ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


— Мне нужно заняться делами, а Лие пора возвращаться домой, — заявила Бесс, уставившись на сестру.
— Дома меня ничего не ждет, — ответила та и ловко обошла сестру. — Я с радостью выпью с вами, Уэсли. — Она произнесла его имя так, словно произносила его сотни раз в день (что соответствовало действительности), и не заметила, как брови Уэса поднялись, когда она скользнула в кабинку, села и выжидательно подняла на него глаза.
— Флип здесь хороший, — сообщила она. Уэс секунду разглядывал ее немытое, покрытое царапинами и синяками лицо, а потом сел на скамью по другую сторону стола.
— Две кружки флипа, — негромко попросил он Бесс.
Рассерженная, она направилась к стойке.
— Ты теперь работаешь у Бена? — спросил Уэс.
— Я пока еще живу со своей семьей. — Ее глаза пожирали лицо Уэсли, запоминая каждую черточку, каждую линию. — А вы нашли жену вашего друга? спросила она, подразумевая свою первую встречу с Уэсом.
Он не сразу сообразил, что она имеет в виду.
— Жену Клея? — спросил он, потом удивленно улыбнулся. Неужели это та девочка, которая нам тогда помогла?
Лиа молча достала из кармана юбки вытертую золотую монету и благоговейно положила ее на стол.
Уэс удивленно взял ее в руки и повернул к свету, чтобы разглядеть дырочку, протертую с края монеты.
— Каким образом?.. — спросил он.
— Ногтем, — ответила она с улыбкой. — Времени на это ушло много, но я боялась потерять монету, если не привяжу ее к одежде.
Уэс нахмурился и положил монету на стол.
Странно — девушка сохранила золотую монету, тогда как, несомненно, очень бедствует. Ее невероятно засаленные волосы были откинуты назад, и внезапно у него в голове непроизвольно возник вопрос, какого же они окажутся цвета, если их вымыть?
Протянув руку, чтобы взять монету, Лиа коснулась его руки и, затаив дыхание, потрогала двумя пальцами кончики его пальцев, любуясь чистотой ногтей и формой длинных пальцев с прямоугольными подушечками.
Бесс поставила на стол две кружки флипа так, что содержимое их выплеснулось, и в бешенстве взглянула на Лию.
— Мистер Стэнфорд, расскажите-ка моей сестре про ту молодую красавицу, на которой вы скоро женитесь. Лиа очень хотела бы послушать про нее. Расскажите, какая она красивая, как хорошо умеет танцевать и как великолепно одевается.
Уэс отодвинул руку, которой касались пальцы Лии, и засмеялся:
— Может быть, тебе самой лучше рассказать, Бесс: ты, похоже, много знаешь про мою будущую жену.
— Пожалуй, я так и сделаю, — отозвалась Бесс, схватила стул, стоявший за соседним столом, и придвинула к входу в их кабинку. Но, увидев выражение глаз Лии, передумала и не стала садиться.
— Я лучше послушаю Уэсли, — негромко ответила Лиа, пристально глядя Бесс в глаза.
На мгновение их взгляды встретились. Почему она пытается уберечь Лию? Разве она сама не хотела для нее именно этого? Если бы только Лиа не относилась к нему так серьезно! Вздохнув, Бесс оставила их наедине.
Уэс отпил большой глоток из дымящейся кружки, посмотрел на изможденную девочку, сидевшую напротив, и спросил себя, давно ли она стала шлюхой. Конечно, несмотря на запущенную наружность, она умеет обратить на себя внимание мужчины. По тому, как она смотрит на него, можно подумать, будто всю жизнь ждала именно его. Ему это польстило, но и покоробило. Уж не кажется ли ей, что он чем-то ей обязан?
— Так что вы говорили, Уэсли?.. — напомнила Лиа, наклонившись так, что он почувствовал запах ее немытого тела.
— Кимберли, — откликнулся он негромко. Пожалуй, лучше думать о Ким, а иначе, не дай Бог, он может соблазниться этой «благоухающей» колдуньей. — Вам действительно хочется это услышать? Я имею в виду… обычно женщины не любят слушать про других женщин.
— Я хочу знать о вас все до конца, — проникновенно, искренне ответила она.
— По сути дела, особенно рассказывать нечего. Мы встретились примерно два года назад, когда она приехала в гости к своему брату Стивену Шоу. Их родители умерли, когда они были еще детьми, и Кимберли отправили на восток страны, где она жила у своих дяди с тетей. А Стив остался здесь у родственников.
Вопреки предупреждению Уэсли о том, что «особенно рассказывать нечего», его восторженный рассказ длился целый час. Уэс сразу полюбил красавицу Кимберли, но она покорила еще не один десяток молодых людей, и он вел за нее борьбу целых два года. Уэсли уверял, что Ким красивая, добрая, нежная, ласковая, она любит красивые вещи, книги и музыку.
Лиа с такой силой вцепилась в оловянную кружку, что косточки ее пальцев побелели.
— И вы скоро поженитесь? — прошептала она.
— В начале весны, в апреле. И тогда втроем, вместе со Стивеном, мы поедем в новый штат, в Кентукки. Я купил землю в тех краях.
— Вы уедете из Виргинии? — Лиа растерялась. — А что же будет здесь с вашей плантацией?
— Виргиния слишком мала для меня, и моего брата. Все мои тридцать четыре года меня воспринимали как младшего брата Тревиса. Поэтому я решил обзавестись собственным домом. И потом мне хочется начать все сначала на новом месте с красивой женой.
— И вы не вернетесь? — прошептала она.
— Вероятно, нет, — ответил он и нахмурился, удивившись ее настырное™. Несмотря на запущенный вид и исходившие от нее запахи, его влекло к этой девушке.
— Дождь прекратился, мне пора домой. Рад был с тобой познакомиться.
Он поднялся и бросил на стол деньги.
— До встречи на следующей неделе, Бесс, — сказал он и направился к двери.
Лиа бросилась вслед за ним, но Бесс схватила ее за руку:
— Ты понимаешь, что делаешь? Лиа вырвалась:
— А мне-то всегда казалось, будто тебе хочется, чтобы общение с мужчинами мне доставляло удовольствие.
— Удовольствие от разговоров с ними — да. Но я боюсь, что Уэсли Стэнфорд околдовал тебя. Тебе будет больно, больнее, чем от отцовских колотушек. Что ты знаешь о мужчинах? Ты умеешь только пахать землю да собирать дикие растения на еду. Ты не знаешь…
— А может, я научусь! — хрипло ответила Лиа. — Я люблю его. Он скоро уедет, и у меня есть только один шанс, так что я хочу его использовать.
— Лиа, прошу тебя, не беги за ним. Случится нечто ужасное, я знаю это наверняка.
— Ничего ужасного не будет, — тихо ответила Лиа и бросилась на улицу.
Уэсли как раз садился на лошадь.
— Вы меня подвезете? — крикнула Лиа, в темноте спотыкаясь на каждом шагу.
Уэс стоял неподвижно, глядя на нее в свете луны, и всеми силами желал, чтобы она ушла. Было в ней что-то пугающее, как будто их свела судьба, как будто им предстояло что-то неизбежное. Черт побери! Со времени помолвки он был так ласков с Кимберли, так верен ей, и он собирался пребывать в этом состоянии до самой свадьбы. Его беспокоило не то, что он может согрешить с этой девочкой, а удивляла ее решимость, целеустремленность. Ну чего ради хранила она монету все эти годы?
— Тогда пойдем, — предложил он, спрыгнул на землю и взял лошадь под уздцы, поскольку не хотел, чтобы худенькое тельце Лии оказалось в опасной близости в одном седле с ним.
Еще никогда в жизни Лиа не была так оживлена. Рядом с ней идет человек, которого она любит. Именно сейчас все происходило так, как ей грезилось в мечтах с тех пор, когда она была ребенком. Сжимая монету в кулаке, опущенном в карман платья, она сунула другую руку под руку Уэсли.
Он посмотрел на нее с высоты своего роста, и то ли это была игра лунного света, то ли все скрадывала тьма, но она показалась ему красивой. Синяк и царапины, которые теперь не были видны, помешали ему раньше разглядеть ее полные губы и большие пленительные глаза. Он застонал, как бы сознавая свое поражение, и пошел рядом с ней.
Когда таверна скрылась из вида, сердце Лии бешено колотилось. Ее совесть, до этого убаюканная тремя кружками пива, теперь внушала ей, что Бесс права, что ей здесь нечего делать. И все же где-то в глубине души теплилась мысль о том, что именно сейчас у нее есть один-единственный шанс добиться любви, и она хотела использовать его. Позже, когда Уэсли уедет, а она по-прежнему будет работать на свою семью, ей будет вспоминаться сегодняшняя ночь. Возможно, он опять поцелует ее.
Глаза Лии выдавали ее мысли. Она посмотрела на него, и Уэсли, уже больше ни о чем не думая, наклонился и поцеловал ее.
Ослабев, она прижалась к нему. Тело девушки было нежным и хрупким в его натруженных руках, но она по-детски сжимала губы. Он отклонился, глаза его искрились. Эта девушка сочетала в себе опытность блудницы и невинность девственницы. Закрыв глаза, она губами прикоснулась к его губам, потом прижалась к ним еще раз, и Уэсли раздвинул ее губы.
Последней его мыслью было, что она учится удивительно быстро.
Девушка отдавалась ему так, словно давно жаждала его, а Уэсли отозвался желанием, которое накапливалось месяцами. Голова Лии откинулась под тяжестью его головы, руки Уэса погрузились в слипшиеся волосы Лии и повернули ее голову так, чтобы он мог найти ее губы.
Он освободился из ее объятий. Глаза Уэсли сверкали, он тяжело дышал. Распущенные волосы Лии спускались до талии, губы налились жаром.
— Какая ты красивая, — прошептал он и опять начал искать ее губы, а руками раздирать ворот платья.
— Нет! — Внезапно Лие стало страшно. Она мечтала только об одном поцелуе, всего лишь об одном. А руки Уэса гладили ее тело под платьем, она понимала, что, даже сказав «нет», не в силах отвергнуть его.
— Уэсли, — прошептала она и перестала сопротивляться. Уэсли, ты мой.
— Да, милая, — рассеянно ответил он, целуя ее шею. Грубая изношенная ткань платья легко порвалась. Очень быстро одежда спала с ее тела, и Лиа стояла нагая в свете луны. На ее худеньком теле была видна каждая косточка, каждый мускул. Только полные, безупречной формы груди выдавали в ней женщину.
Уэсли осторожно поднял ее и опустил на упавший с его плеч плащ.
Не зная, что делать дальше, как доставить ему то наслаждение, которое она сама испытывала, Лиа лежала неподвижно, пока он ласкал ее тело и одновременно раздевался сам.
Когда он овладел ею, Лиа вскрикнула от боли. Уэсли на секунду остановился, продолжая ласкать ее волосы и целуя щеку.
Лиа открыла глаза, сквозь слезы посмотрела на него, и ее охватило чувство счастья. Рядом с ней был Уэсли, мужчина, которого она любила всегда и будет любить до самой смерти.
— Да, — прошептала она. — Да!
Уэсли ускорил движения, и только в самом конце Лиа испытала подобие удовольствия. Когда его тело забилось в последней судороге, он схватил Лию за плечи и прошептал ей в ухо: «Кимберли!»
Лиа не сразу поняла, что же с ней произошло. Он сказал «Кимберли».
Уэс скатился с нее, испытывая изнеможение, и, пока Лиа натягивала на себя разорванное старое платье, лежал, прикрыв глаза.
— Ты хорошая девочка, — проговорил он, еще не придя в себя, и сунул руку в карман приспущенных брюк. А это тебе за переживания, — добавил он и бросил к ее ногам золотую монету. — Если мы будем встречаться и дальше, у тебя будет полный сундук этого добра.
Лиа изумленно смотрела, как он встал с земли, застегнул брюки и поднял плащ и шляпу. Протянув руку, он взял ее за подбородок:
— Из-за тебя, девочка, я попаду в беду. — Он отступил на шаг. — Надеюсь, хоть где-то ты чистая. С этими словами он вскочил на коня и ускакал. Лиа не сразу обрела способность двигаться. «Ну какая же я безнадежная дура», — подумала она, испытывая скорее изумление, чем какие-либо другие чувства. Она была ребенком, который только сейчас понял, что сказочных волшебниц не существует. Всю свою предыдущую жизнь она могла переносить ужас существования, потому что у другого края радуги стоял великий Бог Уэсли. Но в конце концов он просто оказался мужчиной, который взял то, что ему бескорыстно предложили.
— Бескорыстно! — крикнула она и, нагнувшись, схватила лежавшую у ног монету. Подержав ее в руках и ощутив холод металла, она подумала о том, сколько еды и одежды можно купить на эти деньги и какой ценой они ей достались. Вспомнив о многих годах своих детских мечтаний, Лиа рассмеялась и совершила первый за всю жизнь бесполезный поступок: она отвела руку за спину и бросила монету как можно дальше, в сторону темневшей реки, и, услышав всплеск от ее падения, улыбнулась.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43

Загрузка...

загрузка...