ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Коснется ли кто рокового клинка,
Найдется ли тот, чья не дрогнет рука?
Видишь? Прямо из пророчества взято.
– Вижу, – сухо отозвалась Морейн. – Ты только об одном забыл. Калландором ты овладел во исполнение Пророчества; сила, оберегавшая его более трех тысячелетий, исчезла, и он более не Меч-Которого-Нельзя-Коснуться. Используя Силу, я и сама могу извлечь его из камня. Однако беда в том, что это под силу и любому из Отрекшихся. Что, если вернется Ланфир? Воспользоваться Калландором она, так же как и я, не может, но забрать его сумеет.
Морейн отметила, что Ранд никак не отреагировал на упоминание имени Ланфир. Почему? Потому что не боится ее – но коли так, он попросту глуп. Или на то есть иная причина?
– Ну а если Калландор возьмет Саммаэль, или Равин, или кто-то другой из Отрекшихся? Каждый из них способен использовать его не хуже тебя. Подумай о противоборстве с могуществом, от которого ты так легко отказался. Подумай, насколько возрастет мощь Тени.
– Я почти надеюсь, что кто-нибудь из них явится за Калландором. – Глаза Ранда грозно сверкнули, они казались серыми грозовыми тучами. – Знай, Морейн, что всякого, кто попытается вынести Калландор из Твердыни, направляя Силу, ждет неприятная неожиданность. Поэтому и думать забудь о том, чтобы забрать меч на хранение в Башню. Я не мог установить ловушку, которая отличала бы Приспешников Темного от всех прочих. Сила приводит ее в действие, только Сила. И я не покинул Калландор навсегда. Только пока я… – Юноша глубоко вздохнул. – Калландор останется здесь, пока я не вернусь за ним. Он будет напоминать им о том, кто я, а покуда они помнят об этом, я смогу вернуться в Тир без всякой армии. И все они, даже Алтейма и Сунамон, будут меня приветствовать. Если, конечно, Алтейма переживет встречу с мужем, а Сунамон сумеет избежать виселицы. О Свет, как все запуталось.
Интересно, он действительно не смог сделать свою ловушку избирательной или не захотел? – размышляла Морейн. Она уже начала понимать, что Ранда не стоит недооценивать. Но Калландору место в Башне, во всяком случае, до тех пор, пока этот упрямец не возьмет его снова. Он сказал: "Только пока я…" Пока он что? Он хотел сказать вовсе не то, что сказал. Но что же?
– Ну и куда ты собрался? Или намерен держать это в тайне?
Морейн дала себе слово, что не даст ему удрать в Двуречье, но ответ юноши удивил ее до крайности.
– Никакой тайны, Морейн. Во всяком случае, от тебя и Эгвейн. – Он взглянул девушке в глаза и вымолвил одно слово:
– Руидин.
Девушка широко раскрыла глаза – она была поражена, будто впервые в жизни услышала это название. По правде говоря, и Морейн испытала нечто похожее. Ей почудился тихий ропот среди айильцев, но, когда она оглянулась, они маршировали с непроницаемыми лицами. Ей очень хотелось отослать их прочь, но она знала, что они ей не подчинятся, а обращаться к Ранду с просьбой, в которой он запросто мог отказать, она не желала.
– Ты не айильский клановый вождь, – твердо сказала она юноше, – и тебе нет нужды им становиться. Тебя касается лишь происходящее по эту сторону Драконовой Стены. Если только… Вот оно что – такие ответы ты получил в тер'ангриале. Кайриэн, Калландор и Руидин? Но я же говорила тебе, что смысл их слов смутен и неясен. Ты мог истолковать их неверно, а ошибка может оказаться роковой. И не только для тебя.
– Тебе придется довериться мне, Морейн. Ведь и мне частенько приходилось доверяться тебе.
По лицу юноши ничего нельзя было прочесть – в этом он не уступил бы любому айильцу.
– Так я и сделаю, – ответила Айз Се дай, – но если тебе потребуется мой совет, не тяни время, иначе он может оказаться запоздалым.
Я не позволю тебе предаться Тени. Ты стоил мне стольких трудов. Не позволю – как бы дорого мне это ни обошлось.


Глава 22. ПРОЧЬ ИЗ ТВЕРДЫНИ

Небо было подернуто белесыми облаками, смягчавшими жар полуденного солнца. Улицы города, по которым Ранд вел на восток странную процессию, продувал легкий ветерок. Согласно его приказу, жителям Тира не сообщили о том, что Лорд Дракон покидает Твердыню, однако известие о выступлении из цитадели отряда айильцев мигом обежало город. Любопытствующие выстраивались вдоль улиц, высовывались из окон, облепляли покатые крыши, цепляясь за шпили, коньки и флюгеры. По мере того как жители Тира подсчитывали число маршировавших по улицам айильцев, в рядах их нарастал ропот. Не может быть, чтобы столь ничтожные силы – всего несколько сот воинов – овладели Твердыней. А поскольку над крепостью по-прежнему развевался Драконов стяг, горожане предположили, что там остались тысячи айильцев, и разумеется, сам Лорд Дракон.
Ранд ехал по улице в одной рубахе и был уверен, что зеваки не отличат его от обычного путника. Для них он просто чужестранец – довольно богатый, раз едет верхом на породистом крапчатом жеребце, и малость чудаковатый, коли путешествует в такой более чем странной компании. Едва ли его могли принять за вожака отряда – на эту роль скорее подошли бы Морейн или Лан, хотя они и ехали позади него, перед айильской колонной. И боязливое перешептывание горожан было, конечно же, вызвано видом воителей Пустыни. Ранд подумал даже, что мог бы сойти за конюха, выезжающего лошадь своего господина. Хотя нет, слуга вряд ли поехал бы впереди. Да что там гадать, тем паче в такой славный денек, когда – что и вовсе редкость для Тира – веет прохладой. Ему не надо творить суд и расправу, ломать голову над государственными бумагами и можно, хотя бы на время, забыть о роковых знаках, выжженных на сжимающих поводья ладонях. Хотелось, чтобы это продлилось как можно дольше. Хоть чуточку дольше.
– Ранд, – промолвила Эгвейн, – ты уверен, что поступил правильно, разрешив им взять… все эти вещи?
Он обернулся на голос девушки, которая, пришпорив серую кобылу, поравнялась с ним. Откуда-то Эгвейн раздобыла темно-зеленое платье для верховой езды, а волосы ее были прихвачены на затылке зеленой бархатной лентой.
Морейн с Ланом держались позади, поотстав примерно на полдюжины шагов. Айз Седай, облаченная в голубое с зелеными прорезями шелковое платье для верховой езды, сидела на белоснежной кобыле. Ее темные волосы были убраны под золотую сетку. Ехавший на рослом вороном боевом коне Лан привлекал, пожалуй, не меньше внимания, чем айильцы. Плащ Стража менял цвета: при малейшем дуновении ветерка по нему рябью пробегали зеленые, коричневые и серые волны; когда он зависал неподвижно, то принимал цвет окружающих предметов, так что всадник становился как бы невидимым.
Мэт, осунувшийся и понурый, старался держаться подальше от Стража и Айз Седай. Ехал он на неказистом буром мерине по кличке Типун. Только знаток, приглядевшись к широкой груди и мощной холке коня, мог бы догадаться, что по выносливости и прыти тот не уступит скакунам Лана и Ранда.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 169 170 171 172 173 174 175 176 177 178 179 180 181 182 183 184 185 186 187 188 189 190 191 192 193 194 195 196 197 198 199 200 201 202 203 204 205 206 207 208 209 210 211 212 213 214 215 216 217 218 219 220 221 222 223 224 225 226 227 228 229 230 231 232 233 234 235 236 237 238 239 240 241 242 243 244 245 246 247 248 249 250 251 252 253 254 255 256 257 258 259 260 261 262 263 264 265 266 267 268 269 270 271 272 273 274 275 276 277 278 279 280 281 282 283 284 285 286 287 288 289 290 291 292 293 294 295 296 297 298 299 300 301 302 303 304 305 306 307 308 309 310 311 312 313 314 315 316 317 318 319 320 321 322 323 324 325 326 327 328 329 330 331 332 333