ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


ПОИСК КНИГ    ТОП лучших авторов книг Либока   

научные статьи:   демократия как основа победы в политических и экономических процессах,   национальная идея для русского народа,   пассионарно-этническое описание русских и других народов мира и  закон пассионарности и закон завоевания этноса
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

По крайней мере, она говорила что-то о характере ее владельца.
Эллен взяла Кэвина за руку и потянула к его карете.
– Поедем к твоему другу на ужин, – заявила она.
– Эллен, что с тобой случилось?! – удивленно воскликнул он. – Ты не боишься показываться со мной в обществе?
Она пожала плечами.
– Чего бояться, если Ричард сам отпустил меня сегодня к тебе? – О том, что он еще и сам привез ее, Эллен решила умолчать. И ей вдруг стало совершенно безразлично, что ее могут увидеть с Кэвином. Ей надоело постоянно таиться, скрываться. «Будь что будет! – раздраженно подумала Эллен. – Смотришь? Ну смотри, смотри», – чуть не выкрикнула она, заметив, как за шторкой кареты мелькнуло лицо Ричарда. Он, словно кухарка, завидующая счастью своей госпожи, исподтишка подсматривал за смеющейся Эллен.
– Послушай, Эллен, давай хоть на один вечер забудем про Ричарда, – взмолился Кэвин. Эллен понимающе улыбнулась и, взяв Кэвина под руку, пошла с ним к карете.
– Давай, – согласилась она. – Расскажи лучше о своем друге, который пригласил нас на ужин. Кто он? И откуда вообще у тебя друзья в Лондоне, если ты, как говоришь, совсем недавно сюда приехал?
– Мы едем к Жермену, отец которого был другом моего отца, – ответил Кэвин. Он подвел Эллен к карете, помог ей подняться, и они поехали по направлению к Стренду.
– Вот как? – Эллен внезапно почувствовала интерес к его семье. Он никогда о ней не рассказывал, и сейчас Эллен решила воспользоваться удобным случаем и расспросить о ней. – А где ты родился? Здесь, в Лондоне?
Кэвин, не сводивший радостного взгляда с Эллен, вдруг нахмурился и отвернулся. В последнее время он все острее чувствовал угрызения совести. Ему хотелось рассказать Эллен о том, что в действительности удерживало его в Лондоне. Он считал, что между близкими людьми не должно быть недомолвок. Иногда его так и подмывало поведать ей и о печальной участи своего брата, и о женщине, так хладнокровно убившей его. Он считал, что Эллен даже смогла бы ему кое в чем помочь, рассказать, как бы поступила женщина, соверши она столь тяжкое преступление.
Но инстинкт самосохранения, чувство опасности, ощущение непонятной и ничем не объяснимой тревоги, заставляющей настораживаться, – качества, которым он научился у окружавших его американских индейцев, – заставляли его молчать. В последний раз он видел Ханта несколько дней назад, и тот намекнул, что знает о событиях той ночи немного больше, чем поведал Кэвину при первом его посещении. Хант посоветовал ему в целях сохранения тайны никому и никогда не говорить об этом деле. Кэвин доверял Эллен и не думал, что она сознательно начнет выбалтывать его секрет, но в силу обстоятельств он счел за лучшее не раскрывать перед девушкой довольно мрачные страницы своей биографии.
– Кэвин, ты слышишь меня? – спросила Эллен, нахмурив лоб.
Он заморгал, словно очнулся ото сна.
– А? Что такое? О, прости, Эллен, я немного задумался. Так, детские воспоминания, – Кэвин опустил голову. Врать он не умел и, обманывая, всегда прятал глаза.
– И что же ты вспомнил? – улыбнулась Эллен.
– Хочешь, чтобы я рассказал о своей семье? – он тоже улыбнулся. – Так слушай. Отец мой много путешествовал, нигде не задерживался надолго. Родился я далеко отсюда, на одном из островов, а воспитывался и рос в разных местах. Поместий у нас было много, там мы проводили в основном лето, а на зиму переезжали в Лондон или вообще отплывали туда, где потеплее. Да, мой отец поколесил по странам и везде таскал с собой меня. Знаешь, иногда мне казалось, что я – просто часть его багажа, – рассмеялся Кэвин.
– А что стало с вашими поместьями? Вы их потеряли?
– Разумеется, – кивнул он. – Но я не жалею об этом. Подобную ситуацию пережили практически все. Остался, правда, один дом, но и с ним я тоже вскоре расстанусь. Продам его, и тогда уже ничто не будет удерживать меня в Англии.
– Но разве король не может помочь тебе вернуть твои земли? – поинтересовалась Эллен.
– Ну, конечно, может. Только зачем? Я сам не хочу получать их обратно. В наших бывших поместьях живут другие люди, которые ничем не виноваты в том, что им отдали чужую собственность. Они порой и не догадываются, кто был владельцем их теперешних угодий. Да и меня сейчас больше интересует земля в колониях, а не в Англии.
– Расскажи мне о своей матери, – попросила Эллен.
– Она умерла, когда мне не было и десяти лет. Отец снова женился, но его вторая жена через год умерла во время родов. И после этого отец так всю жизнь и оставался бобылем.
Все сказанное им было чистой правдой, он только не назвал имен.
Эллен задумчиво погладила руку Кэвина. Женское чутье говорило ей, что он многое скрывает от нее, недоговаривает что-то весьма важное. Но и обижаться на него было бессмысленно, ведь она и сама не отвечала на его вопросы с полной искренностью. Не исключено, что в прошлом семьи Кэвина имелась какая-то тайна, возможно, бесчестье, о чем он предпочитал не говорить. И Эллен была не вправе настаивать на этом.
– А почему ты никогда не рассказываешь мне о своих братьях или сестрах? Или из всех детей в живых остался только ты один? – снова заговорила она, поскольку женское любопытство всегда берет верх над рассудительностью.
Кэвин поморщился.
– Эллен, ты, наверное, инквизитор. Или королевский шпион. А что, очень может быть, – он улыбнулся. – Сейчас весь Лондон кишит ими. Скажи, Эллен, – он прижался к ее плечу, – тебе хорошо платят, а?
Они оба весело рассмеялись. «В конце концов, какая мне разница, кто он и есть ли у него родственники. Ох, это Ричард заразил меня своей подозрительностью. У него только и разговоров, что о прошлом Кэвина», – подумала она с улыбкой.
– Прости меня, я не хотела вмешиваться в твои дела. Но что необычного в том, если женщина интересуется человеком, который уверяет, что очарован ею? – она подняла на Кэвина свои орехово-карие глаза.
– Необычного здесь ничего нет, – охотно согласился тот. – Только не люблю я этих расспросов. Кстати, мы уже приехали, – сказал он, посмотрев в окошко.
Карета остановилась возле внушительного здания, построенного в эпоху Тюдоров и немного осовремененного. Во всех окнах дома горел свет, слышались звуки музыки. Одни экипажи стояли у дверей, другие подъезжали, подвозя расфранченных мужчин и пикантно одетых женщин.
– Мы пробудем здесь столько, сколько ты пожелаешь, – сказал он, помогая Эллен сойти. – Когда эти индюки надоедят тебе своими гнусными предложениями, скажи мне – и мы тотчас уедем отсюда.
– Можно подумать, что ты будешь вести себя как ангел. Представляю, с каким пылом ты начнешь сейчас ухаживать за каждой жеманной красоткой. Думаю, что тебя отсюда не скоро выманишь.
Кэвин взял Эллен под руку.
– Ну так пойдем или нет?
– Пойдем, пойдем, – ответила она, и, смеясь, они направились к подъезду дома.
В душе Эллен была немного недовольна собой, она злилась на свою непредусмотрительность. Ей нужно было вызвать к себе днем миссис Дюбуа, известную мастерицу по части замысловатых причесок. Хотя волосы у нее и уложены, но немного не так, как хотелось бы Эллен. Ниспадая волнами, они слишком напоминали ей ее старую прическу, ту, что она носила, еще живя в Хаверинг-хаузе. Как давно все это было! Кажется, прошла уже целая вечность.
– Ты уверен, что твой друг не станет возражать против моего присутствия? – спросила Эллен.
Кэвин слегка коснулся губами ее губ.
– Он будет в восторге. Ты сегодня хороша, как никогда. Уверен, что местные дамочки, увидев тебя, побледнеют от зависти, – ответил он, крепче прижимая к себе руку Эллен. Они вошли в освещенную залу и по залитой светом мраморной лестнице начали подниматься на второй этаж. – И даже если я приведу сюда целый гарем, Жермен никогда не откажет мне в приеме.
Слуга в темно-зеленой ливрее подошел к дверям и, раскрыв их, торжественно произнес:
– Лорд Меррик и мадам Эллен Скарлет!
Эллен во все глаза смотрела на своего спутника.
– Лорд? – прошептала она. – Кэвин, почему ты никогда не говорил мне, что у тебя есть титул? – дрогнувшим голосом спросила она.
Он пожал плечами.
– Забыл. Привык к Америке, там на титулы никто не обращает внимания. Иногда я и сам забываю, что я – лорд. Работникам-индейцам и моим соседям-плантаторам совершенно безразлично, кто я по крови.
Эллен продолжала что-то говорить, но Кэвин ее уже не слушал. Не прошло и минуты, как к ним подскочил молодой человек в бордовых туфлях на высоких каблуках, напудренном парике и темно-красном костюме, увешанном многочисленными золотыми запонками, брошками, булавочками и прочими побрякушками.
– Кэвин, старый черт! – радостно воскликнул он, пожимая ему руку и похлопывая по плечу. – Дикарь колониальный! Вот уж не думал, что ты все-таки придешь. – Затем, словно он только что заметил Эллен, молодой человек поклонился и загадочно произнес: – Так вот она какая, мадам Скарлет, что взяла в плен сердце нашего любителя театра. Да, мы часто любуемся вашей игрой из ложи, – он взял руку девушки и слегка коснулся ее губами. Эллен показалось, что во всем его поведении кроется насмешка и пренебрежение к ней – он и разговаривал с ней, и целовал ей руку так, словно оказывал величайшую милость. – Мадам Скарлет, не понимаю, – снова заговорил он, – как вы решились показаться в обществе рядом с этим дикарем? Вы только посмотрите на него, это же индеец из пещеры.
– Ну, хватит тебе, – Кэвин совсем не по-дружески хлопнул друга по плечу.
Нимало не смутившись, Жермен, а это был именно он, похлопал себя по парику, отчего во все стороны полетели клубы пудры, и воскликнул:
– Черт подери! Я совсем забыл об этой противной старухе леди Ричардсон. Все, Кэвин, я побежал, но поклянись, что не увезешь мисс Скарлет прежде, чем она не потанцует со мной.
– Хорошо, я извещу тебя о своем отъезде.
– Попробуйте вон то сказочное шампанское, – предложил Жермен. – Оно только сегодня прибыло из Франции. Пирожные и закуски на столиках, а рядом можно поиграть в карты. Наверху имеются кое-какие развлечения для джентльменов, но, полагаю, тебе, Кэвин, сегодня будет не до них. С такой дамой… – он томно закатил глаза. – Ну ладно, веселитесь, а я побежал. – Он развернулся и, приветливо размахивая надушенным платком, помчался встречать очередную вошедшую в залу пару.
Эллен чувствовала себя скованно, на балах она никогда не бывала и не знала ни что нужно говорить, ни что делать. На помощь пришел Кэвин.
– Не обращай внимания на весь этот блеск и мишуру, Жермен – прекрасный друг, честный и верный. И театр он любит не меньше меня.
Эллен с восхищением разглядывала огромную залу.
– Но не настолько, чтобы наняться к нам на работу, – заметила она. – Судя по его дому, в средствах он не особенно нуждается.
С потолка свисали тридцать хрустальных люстр, заливая все разноцветным светом. На балу присутствовало около сотни гостей: здесь были графы и графини, герцоги и герцогини. Похоже, вся высшая знать Лондона собралась в этот вечер в доме гостеприимного Жермена. Шорох тончайшего шелка смешался с тонким звоном поразительных по красоте драгоценностей. Мелькали темно-зеленые ливреи слуг, которых, пожалуй, было не меньше, чем гостей. На столах, на подносах были расставлены всевозможные яства и напитки.
Эллен и Кэвин взяли по бокалу шампанского и начали прохаживаться по зале. Порой Кэвин останавливался и болтал с кем-нибудь из гостей, а иногда просто раскланивался. Эллен ловила на себе восхищенные взгляды, и сердце ее радостно трепетало.
Они то и дело кружились в вихре бесконечных танцев.
– О, Кэвин, я устала. Давай передохнем, я больше не могу, – говорила она. – Я надела слишком тугой корсет. Еще один танец, и я упаду в обморок.
Кэвин только смеялся в ответ на ее слова, хорошее вино и близость красивой женщины приводили его в восторг.
– Давай выйдем на воздух, подышим немного, – предложил он и вывел ее на балкон, нависший над темным садом. Здесь, под покровом звездной ночи, он приник к ее губам долгим страстным поцелуем. – Как долго я ждал этого момента, – прошептал он, ненадолго оторвавшись от губ возлюбленной.
Судя по приглушенным голосам, на балконах находились и другие парочки, наслаждавшиеся ночной прохладой и относительным уединением.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58
Загрузка...

научные статьи:   теория происхождения росов-русов,   закон о последствиях любой катастрофы и  расчет возраста выхода на пенсию в России
загрузка...