ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Люди разгуливают по улицам в костюмах прежних королей и королев, мифических героев или призрачных ночных прислужников старых богов. Но всерьез говорить о том, что приличные женщины предлагают себя первым встречным? Как уличные потаскухи? Конечно нет! О да, возможно, кое-кто из них тешит себя подобными фантазиями, но я уверен, что даже это большая редкость. Любая женщина, которую ты встретишь в эту ночь, будет именно шлюхой, и я очень сомневаюсь, что они станут предлагать свои услуги бесплатно! – Он снова рассмеялся, а потом неожиданно посерьезнел и торопливо спросил меня: – Тебя предупреждали, что от шлюх можно подхватить дурную болезнь?
Я заверил его, что мне это известно и я уже выслушал множество лекций на данную тему. Тогда он пожелал мне спокойной ночи, повернулся и двинулся прочь. Повинуясь неожиданному импульсу, я побежал за ним. Он остановился.
– Дядя. Насчет Спинка. Как вы считаете… он заслуживает наказания за то, что получал письма от Эпини? Ведь он ничего не мог сделать, чтобы она ему не писала.
Дядя нахмурился и с задумчивым видом устремил взор куда-то поверх моей головы.
– Да, наказание во многом несправедливо, Невар. Однако твой друг должен был, не вскрывая, отдать письма Эпини мне. Он же их держал в казарме, а это могло пагубно отразиться на ее репутации. Я немного удивлен, что он принимал знаки внимания от совсем еще юной девочки. Но его порядочность – я имею в виду то, что он просил мать и брата обратиться ко мне за разрешением, – практически полностью примиряет меня с некоторой поспешностью его действий, в общем-то свойственной влюбленным людям. – Он немного помолчал, погрузившись в размышления.
– Вот что я сделаю, – наконец заговорил дядя. – Я заберу наши с тобой письма у Даралин. И если обнаружу, то также возьму и послания от матери и брата твоего друга. Я обязан ответить молодому лорду Кестеру на его просьбу разрешить его младшему брату ухаживать за моей дочерью. Но мне нужно взглянуть на письма, которые Эпини отправляла юному Спинку, чтобы разобраться, почему они вызвали такую ярость у Даралин. Мне бы следовало догадаться, что за ее неожиданным требованием отправить Эпини в Высший колледж что-то стоит. Это очень дорогое заведение, а моя жена не склонна попусту транжирить деньги. Кроме того, мне следует серьезно поговорить с Эпини и объяснить ей, как следует общаться с молодыми людьми, ибо я уверен, она не понимала, к каким последствиям могут привести ее необдуманные действия. Она просто хотела подружиться со Спинком. Ничего больше. Если дело обстоит именно так, то я свяжусь с полковником Ститом и позабочусь о том, чтобы со Спинка были сняты все обвинения. Теперь ты доволен?
Я, с трудом сглотнув, ответил согласием – меня пронзило предчувствие того, что дяде может очень не понравиться содержание писем Эпини. Насколько я понял, кузина всячески пыталась убедить своих родителей, что она еще слишком молода, чтобы ее можно было считать юной леди. Так или иначе, но я оставил свои мысли при себе, поблагодарил дядю и пожал ему руку. Продолжая сжимать мою ладонь, он посмотрел мне в глаза и прямо сказал:
– Если бы Эпини была старше, я бы благосклонно отнесся к такому претенденту на ее руку, как Спинк. Он представляется мне разумным юношей, а моей старшей дочери нужен именно такой супруг. – Но не успел я обрадоваться, как он добавил: – Но боюсь, Спинк не удовлетворит политических амбиций моей Жены. Сомневаюсь, что она согласится на помолвку Эпини с выходцем из новой аристократии.
Я не поверил дяде.
– У тети Даралин есть политические амбиции? Это звучит по меньшей мере дико. Как женщина может рассчитывать на какое-то влияние в мире, где добрым богом определено место каждого: мужчины воюют и управляют, их женщины воспитывают детей? Мне казалось, что ее цель – найти для Эпини богатого жениха, какого-нибудь первого сына из старой семьи…
Дядя понял, что я имею в виду, и покачал головой.
– И ты полагаешь, будто женщины исключительно в силу своей природы не должны интересоваться политикой? Тебе еще многому нужно научиться, Невар. Будь ты первым сыном, это было бы обязательно. Ну а сыновья-солдаты, благодарение доброму богу, не обязаны вникать в подобные проблемы. Здесь, в Старом Таресе, и в особенности при дворе жены лордов имеют достаточно власти. Они образуют собственное сообщество со строгой иерархией и создают союзы куда более сложные, нежели те, что возникают в Совете, где заседают их мужья.
Моя жена намерена использовать Эпини и Пуриссу как средство упрочить собственные позиции, породнившись с другими влиятельными благородными домами. К нам уже обращались по поводу обеих наших дочерей. Я дал понять, что намерен ждать до тех пор, пока они официально не станут невестами, и только после этого я приму решение. Я хочу, чтобы они удачно вышли замуж, но их мужьями должны стать люди, которым я доверяю и которых они могли бы полюбить. Полковник Стит не скрывает, что хотел бы видеть невестой Колдера любую из моих дочерей. Но леди Бурвиль надеется найти для них первых сыновей – зная ее упрямство, я подозреваю, что она добьется успеха.
– Но… – начал я, однако дядя предупреждающе поднял руку.
– Сейчас слишком холодно, чтобы обсуждать такие серьезные проблемы, Невар. Наш разговор и так получился слишком долгим, и мне есть о чем подумать. А тебе следует ложиться спать. Если я не ошибаюсь, скоро погасят свет. Выброси посторонние заботы из головы, ты должен сосредоточиться на подготовке к экзаменам, все остальное от тебя не зависит. Пиши мне, но как только твои письма перестанут до меня доходить, я сразу же приеду.
Он ободряюще похлопал меня по плечу, повернулся и, осторожно ступая по обледеневшей дорожке, направился к карете. Тут только я почувствовал, что продрог насквозь. Я чуть ли не бегом влетел в двери Карнестон-Хауса и доложил о своем возвращении сержанту Рафету, поскольку я все-таки опоздал к отбою. Он нахмурился, но, когда узнал, что меня приезжал навестить родственник, молча махнул рукой, разрешая подняться в спальню. На лестничной площадке нашего этажа я обнаружил стоящего на стуле Спинка с неизменным учебником математики в руках. Я до сих пор не мог понять, что он там видит в таком тусклом свете. Он выглядел лет на десять старше, чем в начале года.
– Меня вызвал дядя, – без всяких предисловий сообщил я. – Он приехал в Академию из-за того, что перестал получать мои письма.
– Он меня презирает? – тут же спросил Спинк.
И я подробно рассказал другу о нашем разговоре. Я постарался ничего не упустить, понимая, что он должен знать, как мало у него шансов стать супругом Эпини. Спинк молча кивнул, но, когда я сказал, что дядя при определенных условиях потребует у полковника Стита снять с него все обвинения, в его глазах мелькнула тень надежды.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 169 170 171 172 173 174 175 176 177 178 179 180 181 182 183 184 185 186 187