ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


ПОИСК КНИГ    ТОП лучших авторов книг Либока   

научные статьи:   принципы идеальной Конституции,   прогноз для России в 2020-х годах,   расчет возраста выхода на пенсию в России закон о последствиях любой катастрофы

 


Медленно, со скрежетом проворачивается лежащее на шиномонтажном
станке старое колесо. Поддев ломом кромку покрышки, Арон силится отделить
ее от проржавевшего диска...
На балансировочном станке быстро вертится второе, уже смонтированное
колесо. Вася следит за стрелкой прибора. То остановит станок, пометит
мелом, то снова пустит колесо вертеться...
Гремит "Свадебный марш"... На верстаке вулканизируется сразу
несколько камер. А вокруг нагромождение покрышек, рулоны "сырой" резины,
погнутые диски, нипеля, грузики для баланса, инструменты, компрессор с
огромным манометром, чан с водой для проверки камер...
Около мастерской штук десять автомобилей. Владельцы несут дырявые
покрышки и рваные камеры к Арону и Васе, тащут от Васи и Арона уже
починенные, залатанные, накаченные...
Вася ведет расчеты с клиентами, складывает трешки и рублевки в
большую железную коробку, что-то отмечает в журнале.
У Арона и Васи черные руки, замызганные комбинезоны, мокрые грязные
изможденные лица. Тяжелая, адовая работа... А над всем этим - Мендельсон.
"Свадебный марш"!..
В мастерскую входит председатель гаражного кооператива:
- Рабинович! Тебя жена к телефону!
- Спасибо, шеф! - говорит ему Вася и убегает.
- Арон Моисеевич! Иванов!.. Распишись, что с противопожарной
инструкцией ознакомлен, - председатель протягивает Арону папку.
Арон вытирает руки ветошью, берет карандаш:
- Где?
- А вот - "Иванов А.М."... Порядок!
Гремит "Свадебный марш" Мендельсона...

Вечером, умытые и измотанные, ехали с работы. "Москвич" скрипел,
стучал, фыркал прогоревшим глушителем.
Вася считал деньги, раскладывал в две кучки на "торпеде".
- Один хмырь болотный приволок грузики из Тольятти. Я ему отстегнул
полтинник...
- Молодец, похвалил его Арон.
- Четвертак вода и электричество за прошлый месяц... Двадцать
процентов арендной платы. И червонец я заслал ночным сторожам. Мало ли
что!
- Правильно.
- Договорился с шиноремонтным заводом. Будем отдавать им колеса в
наварку. Они хотят по тридцатнику, мы будем брать с клиентов по полста.
Двадцать наши...
- Здорово.
- Держи. Тебе семьдесят восемь и мне семьдесят восемь.
- И день прошел не зря, Арон спрятал деньги в карман и остановил
машину у дома Василия. Чего Ривка звонила?
- Сдала в ОВИР все наши документы. Велели ждать.
- Сколько?
- Тебе то что? Ты же ехать не собираешься.
- Мне партнера подыскивать нужно. Не Клавку же я поставлю к
балансировочному станку! А ты у меня, Васюся, временный.
- А может быть, все-таки... вместе, Арончик? А?..
- Все! Вали. До завтра. Ривке привет!
Вася вышел из машины. Арон отъехал несколько метров, затормозил и дал
назад. Открыл дверцу и крикнул негромко:
- Эй! Рабинович!..
Вася с готовностью повернулся.
- Я слышал, что на израильской границе всех мужиков вместе с
паспортом заставляют болт предъявлять. Нет обрезания - поворачивай
обратно! Так что готовься, Васька! - заржал Арон и уехал.
Василий посмотрел ему во след, покачал головой:
- Ну, шлемазл, мать твою! Ну, что с тебя взять, выкрест?..

КАК ТЯЖЕЛЫЙ ФИЗИЧЕСКИЙ ТРУД ВЛИЯЕТ НА СЕМЕЙНУЮ ЖИЗНЬ
После ужина Клавка вышла из ванной в коротком соблазнительном
пеньюарчике. В коридоре перед зеркалом опрыскала себя духами, кокетливо
распушила волосы и только после этого открыла дверь в комнату:
- Зайчик! Я готова к употреблению!..
На диване-кровати глубоким и тяжелым сном спал разметавшийся,
измученный за день, Арон. Его могучий храп вздыбливал тонкие занавески на
окнах и заставлял позвякивать подвески на чешской люстре.
- Ты же обещал, зайчик... - растерянно проговорила Клавка. - Ведь
сколько уже дней...
Чудовищный храп Арона был ей ответом. Клавка опустилась на стул у
дверей и горько заплакала...
Точно в такой же квартире, но на другом конце города, Ривка в постели
хлопотала над бесчувственным от усталости Ваське.
- Ну, и что? И в чем трагедия? Ну, устал мой мальчик... Ну, не стоит
у маленького! Так он сейчас у всех плохо стоит. Даже у иностранцев. А вот
мой Васечка отдохнет - мы им всем покажем! Да? Лежи, лежи, котик, не
расстраивайся. Я тебе сама все сделаю в лучшем виде...

Снова шиномоятажная мастерская. Вечер.
Снова дырявые камеры, рваные покрышки, погнутые диски, очередь
клиентов с автомобилями...
Грохочет шикомонтажный станок, воет компрессор. Арон работает один -
мокрый, грязный, усталый.
В мастерскую заглянул председатель кооператива:
- Притормози, Иванов.
Арон остановил станок, выключил компрессор.
- А где Рабинович?
- На курсах по изучению языка. Мы же вас предупреждали, что Васька
работает здесь только до отъезда...
- А что если я его у тебя заберу и сделаю своим замом по производству
и экономике?
- Не надо. Он свое уже отсидел.
- Тьфу!.. председатель даже перекрестился. Типун тебе на язык и два
на жопу!
- Нет, серьезно, он не пойдет. Он за бугор намылился...
- Ладно... Бог в помощь, председатель усмехнулся, покачал головой и
удивленно сказал: "Василий Рабинович"... Странно звучит, да, Арон
Моисеевич?
Арон включил шиномонтажный станок, завел компрессор и прокричал
председателю сквозь шум и грохот:
- А то, что я "Иванов" это нормально?..
В подвале старого петербургского дома под трубами парового отопления
и электрическими кабелями, на колченогих стульях, за обшарпанными столами
сидели человек пятнадцать будущих эмигрантов и изучали "иврит".
Модно одетый молодой человек с еврейско-тореадорской косичкой мелом
писал на старенькой школьной доске древние слова...
Он что-то еще говорил вслух, но измочаленный работой Вася сквозь
сонную одурь видел только его двигающийся рот и ничего не слышал.
Иногда Ривка толкала его в бок локтем. Тогда Вася испуганно
оглядывался и таращил глаза на школьную доску. Все вокруг усердно
записывали премудрости языка предков. Каждый раз, когда преподаватель
поворачивался к аудитории, он встречал нахальные и зовущие глаза крупной и
яркой Ривки. Когда же Ривка медленно и плотоядно облизнула губы и закинула
ногу за ногу так, что ее роскошные ляжки открылись до самых трусиков, у
молодого преподавателя иврита исчез дар речи и встала дыбом косичка...

У Русского музея расфуфыренная Ривка говорила расфуфыренной Клавке:
- ...а к нему приехал друг из Стокгольма на своей тачке. Живет в
"Астории".
- В "Асторию" я не пойду! - перетрусила Клавка. - Там меня каждая
собака знает. Если бы в "Прибалтийскую"...
- Ну, правильно! А я в "Прибалтийской" инкогнито, да?! Повезем к тебе
или ко мне, - решительно сказала Ривка.
- Ой, Ривка!.. Подумать страшно! А вдруг...
- Сейчас двенадцать. Раньше восьми наши не вернутся. Уйма времени!
Посидим, выпьем, расслабимся...
Подкатил красивый автомобиль с иностранными номерами. Из него
выскочил учитель иврита со своей тореадорской косичкой, а из-за руля вылез
его иноземный приятель и восхищенно сказал:
- Какие потрясные вомен! Чтоб я так жил, мама мия!..

КАК СТАНОВЯТСЯ ХОЛОСТЯКАМИ
Распахнулась дверь шиномонтажной, и в мастерскую вошли председатель
кооператива и пожилой старший лейтенант милиции.
- Ребята, это наш новый участковый уполномоченный, - сказал
председатель. - Он с вами поговорить хочет.
- Значит, товарищи... Попрошу вас, товарищ Рабинович... - участковый
безошибочно обратился к Арону. - И вас, товарищ Иванов, - он посмотрел на
Василия. - Срочненько привезти мне ваши справки об освобождении из мест
заключения.
- Рабинович - это я, - сказал Василий.
- А я Иванов, - сказал Арон.
Участковый справился с недоумением и жестко проговорил:
- Тем более, граждане. Справочки мне ваши сегодня же до семнадцати
ноль-ноль.
- Ну, я свою привезу, а Васькина-то вам зачем? Он в гараже не
числится, мне помогает, пока ОВИР не даст разрешения на выезд.
- Рабинович у нас не числится!.. - радостно сказал председатель. - У
нас по штату вообще один шиномонтажник! Он, так сказать, по договоренности
с Ивановым, с Ароном Моисеевичем...
- Короче! - прервал его участковый. - Обе справки чтоб у меня были.
Кто из вас "Рабинович", а кто "Иванов" - мне без разницы. Я должен знать,
что происходит на моем участке. Социализм - это учет!

Когда у дома Василия они вылезли из своего жуткого "Москвича", там
уже стоял роскошный иностранный автомобиль.
- Какая тачка! - восхитился Арон.
- Поедешь с нами в Израиль, и у тебя будет такая же.
- А пошел ты!.. При таких бабках, что мы сейчас с тобой зарабатываем
- и здесь прожить можно. А там я пропаду.
Уже поднимаясь по лестнице, Василий говорил:
- Не пропадешь... В Советском Союзе живут двести восемьдесят
миллионов человек, а во всем мире - около пяти миллиардов. Значит, четыре
миллиарда семьсот двадцать миллионов как-то ведь обходятся без Советского
Союза? Не пропадают?
- Я здесь родился и вырос, упрямо сказал Арон.
- Там ты хоть гарантирован, что тебе никто не скажет "жидовская
морда"... - Вася открыл ключом свою дверь, из-за которой неслась громкая
музыка, и нежно улыбнулся: - Тоскует моя лапочка.
Они с Ароном вошли в квартиру и захлопнули за собой дверь.
Спустя мгновение музыка оборвалась, раздался чей-то сдавленный крик,
грохот... Было слышно, как разлетелось что-то стеклянное, какое-то
рычание, и мягкие удары, сопровождавшиеся треском чего-то ломающегося...
А потом с шумом распахнулась дверь и на лестничную площадку голыми
были выброшены учитель иврита со своим иноземным другом. Вслед им полетели
части их одежды.
На ходу натягивая штаны, они в ужасе бросились вниз по лестнице, и
уже через секунду было слышно, как взревел мощным двигателем замечательный
заграничный автомобиль, взвизгнул покрышками и умчался...
Вечером Арон привез Василия к себе. Еще из "Москвича" оба они
увидели, как от дома отъезжает грузовик, набитый мебелью, холодильником,
телевизором, торшером, гитарой и фикусом.
В широкой кабине рядом с шофером, с видом оскорбленной невинности,
сидели Клавка со вздутой губой и Ривка с подбитым глазом.
Вася и Арон переглянулись и стали разгружать "Москвич". На свет божий
появился потертый Васин чемоданчик, с которым он вышел еще из лагеря, две
стопки книг, увязанные бельевой веревкой, и один-единственный костюм на
"плечиках", в прозрачном пластиковом чехле.
На этом разгрузка и закончилась.
- "Была без радости любовь, разлука будет без печали..." -
продекламировал Арон и поволок Васины вещи в свою квартиру.

В полупустой квартире (Клавка умудрилась вывезти из нее все, что
возможно!) на кухне шла Большая Мужская Пьянка.
Две бутылки из-под водки были уже пустыми, одна наполовину
опорожненная и две целехонькие ждали своей очереди...
- Чего им не хватало?! Чего?! - негромко и отчаянно восклицал Вася. -
Вламывали мы, как папы Карлы!.. От полтинника до стольника каждый день в
дом волокли! По пятьдесят колес за смену. Причем, заметь, Арончик, мы же
были связаны двойными родственными узами.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29
Загрузка...

научные статьи:   теория происхождения росов-русов,   циклы национализма и патриотизма и  пассионарно-этническое описание русских и других народов мира и 
загрузка...