ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


ПОИСК КНИГ    ТОП лучших авторов книг Либока   

научные статьи:   демократия как основа победы в политических и экономических процессах,   национальная идея для русского народа,   пассионарно-этническое описание русских и других народов мира и  закон пассионарности и закон завоевания этноса
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Я притворилась, будто ничего не заметила, и начала изливать мед поэзии о V-
10, о его резких, утонченных линиях и пятистах двенадцати лошадках под капо
том, которые, хоть и не могли победить «порше 911 турбо» в тесте на разгон, но
все же оставались яркой, впечатляющей силой. Прежде чем я это осознала, мы
уже тормозили у заведения О'Банниона и его работники отыскивали свободн
ое место для нашего автомобиля Ц оно оказалось между майбаховскими «се
даном» и «лимузином». Работники О'Банниона были людьми, что показалось м
не приятным разнообразием.
Сознаюсь, что оставила отпечатки пальцев на творениях «Майбах». Я была н
е в силах не погладить их, проходя мимо, и жалела, что не могу признаться па
пе в том, что трогала такую прелесть. Если бы я жила другой жизнью, той, в кот
орой Алину не убили, а я не попала в оживший ночной кошмар, я позвонила бы п
апе по мобильному в этот самый момент и описала бы ему двухтурбинный сед
ан пятьдесят седьмой модели с V-12, туристический Ц «Для тех, кто хочет води
ть собственный «майбах»». Описала бы все, начиная с внутренней начинки и
заканчивая черным лаком, который контрастировал с дорогущей кремовой к
ожей салона. А папа наверняка настаивал бы на обилии деталей Ц и обязате
льно спросил бы: не могу ли я сбегать в ближайший магазин за одноразовым ф
отоаппаратом или даже за десятью?
Но Алина была убита, а мои родители все еще пребывали в депрессии, и звонит
ь сейчас папе не имело смысла. Я знала, поскольку звонила домой чуть раньш
е, как только закончила одеваться. Без пятнадцати одиннадцать вечера в Д
ублине означало, что в Джорджии еще ранний вечер. Я сидела на краю своей вр
еменной кровати, смотрела на чулки, которые крепились к поясу с подвязка
ми, высокие тонкие каблуки, красное овальное родимое пятно на груди и уди
влялась тому, во что превратилась.
Папа был пьян, когда поднял трубку. Я долгие годы не слышала его пьяного го
лоса. Шесть с половиной, если быть точной. С тех самых пор как его брат поги
б по дороге на собственную свадьбу, оставив свою соломенную вдову береме
нной, а мой папа в тот момент стоял у алтаря, свидетель покойника... Я повеси
ла трубку, как только услышала заплетающийся папин голос, не в силах спра
виться с собой. Мне нужно было опереться на чье-то уверенное плечо, и я был
а абсолютно не в состоянии подставлять свои плечи другим.
Ц Будьте начеку, мисс Лейн, Ц предупредил Бэрронс, его голос раздался у
самого моего уха, вырвав меня с края той темной пропасти, в которую готово
было свалиться мое сознание. Ц Осторожность вам не помешает.
Обняв меня левой рукой за талию, правой он подхватил меня под локоть, слег
ка поглаживая тыльной стороной пальцев мою грудь, и повел в сторону вход
а, встречаясь взглядом с каждым мужчиной, смелым или глупым настолько, чт
обы опустить глаза на все, находящееся ниже моего подбородка.
Игру в гляделки Бэрронс выигрывал с блеском, остальные отводили глаза. О
н не мог бы дать понять яснее, что считает меня своей собственностью.
Как только мы вошли в бар, я все поняла. Именно этим и являлись женщины, сид
евшие там: прекрасной, лощеной, ухоженной до блеска, мило смеющейся, ярко у
крашенной собственностью. Трофеями. Они даже не были людьми, личностями,
они были лишь отражением своих мужчин. Эти женщины, которых охраняли сто
ль же ревностно, сколь любовно баловали, сияли и переливались, словно бри
ллианты, показывая миру, как успешны их мужья, какими гигантами они являю
тся.
Радуга Мак была бы здесь так же неуместна, как дикобраз в магазине домашн
их животных. Я выпрямила спину, высоко подняла голову и притворилась, что
две трети моего гибкого молодого тела не обнажены коротеньким обтягива
ющим черным платьем с открытой спиной и глубоким декольте.
Бэрронса здесь знали. Мы шли по залу, отвечая на кивки и приветствия, и есл
и отвлечься на минутку от того количества оружия, которое таскали при се
бе здешние завсегдатаи, в заведении О'Банниона было мило и очаровательно
.
Я плотнее прислонилась к Бэрронсу, чтобы прошептать ему на ухо свой вопр
ос (даже на каблуках я была приблизительно на голову ниже его):
Ц У тебя при себе есть пистолет?
Я очень надеялась услышать, что да.
Его губы скривились, скользнув по моим волосам, когда он ответил:
Ц В таких местах пистолет является дополнительным шансом быстро умере
ть, мисс Лейн. Не волнуйтесь, я не собираюсь здесь никого злить.
Он кивнул низенькому, но невероятно толстому мужчине, жующему сигару и д
ержащему в каждой мамонтообразной руке по красавице.
Ц По крайней мере, сейчас, Ц пробормотал Иерихон, когда мы прошли дальше
.
Мы заняли столик в дальнем конце зала, и Иерихон заказал обед и выпивку дл
я нас обоих.
Ц С чего ты взял, что я хочу среднепрожаренный бифштекс? Ц спросила я. Ц
Или что мне нравится салат «цезарь»? Ты ведь даже не спросил меня.
Ц Смотрите по сторонам и учитесь, мисс Лейн. В этом заведении ни один офи
циант не примет заказ от женщины. В ресторане О'Банниона вы едите то, что д
ля вас заказали, нравится вам это или нет. Добро пожаловать в старые добры
е времена, мисс Лейн, когда мужчины приказывали, а женщины повиновались. А
если дамам что-то не нравилось, они притворялись, что это не так.
Ого! А я-то думала, что на Глубоком Юге плохо живется. К счастью, я люблю биф
штексы, вне зависимости от того, до какой степени они прожарены, и могу съе
сть любой салат, особенно если за эту невероятно дорогую еду платит кто-т
о другой. Так что я быстро расправилась со своей порцией. В тот день я съел
а лишь две тарелки каши и действительно была голодна. Когда я покончила с
едой и подняла глаза на Бэрронса, то обнаружила, что его тарелка все еще по
лна, и приподняла бровь.
Он подтолкнул тарелку ко мне.
Ц Я поел раньше, Ц сказал Иерихон.
Ц Так зачем было заказывать? Ц спросила я так отчетливо, как это только
возможно с полным ртом вкуснейшего «филе миньон».
Ц Нельзя прийти в заведение О'Банниона и не потратить здесь деньги, Ц от
ветил Бэрронс.
Ц Звучит так, словно у него есть множество глупых правил, Ц пробормотал
а я.
Именно в этот момент у нашего столика появился массивный мужчина с кости
стыми руками, плоским носом и деформированными от ударов ушами.
Ц Рад снова встретить вас, мистер Бэрронс. Мистер О'Баннион приглашает в
ас и вашу спутницу пройти в задние комнаты и поздороваться.
Это было, в общем-то, даже не приглашение, да никто и не собирался преподно
сить фразу подобным образом. Бэрронс тут же встал, поднял меня, снова приж
ал к себе и потащил вслед за бывшим боксером, держа так, словно я была слеп
ой и могла налететь на стену без его поддержки Ц урезанная версия «сурр
огатной жены».



«Задние комнаты» оказались другим домом, расположенным на довольно бол
ьшом расстоянии от ресторана. Расстояние измерялось вертикально: мы спу
скались в подземелье, следуя за человеком О'Банниона через кухню, длинны
й лестничный пролет, а после в хорошо освещенный, сырой каменный туннель.
По пути мы проходили мимо других ответвлений этого туннеля, которые оказ
ались либо заложены кирпичом, либо перекрыты тяжелыми стальными дверям
и, и Бэрронс прошептал мне на ухо:
Ц В некоторых частях Дублина под основным городом располагается еще и
подземный.
Ц Жутко, Ц пробормотала я, когда мы подошли ко второй, тоже довольно дли
нной лестнице, ведущей вниз.
Думаю, я ожидала чего-то похожего на старые фильмы: кучки безнравственны
х мужчин с квадратными челюстями, которые собрались в задымленной сигар
ами комнате. Пропитанные потом рубашки, расстегнутая кобура и сигара пре
красно дополняли бы картину. Мужчины должны были бы играть в покер с высо
кими ставками, а на стенах комнаты я ожидала увидеть множество плакатов
с обнаженными женщинами.
Вместо этого взгляду предстала дюжина аккуратно, по-деловому одетых муж
чин, тихо разговаривавших между собой в просторной, со вкусом обставленн
ой комнате с мебелью красного дерева, обитой кожей. Единственным женским
портретом на стене была «Мадонна с младенцем». Однако Мадонна была не од
на: вся комната была увешана иконами. Висевшие в помещении книжные полки
были заставлены такой коллекцией Библий, что даже у Папы Римского в душе
зашевелилась бы зависть. К тому же повсюду были распятия из серебра, золо
та, дерева и даже одно пластиковое, из тех, что раздаются бесплатно «блужд
ающим во тьме». Над письменным столом висела серия из двенадцати полотен
, изображающих последние дни Христа. Над камином была репродукция «Тайно
й вечери». В дальнем конце комнаты виднелись два канделябра, уставленные
горящими свечами, между ними стоял богато украшенный старинный реликва
рий. Одному Богу известно, что в нем хранилось Ц вполне возможно, зуб или
исцеляющая кость какого-то неизвестного святого.
Крепко сбитый темноволосый мужчина стоял к нам спиной за этим старинным
реликварием- ш яссе .
Я притворилась, что споткнулась о порог, Бэрронс подхватил меня.
Ц О-сс , Ц многозначительно прошипела я. Хоть мы и не сговарив
ались о коде, думаю, Иерихон прекрасно понял, что я имею в виду. Я сказала ем
у, что ОС, объект силы, был где-то рядом. Пусть не в этой комнате, но рядом. Вне
запная боль в животе, казалось, поднималась откуда-то снизу, от ступней, и
поэтому я решила, что эта вещь, чем бы она ни была, находится прямо под нами,
в том месте, которое Бэрронс назвал «подземным городом».
Если Бэрронс и понял мой не особо умный намек, он ничем себя не выдал. Плот
но сжав челюсти, он не сводил глаз с человека у реликвария.
Когда мужчина повернулся к нам лицом, двое Невидимых, стоявших по бокам о
т него, тоже обернулись. Какой бы большой и злобный Невидимый ни охотился
за «Синсар Дабх», он и сюда послал своих ищеек. Наш неизвестный соперник и
нтересовался теми же людьми, что и Бэрронс: МакКейбом, Мэллисом, а теперь и
О'Баннионом. Однако, в отличие от Носорогов, следивших за МакКейбом и Мэлл
исом, эти не насылали никаких чар, чтобы притвориться людьми, что поначал
у удивило меня, а потом я поняла, что они в этом просто не нуждались. В своем
настоящем облике они были невидимы для всех, кроме ши-видящих, таких как Б
эрронс и я, а мы являлись довольно редкой породой. Я понятия не имела, поче
му эти Носороги решили оставаться невидимыми вместо того, чтобы войти в
реальность и влиться в банду О'Банниона, как сделали их сородичи в случае
с МакКейбом и Мэллисом. Однако, раз уж они так решили, мне вообще не следов
ало на них смотреть. По крайней мере, когда Невидимые притворяются людьм
и, я могу глядеть на них, какие бы чары они ни напускали, и ничем не выдать се
бя. Но, поскольку эти Носороги прятались от людей, мне нельзя было останав
ливать на них взгляд. Что проще сказать, чем сделать, ведь настолько чужды
е твари непроизвольно приковывали внимание.
Получив от Бэрронса толчок под ребра, я сфокусировалась на человеке, сто
явшем между тварями, который был, без сомнения, О'Баннионом.
Я сразу поняла, почему он достиг тех высот, которые теперь занимал. В любом
столетии этот человек был бы бойцом, лидером, ведущим за собой остальных.
Темноволосый, сильный, два метра грациозности, мускулы перекатываются п
од черными штанами, белой рубашкой и ладно сшитой итальянской кожаной ку
рткой. О'Баннион двигался с уверенностью человека, который твердо знает:
малейшее его желание Ц закон для остального мира. Его коротко остриженн
ые волосы были густыми, зубы Ц безупречными и белыми, как и полагается зу
бам бывшего боксера с деньгами. Когда Роки улыбался, как, например, сейчас
, Бэрронсу, казалось, что белая молния освещает его темную, ирландскую, дем
оническую сущность.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46
Загрузка...

научные статьи:   теория происхождения росов-русов,   закон о последствиях любой катастрофы и  расчет возраста выхода на пенсию в России
загрузка...