ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Ее откровенная сексуальность, правда, оставила Мерфи равнодушным, но внешность он оценил по достоинству.
— Я люблю жену до безумия. Поэтому пристрели меня. Я бы и сам застрелился, — ревел Джейк в трубку, — но у меня ведь, мать твою, нет теперь пушки!
Мерфи, улыбаясь, включил сигнализацию в доме.
— Приеду через двадцать минут.
Лулу трудно было вывести из себя. Но когда такое случалось, зрелище это было не для слабонервных. Расхаживая взад-вперед, она разорялась вовсю, кого-нибудь отчитывала и бросалась на людей словно фурия. Ее буквально в бешенство приводили проявления насилия и жестокости по отношению к людям и животным, не говоря уж об угрозе для ее друзей и родственников. Стоило ей только представить себе, как шальная пуля поражает ребенка, и она впала в неистовство.
Основной удар пришелся на Джейка Лидса. Он держался абсолютно невозмутимо, но попытка урезонить Лулу лишь подлила масла в огонь.
— А если вы кого-то раните? Чем вы сможете это оправдать? — напала на него она. Лулу пригрозила вызвать полицию, и Джейку ничего не оставалось как сдать ей свое оружие. Скрепя сердце.
А она взяла его. Скрепя сердце.
Как только ее пальцы сомкнулись на орудии убийства, Лулу почувствовала отвращение. Каким же человеком нужно быть, чтобы прицелиться и выстрелить в другого? Интересно, чувствует ли убийца угрызения совести, поразив свою мишень? Как можно убить кого-то и спокойно жить после этого? «Должно быть, акт самосохранения, — думала Лулу, — делает человека твердокожим, и его сердце черствеет».
Чтобы убедиться в черствости Джейка Лидса, ей хватило пяти минут, проведенных в его обществе. Уговорить его отдать оружие оказалось плевым делом по сравнению с попытками добиться от него хоть какой-то информации. На все задаваемые вопросы он неизменно сухо отвечал: «Спросите у Мерфи».
Раздосадованная, Лулу накинулась на Софи, но та увильнула от ответа, буркнув сварливо: «Я еще кофе не пила». Тогда настала очередь Руди и Жан-Пьера. Лулу не помнила и половины тех ругательств, которыми их осыпала, но знала, что это было что-то поистине ужасное. Жан-Пьер лишился дара речи, Джейк укрылся в ванной, а Руди, метнув на нее уничтожающий взгляд, бросил: «Нам сообщают только самое необходимое, Лулу. Но одно известно наверняка — ты в опасности».
— Ты хочешь сказать, Софи в опасности, — поправила его Лулу.
Но сестра, откинув назад упавшие на лицо спутанные со сна волосы, подтвердила:
— Руди не оговорился. А теперь прекрати изводить всех и… — Она принюхалась. — Запах просто роскошный. — Она грустно вздохнула и с сочувственной улыбкой посмотрела на Лулу. — Скушай булочку с корицей, милочка. Я, увы, не могу себе этого позволить. Пойду-ка оденусь. Скоро должен вернуться Мерфи. Он все тебе объяснит.
После этих слов застилавший глаза Лулу красный туман гнева сменился пурпурным водоворотом смятения. Ей хотелось выведать у Софи подробности, но сестра уже поднималась по лестнице. Она хотела расспросить Руди с Жан-Пьером, но те сбежали в гостиную.
Кипевшая в ней ярость улеглась. Софи опасность не грозила!
«Благодари Бога».
У Лулу отлегло от сердца, и по телу волной разлилась слабость. Она побрела в гостиную и бессильно упала в кресло Вив. Страх лишил ее привычного спокойствия. Страх оттого, что кто-то мог причинить вред Софи, страх оттого, что Джейк мог случайно ранить из пистолета какого-нибудь ребенка. Но более всего ее терзала необходимость каким-то образом справиться со своим влечением к Мерфи.
Она сорвалась.
Вся пунцовая, Лулу взглянула на Руди с Жан-Пьером. Те в немом оцепенении сидели рядышком на диване, прижавшись друг к дружке. Никогда они еще не видели Лулу такой. Софи оставалась ко всему безучастной: она-то знала, что приступы ярости сестры исчезают бесследно и она потом жалеет о сорвавшихся у нее с языка в пылу гнева словах.
Лулу разбушевалась, но потом успокоилась и теперь страшно сокрушалась обо всем, что произошло.
— Ребята, простите меня. Я совсем с ума спятила.
— Да уж. Тебе, видимо, стоит подумать не только о тайквандо, но и о занятиях по самоконтролю.
Жан-Пьер, в состоянии сильнейшего потрясения, испуганно моргая, поскреб лоб.
— Черт!
Лулу сокрушенно уставилась на мыски своих кроссовок. Когда в пылу спора Жан-Пьер подтвердил ей свою «клятву хранить молчание», она напустилась на него с упреками: «И что ты за друг после этого?» Хотя на самом деле он был самым лучшим ее другом, и Лулу понимала, что такое несправедливое обвинение глубоко ранило его.
— Я не хотела тебя обидеть, Жан-Пьер.
— Я знаю. — Он откашлялся. — Не нервничай, котенок. Все хорошо.
Руди переплел свои пальцы с пальцами Жан-Пьера, явно встревоженный тем, что партнер все еще расстроен.
— Где, черт побери, Мерфи?
— В пути. — Джейк Лидс вошел в комнату и опустился в кресло-качалку.
Лулу никак не могла успокоиться. Она обидела не только Жан-Пьера. Руди тоже порядком от нее досталось.
— Вы, я смотрю, уже перестали кричать, — заметил Джейк.
Лулу вскинула на него глаза.
— Я вела себя очень несдержанно, — проговорила она сиплым от смущения голосом.
Джейк посмотрел ей в лицо. В его глазах забрезжила надежда.
— Можно мне мой пистолет?
— Вы уходите?
— Нет.
— Тогда нельзя. — Лулу о многом жалела, но только не о том, что отобрала у него оружие.
В гостиную решительно вошла Софи в ботинках с острыми мысами на ультрамодных причудливых каблуках, в узких черных брючках и ярко-красной облегающей майке. Неброский макияж и высокий конский хвост говорили о том, что она стремилась выглядеть скромно, «кэжуал». Но выглядела сногсшибательно.
Лулу бросила взгляд на Джейка, не облизывается ли он. Но он не облизывался, сидел как ни в чем не бывало. С другой стороны, Лулу помнила, что он уже видел Софи в коротеньком халатике и только бровь приподнял, больше ничего. «Должно быть, он и впрямь любит свою жену, — с болью подумала Лулу. — Руди прав: не все мужики подлецы».
Стук в дверь заставил Софи резко повернуться, в то время как Лулу села, вытянувшись в струнку.
Мерфи.
В душе поднялось беспокойство. Уж лучше бы неприязнь. Лучше злоба, чем смущение. И то, и другое гораздо предпочтительнее возбуждения. Этот мужчина привнес в ее мирную, спокойную жизнь хаос и оружие. Как получилось, что она с таким нетерпением ждет с ним встречи?
Софи ввела в комнату пресловутого телохранителя, и Лулу вскочила на ноги. Он был свеж: вымыт, выбрит и смерть как красив. Даже в повседневной, будничной одежде он выглядел щеголем. Лулу снова отметила про себя, как здорово они с Софи смотрятся рядом: у обоих темные волосы, темные глаза. У них родились бы чудесные дети.
Лулу потерла грудь, которая вдруг заныла. Осознав себя единственным объектом внимания Мерфи, она ощутила, как ее пульс участился.
— Нам надо с вами поговорить, принцесса. — Его тон, как и выражение лица, был мрачным, но спокойным, он словно бы успокаивал ее: «Без паники. Все будет хорошо».
Так держалась Вив, когда усадила перед собой сестер, чтобы сообщить, что их папа и мама Софи погибли в автокатастрофе. Лулу в то время было всего семь, но она до сих пор отлично помнила охватившее ее тогда с самого начала жуткое предчувствие. Вот и сейчас ее всю трясло от такого же переполнявшего ее ужаса. Она не хотела слышать то, что Мерфи намеревался ей сообщить, но не выбежала из комнаты, а сжала в кулаки влажные ладони и, стараясь сохранять твердость, поинтересовалась:
— Где ваш пистолет?
— Заперт в машине.
— Ты хотя бы знаешь, где он, — сказал Джейк и приподнял козырек своей кепочки. — Ну ладно, где ты хочешь разговаривать?
— Почему бы нам не устроиться в столовой? — предложил Жан-Пьер. — Там можно и попить кофе с конфетами.
— По-моему, мысль хорошая, — одобрила Софи. — По крайней мере что касается кофе.
Руди, Жан-Пьер и Джейк разом поднялись. Сердце у Лулу сжалось. Ее беспокойство усилилось, когда Софи шагнула к ней.
— Отчего это мне кажется, будто вокруг меня какой-то заговор и все о чем-то секретничают?
— Так оно и есть. — Софи взяла Лулу под руку. — Это насильственное вторжение.
Лулу, окончательно сбитая с толку, обводила взглядом присутствующих в комнате: друзей, сестру и двух авторитетных служащих.
— Что-то я никак не пойму. Ведь это не связано с какими-то злоупотреблениями?
Мерфи приблизился к ней вплотную и пристально взглянул сверху вниз. Она почувствовала, как почва стала уходить у нее из-под ног.
— Это связано с человеком, подвергающимся опасности и не желающим признавать очевидного.
— Я не отказываюсь признавать очевидного. И я не подвергаюсь опасности. — Слова с хрипом вылетали из груди Лулу. Руди высказал какую-то умную мысль, которую, очевидно, почерпнул в одной из своих книжек из серии «Помоги себе сам», но Лулу оказалась не в состоянии сосредоточиться на его словах: на нее рядом с Мерфи нашло какое-то оцепенение. Он не прикасался к ней, но она буквально физически ощущала его надежность и его участие. Сердце колотилось где-то в горле.
— Трусики-танга предназначались вам, принцесса, — объявил он. — У вас завелся фанатичный поклонник.
Лулу удивленно уставилась на него. Так в этом все дело? Это и есть дурные вести?
— Какой-то отвратительный тип, преследующий грязные цели.
От испытанного облегчения у Лулу вырвался нервный смешок.
— Да это просто смешно!
— Ничуть. — Софи сжала ее руку. В глазах сестры читалось беспокойство. — Это опасно. Какой-то придурок хочет залезть тебе под юбку, и он ни перед чем не остановится.
Потрясенная, Лулу глупо вытаращила глаза на Руди и Жан-Пьера:
— Вы в это верите?
Они кивнули. Они верили в это!
Голова у Лулу закружилась, и она машинально оперлась о Софи.
— Пусть даже кто-то, — она сделала паузу и закатила глаза, — заинтересовался мной, пусть эти трусики — совершенно неуместный подарок, но ведь он адресован «Девушке моей мечты». Что в этом плохого?
Софи с Мерфи переглянулись.
— Мне это порядком надоело! — Лулу сердито оттолкнула от себя сестру. — Вы все от меня что-то скрываете, ходите вокруг да около, потому что решили, будто я не смогу с этим справиться. — Хотя было на самом деле кое-что, с чем она не могла справиться, — со своим жутким предчувствием. — Если это еще не все, то договаривайте! Ну, выкладывайте!
Софи тихо выругалась.
— Хорошо же! Ты вчера не была больна.
Мерфи взял Лулу за плечо. Его глаза светились нежностью.
— Вы находились под действием наркотика.
Глава 11
Нет ничего хуже, чем приносить дурные вести. Мерфи хотелось утешить Лулу и, заключив в объятия, прогнать поцелуями печать страдания с ее лица. Но он лишь крепче сжал ее плечо, давая ей возможность со всем справиться самой. Софи хорошо знала сестру. Известие о наркотике буквально сразило ее. Сокрушенно взирая на потрясенную Лулу, Мерфи почувствовал, как она покачнулась.
«Скотина!» — обругал себя Мерфи зато, что нанес ей этот удар.
Словно услышав это мысленное ругательство, Лулу подняла на него глаза, в которых читалось полное с ним согласие.
— Мне нужно подышать воздухом. — Она высвободила руку и, не сказав ни слова, решительно вышла из комнаты.
Мерфи тихо присвистнул и, выгнув брови дугой, обратил взгляд на всю честную компанию. Он знал, что будет непросто.
— Дайте нам минуту.
— Лучше ты, чем я, — недовольно буркнул Джейк.
— Я хочу присутствовать, — сказала Софи. Гэллоу и Жан-Пьер ее поддержали. Мерфи кивнул.
— Понятно. — Он нашел Лулу на закрытой веранде, где она задержалась, чтобы поднять велосипед, который случайно опрокинула.
— Я вам не верю, — бросила она, не оборачиваясь.
— Я знаю. — Мерфи и не думал ее успокаивать, и она выбежала за дверь. Он решил при первой же возможности разобрать хлам на этой веранде и заменить сломанный замок. Все в доме просто вопило об отсутствии мужчины. Мерфи спустился по лестнице, чуть не споткнувшись о фонарь из тыквы, и через лужайку направился вслед за Лулу. Он нагнал ее, когда она торопливо шагала, почти бежала, по направлению к пляжу. — Вы сердитесь.
— Нет, я расстроена. Это не одно и то же.
— Я слышал, у вас бешеный темперамент.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45

загрузка...