ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Могло показаться, что он гордится ею.
— Поцелуйте-ка ее, мистер Уэсли, — обратилась к нему Бесс. — Похоже, вам очень этого хочется, и нам бы хотелось увидеть доказательство того, что вы ее любите. Я права, друзья?
Уэс бросил взгляд на Ким, и Лию это возмутило. Ему не удастся унизить ее.
— Меня не нужно уговаривать поцеловать моего мужа, — ласково произнесла она и обняла Уэса за шею.
Целуя его в губы, она сразу пожалела об этом. Ей хотелось что-то доказать сидевшим вокруг чужим людям, показать, что она достойна любви такого значительного человека, как Уэсли, но она забыла о том, что было причиной, вынудившей ее поцеловать Уэса. В течение года Лиа жила с двумя семейными парами, где супруги страстно любили друг друга, и, только поцеловав Уэса, она вдруг задумалась о том, как он это воспримет. Ей так хотелось ощутить на себе его прикосновение, дать волю своей страсти.
Сначала Уэсли сдерживался, но, ощутив возбуждение Лии, понял значение поцелуя и ответил на ее зов. С силой, пылом, страстью целуя ее, он забыл о сидевших вокруг людях. Ладонью он придерживал голову Лии, пальцы его смяли тщательно уложенные пряди.
— Уэсли, ты мог бы заняться этим позже, — смущенно сказал один из друзей.
Лиа ослабела в объятиях Уэсли так же, как и в тот единственный раз, когда он коснулся ее"
Когда Уэсли начал искать ее грудь, его плечо сжала рука:
— Уэс!
Постепенно Уэс начал приходить в себя, и когда он оторвался от Лии, перед глазами его еще какое-то время плыли круги.
В течение нескольких секунд рука Уэсли удерживала Лию в этом положении. Глаза ее закрылись, а темные волосы разметались по его куртке из оленьей кожи. Открыв глаза, Лиа вспомнила, где находится, резко выпрямилась, и лицо ее залила краска. Она увидела, как на лице Уэсли появилось озадаченное выражение, и жилка на его шее быстро запульсировала.
— Я… — Она освободилась из его объятий. Коснувшись рукой своей головы, она поняла, что ее прическа растрепалась. — Простите, мне нужно…
Не договорив, она повернулась, выбежала из комнаты и по лестнице поднялась в спальню.
Не успела она закрыть за собой дверь, как в комнату ворвалась Бесс.
— В жизни еще не видывала такого поцелуя! За всю жизнь не привелось увидеть, чтобы человека так целовали. Ну и парень, этот Уэсли! Он не только самый красивый парень по эту сторону гор, но и любовник что надо.
— Может быть, замолчишь? — воскликнула Лиа. — Как я посмотрю им в глаза? Теперь они не поверят, что я настоящая дама. Как бы я хотела, чтобы после моего отъезда из Виргинии обо мне говорили, что я стала настоящей дамой, а я веду себя как шлюха Симмонс. — Она запнулась и прошептала:
— Бесс, прости меня.
— Ты меня не обидела. А люди внизу сегодня ночью будут мечтать о тебе.
— Только этого мне не хватало, — отозвалась Лиа и устало опустилась на кровать. — Как по-твоему, я могу убежать через заднюю дверь и больше с ними не встречаться?
Бесс захихикала:
— Я поправлю твои волосы, и ты опять спустишься к ним. Если бы ты видела лицо этой Кимберли она чуть ногти себе не обгрызла.
— А я думала, что ты считаешь мисс Шоу образцовой дамой.
— Сиди спокойно! — приказала Бесс, погружая руки в густые волосы Лии. — Я думала это раньше, до того, как моя собственная сестра превратилась в самую красивую и изящную даму в Виргинии.
— Бесс, уезжай с нами, — попросила Лиа, поворачиваясь к ней. — Мне нужна подруга. Я научу тебя ткать, и ты войдешь со мной в дело.
— И брошу мою чудесную теплую таверну и чудесных теплых мужчин ради грохота ткацкого станка? Стэнфорды так и не обучили тебя уму-разуму. Разве ты не видишь? Можешь взять своего Уэсли, поселиться на ферме и каждый день доить сотни коров, только это не по мне. Мне по душе вольготная жизнь. Ну вот, у тебя опять вид чопорный и аккуратный. А теперь идем вниз, да не забывай улыбаться. Надо пользоваться смятением Кимберли.
Лиа засмеялась:
— Я буду очень скучать по тебе. Ким бросится в объятия Уэсли, как только наступит утро, и он поцелует ее так крепко, что наш поцелуй… — Вспоминая эту сцену, она запнулась. — Наш поцелуй ничего не будет значить, — тихо договорила она. — Ладно, в общем, я готова. Раз мой муж способен разыграть сцену с поцелуем, я, во всяком случае, могу понять, что он играет.
— Он ничего не разыгрывал, — бросила Бесс ей вслед, но Лиа то ли не расслышала, то ли не обратила на ее слова внимания.
Глава 8
Лие пришлось собраться с силами, чтобы посмотреть в глаза собравшимся на первом этаже людям. Она была убеждена, что они станут относиться к ней как к уличной девке, поэтому сюрпризом для нее оказалось то, как тепло они ее приветствовали. Пока она была наверху, пришли еще трое мужчин — двое со скрипками, один с банджо — и уже приготовились играть.
Не успела Лиа опомниться, как ее подтолкнули в объятия Уэсли, и он повел ее исполнить первый менуэт.
— Похоже, ты опять пришла в себя, — сказал Уэсли, прежде чем они поменялись партнерами.
Пока бал продолжался, то один, то другой танцор перехватывали Лию. В какой-то момент она заметила, что Ким танцует с Уэсли, который с беспокойством поглядывал на партнершу. Лиа сделала вид, что не видит их.
В течение вечера ей дважды пришлось слышать, как в разговорах упоминали имя Джастина Старка, но она так и не успела спросить, кто это.
В полночь Уэсли объявил, что праздник закончен, что они уезжают рано утром. Он взял Лию за руку и решительно повлек к лестнице.
Лиа ощущала себя на верху блаженства. Она выпила чересчур много великолепного пунша, который подала ей Бесс, и, вернувшись в свою с Уэсли комнату, тихо напевала. На кровати лежала ее лучшая ночная сорочка, прозрачное сочетание шелка и кружевных оборок. Лиа взяла ее в руки, прижала к груди и стала танцевать, кружась по комнате.
— Ты пьяна? — спокойно спросил Уэсли, снимая рубашку из оленьей кожи.
— Как ты красив! — выдохнула Лиа, разглядывая голого по пояс Уэсли.
В его глазах мелькнул интерес — это не был мимолетный взгляд.
Лиа остановилась, хотя ее голова продолжала кружиться.
— Ты будешь заниматься со мной любовью? — прошептала она.
В золотистом цвете единственной горевшей в комнате лампы было видно, как изменилось выражение лица Уэсли. Он шагнул к ней.
— Думаю, меня можно уговорить.
Лиа отбросила ночную сорочку и застыла в ожидании, сдерживая дыхание. Сердце ее бешено стучало. Больше всего в жизни ей хотелось, чтобы он опять обнял и поцеловал ее. Когда он к ней приблизился, она коснулась его обнаженной груди, поросшей густыми волосами.
— Уэсли! — прошептала она, и Уэс наклонился к ней.
В дверь громко и быстро постучали, но они этого не услышали. Дверь открылась, вошел Стивен Шоу:
— Похоже, моя сестричка не ошиблась.
— Что, черт возьми, тебе здесь нужно? — сердито спросил Уэсли.
— В отличие от тебя, Стэнфорд, меня не ждут две женщины в двух разных комнатах. Моя сестричка выплакала себе все глаза, потому как подозревает тебя в том, чем ты и вправду занимаешься. — Он исподтишка бросил взгляд на Лию. — Я убеждал ее, что ты человек чести, что тебе можно доверять. Только вот наблюдая, как эта девчонка преследовала тебя весь вечер, я понял, что обманывал сестру.
— Убирайся отсюда, — устало сказал Уэсли и отступил от Лии. — Скажи Кимберли, что через несколько минут я приду к ней.
— Когда закончишь здесь? — злорадно рассмеялся Стивен и вышел из комнаты, пока Уэс не успел ему ответить.
— Лиа, прости меня, — заговорил было Уэсли. Лиа сердито взглянула на него. Под воздействием выпитого она перестала владеть собой, и теперь ее настроение мгновенно изменилось, любовь уступила место ненависти.
— Простить за то, что ты не довел до конца начатое дело? Простить за то, что ты не воспользовался слабостью одной из гулящих Симмонс?
— Не пойму, о чем ты, — заговорил он и потянулся за своей ночной рубашкой. — Ты моя жена, и…
— Я твоя жена? Это ты говоришь про меня, кто весь вечер умоляла тебя не изнывать по божественной мисс Шоу?
— Ты бы придержала язык, — предупредил Уэсли.
— Мой язык? — Она от негодования задохнулась. — А разве ты не знаешь, что мы, Симмонс, умеем пользоваться языком не только для разговора? Разве это не у нас в крови?
Уэсли молча натянул рубашку.
— Слушай, не могу понять, о чем ты. Ты была готова пуститься в дорогу под видом моей двоюродной сестры, ты всегда знала о моих чувствах к Ким. Я с самого начала пытался вести себя честно и достойно.
— Достойно? Ты готов был наброситься на меня и это ты называешь достойным? Уэсли удержался от улыбки:
— Ты целый вечер всеми силами пыталась завлечь меня, и демонстрация твоей ночной сорочки была совсем не для того, чтобы успокоить человека.
— Я надела ее не для тебя, — тихо отозвалась она и отвернулась, чтобы скрыть свое унижение. Уэсли улыбнулся:
— Честное слово, Лиа, я польщен, что ты так старалась залучить меня в свою кровать. Мне было хорошо, пока ты со мной кокетничала, даже танцуя с другими; поэтому я думаю, ты могла бы соблазнить меня, если бы Стивен нам не помешал. Но, по правде говоря, мне действительно нужно соблюдать наше соглашение. Ради Ким я попробую сопротивляться твоим чарам.
— Что ты собираешься делать? — прошептала она, повернувшись к Уэсли.
— Я в долгу перед той, кого люблю, и я нужен ей весь, до конца, и впредь буду всеми силами противиться тебе.
— Тому, что уже случилось раньше? — прошептала Лиа. — Как ты ни старался, ты поддался на мои чары?
— Послушай, мне действительно пора идти, поэтому давай поговорим об этом в другой раз. Но ты права. Когда-то ты ведь уже бросилась на меня.
— Бросилась на тебя? Как сегодня?
— Лиа. — Он шагнул к ней. — Видно, я тебя обидел.
— Обидел? Такие, как я, не обижаются. Разве ты этого не знал? Женщины моего происхождения, которые с детства не носят шелковых одеяний, способны только соблазнять и завлекать. Когда мы приедем в Кентукки, я не стану открывать ткацкую мастерскую. Я… я просто пойду по рукам.
На лице Уэсли появилось жесткое выражение:
— Ты меня не правильно поняла. Я только хотел тебя поблагодарить за готовность отдаться мне.
— Больше это не повторится, — холодно ответила она. — В следующий раз я предложу себя другому.
— Ты этого не сделаешь, пока остаешься моей женой, — рявкнул он.
Она вызывающе улыбнулась:
— Не пора ли тебе идти к твоей Кимберли? Если из-за тебя ей придется плакать слишком долго, ее глазки покраснеют. А как она тебя соблазняет? Она заманивает тебя в кровать слезами?
— Кимберли девственница, — резко произнес Уэс, сузив глаза.
Лиа развела руками:
— За тебя борются продажная девка и девственница. Бедный Уэсли, тебе, видно, выпадают бессонные ночи. Ступай к ней.
— Лиа, я ни разу не сказал, что ты продажная девка, — заговорил было Уэсли.
— Убирайся! — пронзительно закричала она.
— Если я тебе нужен…
— Ты мне нужен? — крикнула она в ответ. — Меньше всего ты мне нужен. Жаль, что я не могу сама уехать в Кентукки, и дай Бог, никогда больше тебя не видеть. А теперь ступай к своей милой Кимберли. Она ждет тебя.
Уэсли хотел было ответить ей, но промолчал, повернулся и вышел. Лиа упала на колени, ее тело сотрясали рыдания. Он сказал: «Нужен ей». Нет, не он был ей нужен, она жаждала его, ждала того, кто не был бы равнодушен к ней, кто при виде слезы на ее щеке бросился бы к ней. Того, кто не знал ее семью, кто не посчитал бы ее продажной, еще даже не встретив.
Позже, когда настала ночь, Лиа сняла платье и надела ночную сорочку. Она выплакала все слезы, ей остались только опустошенность и ощущение, что жизнь так никогда и не переменится. Она родилась на болоте и обречена всю жизнь быть частью болота. Изящная одежда так никогда и не сможет скрыть ее низкого происхождения, Когда Лиа проснулась утром, в комнату украдкой скользнул Уэсли. Она понимала: ему не хочется, чтобы посторонние знали, что он провел ночь не с женой.
— Ты проснулась, — произнес он, когда свет раннего утра осветил комнату. — Лиа, возвращаясь к тому, что было вечером…
Она перекатилась на край кровати, встала и через всю комнату направилась к сундуку, в котором лежала ее одежда.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43

загрузка...