ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Казалось, появление незнакомца никого не взволновало. Из одного вигвама выбежал голенький малыш с черными глазенками-бусинками и удивленно остановился, заметив белого человека. Вслед за малышом выскочила его молодая мать и, нежно подняв сына на руки, унесла в вигвам.
Воины подвели Юлиуса к высокому вигваму, расположенному в стороне от других. Один из воинов знаком приказал Юлиусу оставаться на месте, а сам, нагнувшись, вошел в вигвам. Послышались отрывистые голоса, среди которых Юлиус различил голос Кэвина, он очень удивился, услышав, что тот говорит на языке индейцев. «А, черт подери, нашел я тебя все-таки», – обрадованно подумал старый моряк.
Не прошло и минуты, как из вигвама вышел улыбающийся Кэвин. Он обнял Юлиуса и похлопал по спине. Повернувшись к стоящим рядом двум воинам, он поблагодарил их. Индейцы вежливо поклонились и ушли, скрывшись между вигвамами.
Юлиус сбросил на землю мешок и потер руки.
– Ну и похудел же ты, дружок! Что, плоховато тебя кормят индейцы?
Кэвин добродушно рассмеялся.
– Ты не представляешь, как приятно услышать родной язык! Хотя бы и от тебя, старый морской волк. Кое-кто из индейцев говорит по-английски, но очень слабо. Я с трудом их понимаю. Поэтому мне и пришлось выучить язык шауни. Индейцы удивляются, – он усмехнулся. – Считают свой язык очень трудным.
Они стояли и улыбаясь смотрели друг на друга. Постепенно улыбки исчезли, радость встречи прошла. Кэвин заговорил первым:
– Так что привело тебя сюда? Выкладывай.
– И ты еще спрашиваешь, зачем я сюда пришел?!
Кэвин помрачнел:
– Тебе не следовало бы совать свой нос в дела, которые тебя не касаются. Это занятие ничего не принесет тебе, кроме неприятностей.
– Не дури! – укоризненно произнес Юлиус.
Кэвин резко повернулся и с вызовом посмотрел на своего друга.
– Не знаю, что она тебе там наболтала, но…
– Она сказала мне всю правду. И я думаю, что ты должен был бы благодарить ее за честность. А что ты сделал вместо этого? Убежал, как мальчишка!
Кэвин отступил. Слова Юлиуса были горькими, но справедливыми.
– Но она же убила моего брата!
– Она никого не убивала, – Юлиус погрозил Кэвину пальцем. – Если бы ты выслушал ее, то все бы понял.
Кэвин скрестил руки на груди.
– Она обманывала меня с самого начала.
– Разве? Вспомни, когда ты приехал в Лондон, ты же никому не сказал, что ты брат Уолдрона? Это ты обманывал ее, называя себя Мерриком!
– Это не одно и то же! – воскликнул Кэвин. Он заметил, что привлеченные громким разговором индейцы начали оглядываться на них. Не желая привлекать внимание, Кэвин постарался сохранить спокойствие. – Но разве мое имя не Меррик? В то время я еще не был Вакстоном. Я только ожидал этого титула, – сказал он, понизив голос.
– Все это пустые слова, жалкие оправдания. За ними ты прячешь свое нежелание признать, что ты несправедлив к ней. – Юлиус нагнулся, взял стоящий у вигвама кувшин с водой и сделал несколько глотков. Утерев рот рукавом, он продолжил: – Только учти, Кэвин, что чем больше слов, тем труднее увидеть за ними правду.
Зеленые глаза Кэвина угрожающе сузились.
– А в чем же, по-твоему, состоит правда?
– А правда состоит в том, что у тебя есть честная и верная жена, которая сидит и ждет тебя, дурака. И не только тебя, она еще ждет ребенка. Она уже на пятом месяце. Понял? Так что беги к ней, как ураган.
Кэвин недоуменно посмотрел на Юлиуса.
– Ждет ребенка? – спросил он и, отвернувшись, задумчиво опустил голову. – Она мне об этом ничего не сказала…
– Да когда ж тебе говорить, если ты кипишь, как котел?
Кэвин смущенно поднял голову, затем, низко опустив ее, искоса посмотрел на Юлиуса.
– Она знала о том, что беременна, и ничего не сказала мне… Так вот почему она говорила о каком-то признании. Почему же она не начала разговор с этого?
– А вот поди и сам у нее спроси.
Кэвин смущенно переминался с ноги на ногу.
– Мне нечего ей сказать. Я не хочу больше слышать ее лживые речи.
– Да что же ты за упрямец такой! – Юлиус присел на корточки и, подняв с земли ветку, принялся чертить ею по песку. – Отчего же ты не спросил ее, почему она лгала тебе? Спрашивал ли ты ее о причине?
– Нет! – угрюмо ответил Кэвин.
– Кэвин, если ты любишь человека, то должен и уважать его. У всех у нас есть права. Она хотела рассказать тебе все от начала до конца. Но ты не дал ей этого сделать.
– Интересно, что бы она мне наговорила. Но как она могла это сделать, Юлиус? – глухо спросил Кэвин. – Она же хладнокровно убила моего брата. Вытолкнула его в окно. – Он немного помолчал. – Боже мой, Эллен, зачем ты это сделала?!
– Откуда ты знаешь, как все произошло? Тебя ведь там не было.
Кэвин мрачно рассмеялся.
– Конечно, не было. В тот момент я находился совсем на другом краю земли.
– Тогда почему ты так уверен, что она убила твоего брата? Кто тебе такое наговорил?
– Так все говорят. Я сам читал отчет королевского прокурора.
Юлиус задорно рассмеялся.
– Могу представить, сколько золота отвалил ему Хант.
Кэвин изучающе смотрел на Юлиуса. Эта простая мысль как-то не приходила ему в голову. Наконец он подошел к Юлиусу и сел рядом. Они долго смотрели на деревню, на лес, на макушки деревьев, озаренные лучами заходящего солнца.
– И как меня только угораздило любить жену брата!
– Любить? – переспросил Юлиус. – Ты хочешь сказать, что не любишь ее сейчас? – прищурившись, он разглядывал лицо друга. – Но что же в ней изменилось с тех пор, как ты женился на ней? Она осталась той же самой. Пойми, искренне рассказав тебе обо всем, она хотела окончательно стереть из памяти свое прошлое. Она думала, что ты выслушаешь ее, твоя любовь давала ей надежду на понимание. А что вышло? За свою честность она слишком дорого заплатила, потеряв твою любовь. – Юлиус помолчал. – Так я тебя понимаю, великий граф Вакстон?
Кэвин в ярости сжал кулаки. Голос его срывался, он едва сдерживал подступавшие к глазам слезы.
– Она убила моего брата.
– А хоть бы и так, – вспылил Юлиус. – Если бы ты был умным человеком, то не думал бы об этом. Ведь когда ты ее встретил, ты же ничего о ней не знал. Вот и сейчас веди себя так, будто тебе ничего не известно. Смотри на нее просто как на красивую женщину. А она в самом деле прекрасна. Неужели ты не видишь, как загораются радостью лица у всех, когда она входит в дом? Слепец!
– Она обманывала меня… лгала об Уолдроне… о себе… Ты предлагаешь мне и дальше говорить с ней? Сколько еще лжи я услышу от нее?
Юлиус продолжал водить веткой по песку.
– Не знаю, – ответил он. – Сам спроси ее. Только жизненный опыт показывает, что человек может лгать о своем прошлом, о ком и о чем угодно, скрывать все, что угодно. Но только не свою душу. Нет, – повторил он. – Ее скрыть невозможно, сердце человека, его мысли и чувства видны сразу.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104