ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

— Она вскочила с пола и, припадая на одну ногу, бросилась к нему. — Где она была?
— У вас под кроватью.
Девушка выхватила у него из руки туфельку и тут же ее надела.
— Ей-богу, я там смотрела, — сказала она и, вскинув руки, прошмыгнула мимо.
Мерфи последовал за ней через так называемую столовую (где громоздились: швейная машинка, манекен, а также катушки с лентами и кружевом) в безукоризненно чистую кухню. Плита без единого пятнышка. Девственно чистая полочка для специй, к которой никто никогда не притрагивался. Стеклянный буфет, заполненный консервными банками с супом и бутылками покупных соусов. Творчество женщины, как видно, на приготовление пищи не распространялось.
— Прямо не знаю, как вас благодарить. Теперь уж я не опоздаю и мне не придется лететь на праздник как ошалелой. Если бы вечеринка у Фарры так не затянулась, у меня бы не возникло такой проблемы. Но я не жалуюсь — сама виновата. Не нужно было соглашаться на две сразу. — Женщина открыла холодильник, достала термос, на котором была изображена Лара Крофт — расхитительница гробниц, и протянула его Мерфи. — Софи уже второй раз за эту неделю оставляет дома свой протеиновый коктейль. Без Вив, которая следила за нами… Впрочем, вам это не интересно.
Из сказанного следовало, что принцесса — это Лучана Росс. Вот они, чудеса дедуктивного метода!
Девушка снова повела его, слегка подталкивая, в гостиную.
— До чего же мило с вашей стороны выполнить просьбу Софи, заехав сюда. Если бы только она питалась в служебном кафетерии, как и все мы! Так нет же! Вбила себе в голову, что она толстая. А это совсем не так. Просто начиталась всяких глупостей. — Девушка махнула рукой в сторону стопки дамских журналов. — Это отрава, уверяю вас.
Мерфи с ней в этом был абсолютно согласен, но промолчал. Он по-прежнему силился понять, как, черт побери, так вышло, что он стоит, держа в руках термос с изображением супергероини.
Принцесса продолжала о чем-то болтать, пожимая плечами в искусственной шубке до пят. Цвета виноградного «Кулэйда» с лиловым отливом.
— А вот мне плевать на высокую моду.
Это заметно, подумал Мерфи, когда она выхватила розовую сумочку «пудель». Он как завороженный следил, как принцесса на одно плечо повесила обруч, а на другое — вместительную сумку из разноцветных лоскутков.
— Вы не могли бы захватить мое майское дерево? Спасибо, — сказала она, с трудом продираясь через дверь.
Мерфи уже не удивило, что женщина не потрудилась попросить его закрыть за собой дверь, не говоря о том, чтобы запереть ее. Тем не менее он повернул замок изнутри и крепко захлопнул ее, прежде чем преодолеть веранду и бесполезную входную дверь на улицу, волоча за собой пятифутовый, увитый лентами шест и термос с изображением персонажа компьютерной игры в придачу. Торопливо следуя за ней по ступеням, он поспешно опустил на нос очки. В таких случаях лучше, если никто тебя не запомнит.
Лучана Росс двигалась довольно проворно, если учесть, что она была в бальном платье и на каблуках. Дойдя до машины, она с трудом протиснулась за руль розового «жука». Слои кринолина взлетели кверху, со всех сторон окружив руль, но девушке, видимо, все было нипочем. Включая правой рукой зажигание, она левой указала на шест, который держал Мерфи:
— Закиньте его назад.
Он подчинился, устроив рядом с ним и термос. Она ничего и не заметит: заднее сиденье, как и комнаты в доме, было завалено вещами. Просунув руку через открытое переднее окно, между слоями кружевной розовой пышной материи, Мерфи повернул ключ и заглушил двигатель.
— Эй!
— Нам с вами надо поговорить, миссис Росс. Женщина поморщилась.
— Не называйте меня так, пожалуйста.
Понятно. Однако и принцессой ее Мерфи называть не собирался. Нужно было вернуть ее к действительности, чтобы объяснить свое присутствие.
— Лучана…
— Лулу, — поправила она с улыбкой. — Вив — единственная, кто называет меня Лучаной, и лишь тогда, когда у меня крупные неприятности, то есть когда я вляпалась в какую-нибудь бяку.
Это что, в дерьмо, что ли? И где только, на какой планете обитает эта Лулу? Мерфи вскинул брови.
— Собственно говоря…
— Я бы с удовольствием поговорила с вами, но я опаздываю. Может, как-нибудь в другой раз. — Она снова взялась за ключ зажигания.
Мерфи накрыл ее руку своей, ощутив тонкую кисть, бархатистую, гладкую кожу и соблазнительный, острый лимонный аромат. Ему вдруг чертовски захотелось пробежать языком по ее запястью с пульсирующей жилкой. Весьма некстати, если учесть, что эта женщина — клиентка. А следовательно: руки прочь.
— Дело важное.
Женщина в недоумении уставилась на его руку, которая лежала на ее запястье, как на своей собственности.
— Послушайте, мистер…
— Мерфи. — Почувствовав, что — наконец-то!— привел ее в смятение, он выпустил руку женщины и, упершись ладонями в бедра, наклонился вперед, чтобы видеть ее глаза. Он еще не знал, благодарить Боги или проклинать за то, что тот свел его с таким бестолковым, но чрезвычайно энергичным существом. Чутье подсказывало ему, что с ней будет одна морока. Может, тот тип из продовольственного магазина и зануда, но он по крайней мере не вызывал у Мерфи сексуального возбуждения.
— Мистер Мерфи…
— Просто Мерфи.
Уголок ее рта дрогнул. На резко очерченных скулах сверкнули переливчатые блестки.
— Ладно, Мерфи. Что бы у вас с моей сестрой ни было, я вам не помощница. Сестра сама себе голова, когда дело касается ее мужчин. И заставить ее обратить на вас внимание и предпочесть всем остальным я никак не могу. — Взмахом руки женщина отогнала Мерфи от машины и завела двигатель. — Только одно могу вам сказать: слабохарактерные мужчины ей очень скоро надоедают. В следующий раз, когда она вздумает вам что-нибудь поручить, скажите, что вам некогда.
С этими словами она нажала на газ и тронулась с места, благополучно отделавшись от Мерфи и оставив его ни с чем. Или она так думала.
Глава 2
И когда только Софи прекратит морочить головы мужчинам? Лулу со вздохом включила в машине печку. Когда-нибудь сестра доиграется: жестокий флирт и бесконечные романы ей выйдут боком. Когда-нибудь она встретит достойного соперника и сядет в лужу. София Марино, самая младшая из отпрысков известных в театральных кругах Марино, была пылкой, честолюбивой и неотразимой. Ни один мужчина не мог перед ней устоять. Но когда встречаются подобия — бац! — происходит взрыв, и тогда берегись!
Посмотревшись в зеркало заднего вида своего «жука», Лулу поправила на голове диадему. Кстати, о взрывах. Когда до ее руки дотронулся этот Мерфи, потерявший от любви голову бедолага, ее словно обожгло. И после этого она уж и не знала, кто из них более достоин жалости — он или она сама?
Стоп! А если подумать… Определенно она. Лулу готова была поставить свои австрийские украшения из хрусталя за то, что Мерфи от недостатка женского внимания не страдает. Ведь он, в конце концов, крутит роман с ее сестрой.
Интересно, откуда он? Из Филадельфии? Из Нью-Йорка? В этих темных джинсах, темно-бордовом свитере и стильном кожаном пиджаке он выглядел неотразимо, а следовательно, скорее всего крутится в этом же бизнесе. Актеров Софи обычно избегала: они, как это принято считать, заняты только собой, тогда как Софи жаждала безграничного внимания к собственной персоне. По Мерфи не скажешь, что он бедствует. Этот мужчина излучал спокойную уверенность в себе. Возможно, это сценарист, с которым Софи переписывалась по е-мейлу, или тот оператор, который, по ее словам, влюбился в нее во время последней съемки рекламы. Вот только она, описывая этого оператора, восторгалась его потрясающими, собранными в длинный хвост черными волосами. У Мерфи же волосы были цвета соли с перцем и очень коротко подстрижены — ежиком под Джорджа Клуни. Сек-су-аль-ный. Правда, она к нему особо не приглядывалась.
Поначалу она вообще в его сторону не смотрела, так была озабочена поисками туфли и все время про себя повторяла подробности сочиненной для Молли Магуайр сказки. Лулу спешила, думала, как бы не опоздать. Она скорее умрет, чем припозднится на день рождения к ребенку. Человеку пять лет бывает только раз в жизни. Софи частенько подшучивала, что, когда Лулу «переключается», ей уже ни до чего, пусть хоть солнце погаснет.
Вот только сейчас, из-за Мерфи, она никак не могла «переключиться». Он накрыл своей теплой, сильной ладонью ее руку, и ее настроя как не бывало. Он пробудил в ней желание, которое, как она думала, находилось уже в коматозном состоянии. Одно лишь прикосновение — и сердце в груди затрепетало, она была почти готова тут же, на подъездной дорожке, наброситься на мужчину и сорвать с него одежду. Среди бела дня! По крайней мере именно такой пикантный сценарий моментально родился в ее голове.
Руди и Жан-Пьер с полным правом могли бы ею гордиться.
Ее друзья, всюду сующие свой нос, не переставали ей советовать развивать чувственную сторону своей натуры. Особым рвением, достойным лучшего применения, в этом деле отличался Руди Гэллоу, который последние несколько месяцев провел за изучением книг из серии «Помоги себе сам», составлявших большую часть его увеличивающейся не по дням, а по часам библиотеки. Он все пытался помочь ей открыть для себя радость здорового секса (на слове «здорового» особое ударение) и старался даже больше, чем ее вечно лезущая со своими непрошеными советами сестра. А это о многом говорило.
Но Лулу была так поражена вспышкой своего интереса к мужчине, что помчалась от него прочь сломя голову как черт от ладана, вместо того чтобы начать флиртовать с ним. И это понятно: положить глаз на бой-френда собственной сестры — что может быть дурнее?
«Сосредоточься на лунной сказке для Молли Магуайр. Вживайся в роль. Сосредоточься!»
Луду вырулила на парковую автостраду Штата садов и, влившись в движущийся на север транспортный поток, надавила на газ. Вскоре она окажется среди детей. Они лучшее, что есть в жизни. Сосредоточься.
Лулу барабанила пальцами по рулю.
Возможно, Софи подцепила Мерфи во время ее смены в казино. Полуодетая встречающая посетителей девушка по своим возможностям привлекать мужчин соперничала с карточным столом для игры в покер. За четыре недели работы в «Карневале» шоколадной брюнетке с экзотической внешностью поступило рекордное количество предложений, только половина из которых касалась замужества.
Просто уму непостижимо, размышляла Лулу, как при такой исключительной красоте и прирожденном таланте Софи никогда не удавалось получить главную роль в какой-нибудь бродвейской постановке. На второстепенные роли, на съемки в рекламных роликах ее, конечно, приглашали. Роль представителя коммерческого телеканала Кью-ви-си даже доставляла сестре удовольствие, но настоящая слава обходила ее стороной. Предложения стоящих ролей за прошлый год иссякли, а вместе с ними и банковский счет. Телефонный разговор, во время которого сестра жаловалась в трубку: «Ах, если б я могла сбросить еще десять фунтов!» — побудил Лулу взять дело в свои руки.
Довольно!
И она, пристыдив младшую сестру, немедленно заставила ее переехать на зиму к бабушке. «Следующие несколько месяцев Вив проведет во Флориде, — сказала она. — Нам с тобой вдвоем будет хорошо: мне веселее, а ты получишь передышку от материальных проблем. Сможешь подрабатывать в казино „Карневале“, как я, и между делом ездить в Манхэттен на прослушивания».
Когда Софи заартачилась, Лулу разыграла свой последний козырь — начала бить на жалость: ей, мол, одиноко, у нее депрессия. Бывший муж Лулу, Терри Росс, переехал в Чикаго со своей любовницей, а бабушка Вив временно переселилась в Орландо, чтобы «вспоминать прошлое» с одним из своих бывших. В словах Лулу быладоля правды. Она действительно страдала от одиночества. Но в первую очередь ее все же беспокоила сестра: Лулу опасалась, что, если Софи сию же минуту не уедет из Манхэттена, конкурентная борьба среди актерской братии и ее собственные рефлексии просто съедят ее живьем.
Забавно: Софи считала Лулу слабой и беззащитной, тогда как та точно знала, что, какой бы непробиваемой ни выглядела ее маленькая сестренка, в ее груди бьется чересчур ранимое сердечко.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45

загрузка...