ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

— До Лии стало доходить, что Джастин — человек ее круга, не того, к которому принадлежит Уэсли. Может быть, в отличие от Уэса, он и не станет презирать ее за низкое происхождение.
— Те самые, — отозвался Джастин. — А теперь расскажите мне про свою семью.
Лиа заколебалась. По крайней мере, бездельник отец Джастина пользовался в городе любовью. А что хорошего может она рассказать про свою семью? Одного взгляда на Джастина было достаточно, чтобы понять: он готов ждать ее рассказа до Судного дня.
Она начала свое повествование неторопливо, боясь заметить на его лице гримасу отвращения, но увидела только заинтересованность и сочувствие. Речь ее стала стремительнее. Она поведала о том, как ее старший брат украл женщину, как сестра стала распутной, о безумии отца, о том, как он бил жену и детей. И в заключение Лиа рассказала о своем непрерывном каторжном труде в семье.
В лесу, как ей показалось, наступила полная тишина, когда она замолчала, сдерживая дыхание, ждала, что скажет Джастин, и боялась взглянуть на него.
— И это несмотря на то что вы — двоюродная сестра Стэнфорда? Он спокойно смотрел на ваши мучения? Хотя он мне этого не говорил, но ведь он богат?
— Невероятно богат, — прошептала Лиа, по-прежнему не поднимая глаз.
— Так почему же он в конце концов смилостивился? Или он определил вас служанкой к своей принцессе Кимберли?
Лиа глубоко вздохнула:
— Мой отец умер, а братьев и сестер взяли в семьи других плантаторов. Мне… хотелось уехать на запад, где никто меня не знает. Невестка Уэсли дала мне денег на то, чтобы открыть ткацкую мастерскую, а Уэсли позволил мне уехать с ним.
Джастин помолчал, и Лиа пыталась понять, поверил ли он в заключительную часть ее рассказа.
— Где вы обучились умению держать себя? — спросила она.
— У жены Макалистера. Она английская леди. А вы?
С улыбкой Лиа рассказала о том, как Риган и Николь преобразили ее. Она стала понимать: для него не имеет значения, что она из семьи Симмонс. Должно быть, не все мужчины похожи на Уэсли. Возможно, на новом месте о ней не будут судить по тому, кем был ее отец.
— Правду сказать, успеха они добились. — Джастин засмеялся и встал с земли. — На сегодня хватит серьезных разговоров. Теперь идем смотреть водопад.
Он взял ее за руку и повел вверх по крутому каменистому склону. На вершине находился водоем и небольшой водопад, скрытый между камнями.
— Не из самых больших, что мне доводилось видеть, но из самых укромных. Хотите вымыться?
Лиа подозрительно прищурила глаза.
Он не обратил внимания на ее очевидную подозрительность:
— Полезайте в воду первой, я подожду вас внизу. Когда закончите, крикните мне. — Он повернулся и ушел.
Лиа немного поколебалась, а потом разделась и опустилась в воду. Взятым для стирки мылом она вымыла голову и прополоскала волосы в водопаде. Сила воды едва не увлекла ее за собой. Выбравшись наконец на берег, она почувствовала себя лучше, чем за все последние месяцы. На душе ее больше не висел груз укрывательства собственного прошлого; ее ждал красивый мужчина; она уезжала в новые края, к новым людям; она умела ткать; а сейчас еще и вымыла голову. Что еще нужно женщине от жизни?
Смеясь, она спустилась к подножию горы, где ее ждал Джастин.
— Я мигом вернусь, — бросил он и побежал к вершине, чтобы тоже помыться.
Обретя новую энергию, Лиа опустилась на колени и принялась за стирку. Скоро появился Джастин. С гримасой он принялся вместе с ней полоскать белье.
— А эта маленькая изящная штучка принадлежит принцессе Кимберли? — спросил он, держа в руке полупрозрачную сорочку, отделанную крохотными шелковыми оборками.
Покраснев, Лиа выхватила ее из рук Джастина:
— Это мое.
— Вот как? — Он вопросительно поднял бровь. — Тогда, значит, это принадлежит ее светлости. — Он поднял пару заношенных до желтизны и порванных в поясе панталон. — Снаружи она леди, только не там, где это действительно важно. Сделаем для нее доброе дело, потеряем их.
И не успела Лиа моргнуть глазом, как Джастин швырнул затрепанные панталоны в реку.
— Нет! — воскликнула Лиа. Рассмеявшись, она подобрала юбку до колен и бросилась в реку за панталонами, которые стремительно уплывали вниз по течению.
Джастин бросился за ней в воду, подхватил панталоны и, схватив Лию за руку, слегка толкнул, так что она едва не упала.
— Осторожно! — Он улыбнулся, когда Лиа вцепилась в него. Он обнял и начал целовать ее, и ей это понравилось гораздо больше, чем его первый поцелуй.
Они не слышали, как Уэсли шел к ним, шумно брызгая водой, пока он не схватил Джастина за плечо и не толкнул его в реку.
— Вот так-то на тебя можно полагаться! — заревел Уэсли. — Ты всегда нападаешь на женщин, которых тебе поручено опекать?
Джастин выскочил из воды, кипя от ярости, и Лиа поняла, что сейчас начнется драка. Она встала между ними:
— Ты не смеешь вторгаться в мою жизнь! — закричала она, обращаясь к Уэсли.
— Вторгаться? — бросил он в ответ. — Ты — моя… ты моя подопечная, — закончил он. — Черт тебя побери, Джастин, а что бы ты делал, если бы застал свою собственную сестру с мужчиной в таком положении?
— Я бы потребовал, чтобы он на ней женился, — спокойно ответил Джастин. — Я уезжаю, Уэс. Не хочу, чтобы началась драка. Не хочу, чтобы между мужем женщины и ее родственниками угнездилась ненависть.
Он выбрался из воды и направился к своей лошади.
Уэсли молчал, пока лошадь Джастина не тронулась с места.
— Что он называет «мужем»? — спросил он тоном обвинителя.
Лиа подхватила белье Ким, которое затянуло под топляк, и стала выбираться из воды. Юбка промокла, поэтому поднимать ее больше не было надобности.
— Я задал тебе вопрос, — требовательно заявил Уэс, когда они выбрались на берег.
— Можешь успокоиться. Если тебя волнует именно это, я ничего ему про нас не сказала, — бросила она ему. — Я не запачкаю твое незапятнанное имя Стэнфорд. А теперь, если ты не против, я должна перестирать одежду твоей невесты.
Губы Уэсли напряглись:
— Это вы о Ким так долго разговаривали? Она бросила мокрые панталоны Ким к его сапогам:
— Тебя это может удивить, но мы, люди низшего слоя, не ведем разговоры о личностях более достойных, чем мы.
— Когда я приехал, мне почему-то не показалось, что вы много разговариваете. Вы оба промокли. Вы купались вместе? Ты опять позволила ему раздеть себя? — Он взял ее за плечи и обнял. — А когда он поцеловал тебя, ты почувствовала то же самое, что и от моих поцелуев?
Лиа много бы дала, чтобы сохранить спокойствие при прикосновении Уэсли, но не смогла сопротивляться. Это было не так, как после поцелуя Джастина, это была капитуляция. Он сильно прижал ее к себе, целуя в губы, и Лиа больше ничего уже не видела и не слышала. Мысли о ненависти исчезли, она вообще ни о чем не могла думать.
Когда Уэс разжал объятия, она была в шоке и едва удержалась на ногах.
— Как я понял, в объятиях Джастина тебе так хорошо не было, — изрек Уэс с таким самодовольством, что глаза Лии широко раскрылись.
Всем своим существом она поняла, что должна согнать с его лица улыбку. Без раздумья она прибегла к приему, которому ее обучил брат: она ударила коленом между ног Уэсли.
Он тут же рухнул на землю, а Лиа бросилась к его лошади, вскочила верхом и поскакала к их лагерю. Вспомнив, что ему придется возвращаться пешком, она засмеялась, но спустя несколько минут остановила лошадь. Что если она ранила Уэсли? Рассердиться она имела право, но не чувствовала за собой права причинить ему боль.
Она по-прежнему пребывала в сомнениях, когда с дерева спрыгнул Уэсли и схватил лошадь под уздцы.
— Каким образом?.. — хотела спросить Лиа. Но он не ответил и повел лошадь назад к водопаду.
Ей не понравилось выражение слепой ярости на его лице, она не осмелилась заговорить с ним. Не собирается ли он расправиться с ней?
На берегу реки он остановился.
— Слезай и принеси белье, — приказал он, и голос его был жестким. Лиа повиновалась.
Он вскочил в седло, взял из ее рук мокрую одежду, протянул ей руку и помог сесть за своей спиной. Она испугалась, взглянув на его лицо, боялась спорить с ним. Сидя в седле, Лиа старалась не касаться его, не хотела, чтобы он помнил о том, что она рядом.
По дороге лошадь оступилась, и Лиа едва не упала.
— Если тебе тошно касаться меня, хотя бы держись за чертово седло, — пробурчал он, и на этот раз Лиа не стала спорить.
Всю дорогу до лагеря они молчали. Если раньше Лиа и думала, что Уэс ее ненавидит, то теперь бешенство как бы пронизывало его существо. Тот, кто осмелился бы коснуться его, обжег бы себе пальцы. Лиа всеми силами старалась этого избежать.
Глава 10
Спустя два дня они встретили семью Гринвуд — Хэнка, Сейди и трех их маленьких сыновей. Лиа предложила им дальше ехать вместе. Последние два дня общество Ким, Уэса и Джастина не приносило ей радости. Уэс все время не спускал с нее сумрачного взора, Джастин же обращался с ней так, будто она вот-вот рассыплется, и Лиа уже начала испытывать раздражение из-за его чрезмерной заботы. Ким, видимо, не испытывала подобных ощущений и требовала от Уэса все большего и большего внимания.
Гринвуды и их шумные, подвижные ребятишки и помогли, хотя бы отчасти, избавиться от возникшего напряжения. По дороге им встретилось множество переселенцев, которые двигались и в Кентукки, и еще дальше на запад. Их влекли неописуемые богатства: плодородные нераспаханные земли, получить которые ничего не стоило. Угрозы со стороны индейцев больше не существовало, а Кентукки уже был штатом, поэтому они чувствовали себя в безопасности, защищенными от тягот. Некоторые из путников собрались в дорогу тщательно, их фургоны были загружены вещами. Эти люди распродали свои фермы, чтобы на вырученные деньги купить новую землю на западе. Но многие переселенцы просто бросили привычные, обжитые места, и за ними тянулись их семьи, не имевшие ничего, кроме одежды да мешка с провизией.
На пути переселенцев во множестве расположились гостиницы, но, несмотря на царившую в них грязь, за ночлег и еду здесь запрашивали чрезмерно высокую плату, и путники были вынуждены платить.
Лиа вспоминала собственное детство, когда ей на глаза попадались семьи с изможденными, измученными детьми, в лохмотьях, покорно бредущими на запад вслед за своими родителями. Она начала украдкой подкармливать некоторых из детей, скрываясь, чтобы Уэсли этого не видел — ведь продукты была куплены на его деньги. Вечером того дня, когда им встретились Гринвуды, ее попутчики сидели вокруг костра, и Лиа робко предложила дать немного припасов вставшей лагерем неподалеку от них семье, в которой было несколько детей.
Это был один из немногих случаев, когда Ким проявила решительность.
— А вам не кажется, что вы чересчур вольно распоряжаетесь чужим добром? — спросила она. — Люди должны привыкнуть сами заботиться о себе. Если мы начнем раздавать им все, они никогда не научатся полагаться на свои силы и будут рассчитывать на то, что мы станем их кормить.
Какое-то время все молчали, и когда разговор возобновился, то касался он совсем иных дел.
В ту ночь Лиа долго не засыпала, а когда решила, что все уже спят, отбросила одеяло, бесшумно подкралась к фургону, достала приготовленный тайком мешок со съестными припасами и в темноте направилась к заночевавшей поблизости семье. Детей у них было четверо, и они везли с собой ручную тележку со своим добром. Лиа беззвучно опустила принесенный мешок с едой рядом с тележкой и направилась было к своему фургону. Однако едва она сделала несколько шагов, как раздался шепот Уэса, и от неожиданности девушка вздрогнула.
— Тише, ты их разбудишь. — Уэс жестом позвал ее за собой в сторону леса.
Лиа сглотнула застрявший в горле комок, зная, что он застал ее за кражей принадлежавшей ему провизии. Она взмолилась, чтобы он не отправил ее домой, в Виргинию. Когда Уэс остановился, Лиа замерла на месте, но не осмелилась взглянуть ему в глаза.
— Что ты дала им? — спросил он.
— Бекон, муку и к-к-картошку, — ответила она, запинаясь. Лиа с мольбой посмотрела на него. — Я верну тебе деньги. Я не собиралась брать твои припасы тайком.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43

загрузка...