ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

— Я все понимаю. Но Фредди являлся полноценным членом нашей семьи. Это живое существо, а папа считал себя неуязвимым. Я уверен: он ни минуты не сомневался, что сможет спасти его. — Мерфи устремил взгляд за окно эркера, на возвышающиеся возле дома сосны. — Скорее всего он задохнулся от дыма или на него обрушилось горящее перекрытие. Мгновение спустя Мерфи повернулся к Лулу и встретился с ней взглядом. В его глазах она увидела гнев, тоску, и это заставило ее сердце болезненно сжаться.
— К тому времени подоспела пожарная бригада, — продолжил он. — Мама буквально обезумела. Когда папа не вышел из дома, она бросилась в огонь мимо пожарного.
Сердце у Лулу громко стучало от боли и восхищения.
— Она кинулась спасать вашего отца.
— Довольно глупо, не правда ли?
— Она, верно, очень его любила.
— Да. — Мерфи с каменным лицом откинулся назад, скрестив руки на груди. — Мне пришло в голову, что я должен объясниться с вами.
— Вы мне ничего не должны. — Лулу хотелось броситься к нему и обнять, но Мерфи всем своим видом словно бы предостерегал ее: «Назад!» — Однако я рада, что вы мне все рассказали. — Зная, как скуп Мерфи на слова, Лулу почувствовала гордость оттого, что он захотел поделиться с ней и рассказать об этом страшном эпизоде своей жизни. Спросить, что ли? — Колин?
У Мерфи на лице появилось усталое выражение, как и всякий раз, когда Лулу обращалась к нему по имени. — Да? Лулу поерзала.
— Я поняла, что Богарты вас усыновили. Но я никак не возьму в толк, почему вы, как Джо, не пошли работать в ФБР. Ваше желание бороться с организованной преступностью мне совершенно понятно.
Мерфи криво усмехнулся.
— Для того чтобы попасть в ФБР, нужно окончить колледж. А Мэнни и Роза люди небогатые. Мне не хотелось разорять их. Спасибо им уже за то, что они меня вырастили. В восемнадцать лет я поступил в морскую пехоту и в армии получил высшее образование, а также прошел школу жизни. Я понял, что мой долг — бороться со злом в любых его проявлениях и на всех фронтах. Миссия выполнена.
— А кстати…
— Пожалуй, я сначала пойду приму душ. — Мерфи поднялся и жестом указал на хлопья и молоко. — Вам нужно что-нибудь еще, пока я не ушел?
Его нежелание обсуждать свою службу в армии лишь подогрело любопытство Лулу. Она сверкнула в обманчиво-невинной улыбке.
— Ну, раз уж вы спросили, то да. Мне нужен доступ к Интернету.
Предположение Мерфи о том, что Лулу закрылась в библиотеке для проверки электронной почты, не подтверждалось. Последние пару часов она вела себя необычно тихо, то и дело исподтишка поглядывая на него.
«Ягуар» въехал в подземный гараж, и Мерфи заметил себе, как бы не забыть по возвращении из «Карневале» проверить журнал в компьютере, посмотреть, куда она лазила. В голове у нее что-то безостановочно бурлило, и это его страшно беспокоило. Нехороший знак. И потом сегодняшнее утро — сущий кошмар. Значит, и остаток дня скорее всего будет не лучше.
Мерфи остановил автомобиль и помог Лулу выбраться. От прикосновения ее теплой руки он ощутил покалывание в своей ладони. Когда Лулу подняла голову и посмотрела на него с каким-то особым, похожим на восхищение выражением, ее глаза лучились уже знакомым ему теплом. А может, это была жалость. Наверное, он выглядел сентиментальным болваном, когда бормотал свои многословные и нудные извинения. Он начал рассказывать о родителях, потому что хотел как-то успокоить свою совесть. Его сексуальным поползновениям нет оправданий, но Мерфи было важно, чтобы Лулу поняла, чем вызвано его поведение. Меньше всего Мерфи хотелось, чтобы она его боялась. Чтобы эффективно обеспечить ее безопасность, ему нужно ее доверие.
Но, приоткрыв завесу над своим прошлым, Мерфи лишь крепче привязал себя к этой женщине, а это ему ни к чему. Главное для него — помнить о том, что она по-прежнему в опасности. Следует думать головой, а не сердцем. Следует держаться от нее на расстоянии.
Лулу перекинула через плечо эту свою треклятую сумку «пудель», улыбнулась ему — само очарование, — и Мерфи про себя подумал: «Ну, парень, теперь держись».
— Вы готовы? — спросила Лулу.
Вопрос с подтекстом. Мерфи криво усмехнулся в ответ и повел ее к лифту. Как только они оказались в суматошном фойе казино, у Мерфи на затылке открылась еще пара глаз. Каждый темноволосый мужчина до пятидесяти лет с оливковой кожей попадал в подозреваемые. Каждый укромный, плохо освещенный уголок становился потенциальной зоной риска.
Возможности обследовать помещение заранее он не имел, а потому проводил осмотр на месте, первым делом отметив для себя вход и выход. Лулу, петляя по залу, пробиралась сквозь толпу и по ходу знакомила Мерфи с программой выступлений, а он, держа руку у нее на талии, прикидывал в уме пути к отступлению — наиболее доступный и запасной — на крайний пожарный случай, если вдруг возникнет какая заварушка.
— Здесь проходят наши первое и третье выступления, — объясняла Лулу. — Второе отделение представляет собой встречу и приветствие гостей в буфете, а потом мы сопровождаем их в вестибюль. Вот это всегда риск. Программа закрывается парадом через главный зал казино и выступлением в фойе отеля.
Лулу двигалась вперед, отвечая на летевшие со всех сторон приветствия многочисленных служащих. Как Мерфи и предполагал, принцесса, или Джемма, как ее здесь называли, пользовалась у взрослых не меньшей популярностью, чем у детей. И это его не удивляло. Он мысленно превозносил ее, когда она вдруг резко остановилась перед какой-то сдвоенной дверью без вывески.
— В чем дело?
Лулу, намотав на палец прядь волос, пожала плечами:
— Мне нужно переодеваться.
— Ну и хорошо.
— Гримерная здесь, в служебной части здания. Посторонним вход воспрещен, — прибавила она, когда Мерфи попытался открыть дверь.
Он улыбнулся и легонько подтолкнул ее.
— Я серьезно, — шепнула она, — вам туда нельзя. Мне кажется, вам лучше подождать меня в зале.
— Сами знаете, что надо делать, когда кажется. Идите вперед и не делайте такое виноватое лицо.
— Не могу, — ответила Лулу, торопливо подходя к двери с кнопочной панелью. — Мы нарушаем правила, а я никогда не нарушаю правил.
— Какой ужас!
Лулу с негодованием посмотрела на Мерфи, набрала на панели код и, распахнув дверь, втолкнула его внутрь.
Перед Мерфи открылось хаотичное и захватывающее зрелище: без конца снующие в две разные двери мужчины и женщины, натягивающие на себя сверкающие костюмы и головные уборы из перьев, обменивающиеся по ходу игривыми шуточками с сексуальным подтекстом, идеальные, без единой спущенной петли, ажурные чулки, блеск изящных тел и много всего другого.
— Это что за красавчик? — последовал вопрос от мужчины, напоминавшего разодетого в пурпур и золото шута. Сидя на гримерном столике, он пристегивал ходули.
Лулу подвела Мерфи к сказочному человечку и ряду зеркал с подсветкой.
— Это мой друг.
Впечатляет, подумал Мерфи. Солгала и даже не покраснела. Он протянул мужчине руку.
— Колин Мерфи.
— Мортимер. — Мужчина пожал ему руку и подмигнул Лулу. — Хорош.
Она откашлялась и бросила сумку на стол.
— Я знаю, ему нельзя здесь находиться, но…
— Да кому какое дело, дорогая моя? — Красотка с большими глазами и пухлыми губами напялила на голову белокурый кудрявый парик. — Можно подумать, мы сами сюда никого не водили. Ну, ты, положим, не водила. Ты вообще никогда ничего против правил не делаешь. — Женщина намазала губы красной помадой и бросила на Мерфи короткий взгляд через плечо: — Развращаете нашу девочку?
Лулу, закатив глаза, раскрыла розовую коробку, набитую разными тюбиками, баночками и кисточками.
— Это Трикси, — представила она женщину, жестом приглашая Мерфи присесть в потертое кресло. — Она тоже жонглерша.
Трикси. Мерфи улыбнулся. Подходящее имя. Но его улыбка тотчас померкла: Лулу сняла свитер и повесила его на спинку своего кресла. Он замер, пораженный тем, что мисс Паинька, ничуть не смущаясь, сидит в комнате, полной народу, половина из которого мужчины, и на ней, кроме обтягивающих джинсиков, только крошечный лифчик. Очень сексуальный розовый атласный лифчик. Ну что за черт! Мерфи уставился на ее отражение в зеркале, с восхищением разглядывая ее безупречную грудь. Грудь, за которую он ее сегодня схватил. Глядя на нее сейчас, он разве что не облизывался. Ага. Однако интересно, один ли он здесь такой? Мерфи огляделся вокруг и, к своему изумлению, обнаружил, что так оно и есть — один. Никто из артистов-мужчин даже голову в ее сторону не повернул. Наверное, они все геи, заключил Мерфи. Это успокаивает.
Лулу порылась в коробке и начала накладывать… как, черт возьми, это называется?., основу под макияж, продолжая знакомить его со своими коллегами.
— У каждого, конечно, есть свой коронный номер, но если в двух словах, то это вот Юджин. Он выступает на велосипеде с одним колесом. Это фокусник Чародей, это Рейвен, она выступает на ходулях, это акробатка Джингл, а это клоун Анри. С Мортимером и Трикси ты уже познакомился. А это Мерфи, телохранитель, будьте знакомы.
Все находившиеся в комнате люди хором поприветствовали Мерфи, не обращая ни на него, ни на грудь Лулу ни малейшего внимания: все — и мужчины, и женщины — были заняты — накладывали грим и украшали себя стразами.
— Чтоб тебя! — выругалась Трикси, взглянув на настенные часы и одновременно воюя с накладными ресницами. — Он будет здесь уже через десять минут.
Царившее в комнате оживление переросло в суматоху. Все бросились надевать обувь и хватать свои сценические принадлежности. Мерфи это напомнило спешные сборы солдат во время внезапной учебной тревоги.
— Кто будет? — поинтересовалась Лулу, подводя глаза ярко-синим карандашом. — И почему такая спешка? До начала еще сорок пять минут.
— А вот и нет. — Мортимер надел золотистую полумаску. — Питерсон сказал, что автобус отъезжает ровно в 11.15, тютелька в тютельку. Вчера вечером он созвал всех и объявил, что мы должны выйти на час раньше. Разве тебе не сообщили о дополнительном выступлении?
— Нет. Я… — Лулу посмотрела на Мерфи. — Меня вчера вечером не было дома.
Мортимер с Трикси заулыбались.
— Пра-а-авда? Да что ты говоришь!
Лулу соскочила с места и бросилась к своему шкафчику. Распахнув металлическую, с вмятинами, дверцу, она вытащила оттуда три булавы, туфли с загнутыми мысами и… а это что еще такое? Неужто прозрачные пурпурные шаровары?
«Господи помилуй! — взмолился про себя Мерфи. — Не позволь ей оголяться прямо здесь и сейчас». Лулу исчезла за дверью, к которой была прикреплена написанная от руки вывеска: «Роковые женщины». Слава тебе, Господи! Приказав себе стойко переносить все ниспосланные ему испытания и думать о деле, Мерфи обратился к Мортимеру:
— Кто это — Питерсон?
— Директор развлекательных программ. Ярый поборник строгой дисциплины.
Юджин нахлобучил на голову черный котелок с блестящей золотой лентой и схватил три резиновых курицы.
— Если Питерсон обнаружит вас здесь, с нас со всех стружку снимут. — Он ткнул одной из куриц в Мерфи. — Прости, старик, но тебе сейчас же нужно уйти.
Интересно, подумал Мерфи, уж не думает ли Мортимер напугать его этим предметом, и, кстати, какой у него коронный номер.
— Не могу.
Акробатка Джингл в изумлении вытаращила на него глаза.
— Вы что, хотите Лулу под монастырь подвести?
— Ладно Лулу, — вступила в разговор Рейвен. — А вот как быть с Рупертом?
— Ох ты черт! — Трикси, упершись руками в бока, развернулась. — Опять этот болван опаздывает! Третий раз за месяц. И где он только шляется?
— Кто? — Лулу вылетела из смежной комнаты, зашнуровывая на себе какую-то хитрую штуковину наподобие корсета. Ее грудь почти вываливалась из золотистых металлических чашечек, и — да, эти шаровары оказались прозрачными. Не надо было слишком внимательно приглядываться, чтобы различить под ними шортики французского покроя с золотыми блестками.
Мерфи провел рукой по своим подстриженным ежиком волосам, надеясь, что его голова не треснет оттого, что он видит, как мало одежки на Лулу.
— Вы о ком? — переспросила Лулу.
— О Руперте. — Сцепив за спиной руки в перчатках и опустив голову, Анри — этакая комичная клякса — расхаживал взад-вперед по комнате.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45

загрузка...