даже лицо осунулось.
Джози вздохнула. Сейчас Мейн уже на корабле и понял, что она отказалась от него, уступила его Сильви.
От этой мысли Джози чуть не затошнило, и она поскорее погрузилась в ванну.
– Мне пора домой, – сказала Тесс несколькими минутами позже. – Я велела отнести ужин к тебе в спальню, а завтра утром снова буду здесь.
Послав сестре воздушный поцелуй, Тесс исчезла.
Но Джози не захотелось есть в спальне, и, выйдя из ванной, она надела халат Мейна из гладкого шелка, который он одолжил ей после того, как сорвал с нее корсет. Дав краткие указания Рибблу, она поднялась в башню Сесили. Здесь все было так же затенено, таинственно и казалось таким же волшебным, как в первую ночь, когда Мейн привел ее сюда. Единорог приплясывал на своей виноградной лозе, а маленький мальчик, похожий на Мейна, висел, держась за нее одной рукой.
Джози съежилась в огромном кресле, из которого тогда смотрела, как Мейн танцевал в ее платье, но не заплакала. Она знала, что права.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39

загрузка...