ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Затем Машины губы поползли вниз по телу партнера — вдоль шеи, груди, живота…
Обоим стало так хорошо, что ни парень, ни девушка даже не обратили внимания на доносящийся из-за окна стрекот мотоциклетного моторчика. Звук этот нарастал, приближался — и как раз в тот момент, когда они достигли высшей точки наслаждения друг другом, что-то ударило по стеклу, и мир вокруг разорвался огненной каруселью.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ
«Я верю в случай. Судьба — это длинный
случай, который может переменить все.»
Михаил Державин
ГЛАВА ПЕРВАЯ
В сущности, Геннадий Алексеевич считался среди друзей и коллег по милицейской службе вполне интеллигентным человеком. И сын, и дочь его давно закончили институты, сам генерал имел хоть и заочное, но все же высшее образование, раз в два-три месяца выбирался с супругой в театр — а к тому же, кроме газет, почитывал изредка ещё и разные модные книжки.
В домашнем кругу он не так уж часто ругался матом, но вот с подчиненными предпочитал не церемониться, полагая, что иного языка они все равно не понимают.
Вот и сейчас генерал выражения выбирать не стал:
— Ну что, блядь, допрыгались? Мать вашу…
Савицкий сделал несколько шагов от двери и замер посреди кабинета. Ковровая дорожка под его ногами слегка спружинила.
— Только бумажки писать умеете, дармоеды!
Папка с оперативно-поисковым делом вдруг показалась Савицкому непривычно тяжелой и влажной от пота. Как-то вдруг само собой возникло желание взять её пальцами за края, и опустить со всего размаха на лысеющий череп начальника.
Видимо, что-то этакое во взгляде капитана Геннадий Алексеевич уловил — потому что оборвал себя на середине фразы, и махнул рукой:
— Чего встал? Садись…
Савицкий подошел к столу, положил ОПД и занял место наискосок от генерала.
Возникла пауза. Олег не знал, с чего начать, а хозяин кабинета не спешил задавать вопросы. Наконец, начальник Управления будто нехотя разлепил губы:
— Докладывайте. Ну?
Капитан решил начать с самой свежей информации:
— Сегодня утром дело по санаторию присоединили к нашему. Прокурор постановление подписал.
— Это я уже знаю. Еще что?
— Больше, в общем-то, ничего нового… Следы колес с того места, где он стартовал, пока на экспертизе, оружие и остатки летательного аппарата тоже. А по отпечаткам пальцев результатов нет и, видимо, не будет — все специальным химическим составом обработано.
— Прямо, Голливуд… мать его! — Геннадий Алексеевич в сердцах скомкал и отшвырнул в корзину какую-то казенную бумажку.
Савицкий продолжал докладывать:
— Оперативники вместе с участковыми инспекторами ищут свидетелей из числа местных жителей и работников окрестных предприятий, но… Район курортный, а сейчас не сезон — народу поблизости от санатория почти не было. Да, вот ещё что! Товарищ генерал, начальник РУВД спрашивал, можно ли им дать обьявление по телевидению? И в газеты — может, кто-то из проезжавших по трассе что-нибудь видел! Или, там, грибники какие-нибудь, рыболовы…
— Грибники? — Хмыкнул собеседник, глянув за окно. — В газеты… Да пусть дает! Все равно уже шила в мешке не утаишь.
И повторил таки тоном, будто во всем виноват именно собеседник:
— Доигрались?
Не зная, что следует отвечать на такой вопрос, Савицкий решил продолжить с того места, на котором остановился:
— Вы же помните, сначала планировалось спихнуть это дело в Следственное управление ФСБ. Все-таки, террористический акт… Но ничего не вышло. Хотя, мы даже предварительное заключение экспертов получили — там ведь черным по белому напечатано, что по почерку и по использованным технологиям это работа профессионалов, людей из спецслужб. Либо наших, либо нет…
— Ну, и чем все кончилось?
— Отфутболили назад! Дескать, нет достаточных оснований полагать, что стрелявший метился именно в конкретное окно и имел намерение убить кого-либо персонально… А без этого, понимаете ли, его действия могут быть квалифицированы, как злостное хулиганство, повлекшее случайную смерть двух человек.
— А что городская прокуратура?
— Утерлись… — развел руками Олег.
— Вот, с-сукины дети — чекисты! Как раньше от них толку не было, так и сейчас ни черта делать не желают. Штирлицы, драть их в душу… охотники за шпионами.
— В общем, «возбудили» дело по чисто милицейской подследственности… — Савицкий испытал некоторое облегчение от того, что генеральский гнев хоть на какое-то время переключился с него на «старших братьев» из Управления ФСБ:
— И хоть его наша оперативно-следственная группа забрала, формально оно все равно там, в районе повиснет.
— «Повиснет»… Слово-то какое!
Олег замолчал, и хозяин кабинета посчитал необходимым уточнить:
— У вас все, товарищ капитан? Видимо, все… Неужели? А я думал, вы мне ещё что-нибудь расскажете.
Передышка оказалась недолгой — не вызывало сомнений, что начальник Управления снова начинает заводиться. Поэтому Савицкий предпочел промолчать.
— Я вас всех зачем в эту долбаную группу откомандировывал? Чтобы вы там водку по кабинетам у прокуроров жрали? И девок на столах трахали?
Упрек был не совсем по адресу, но Олег в очередной раз заметил про себя, что стукачество в правоохранительных органах развито не в пример другим сторонам их жизнедеятельности. Надо будет сказать усатому и Елене, чтобы они поосторожнее со своей любовью…
— Группа ваша как называется? Ну, быстро?
— Оперативно-следственная группа при городском прокуратуре…
— Вот именно — оперативно-следственная, мать вашу перемать… «Оперативно», блин! Что это значит? — Ответа от капитана Геннадий Алексеевич, разумеется, не ждал и продолжил сам:
— Это значит, что наши сотрудники там не хвостом собачьим за следователями-идиотами бегать должны, а инициативу проявлять! Наступательность! Понятно? И вы, вы лично — в первую очередь. Землю рыть надо, весь город на уши поставить, агентуру… Телефоны есть интересные? Обязательно есть! Пишите задание, подключайтесь, слушайте. «Наружку» за кем-нибудь надо? Устанавливайте.
Геннадий Алексеевич ещё не закончил, а Савицкий уже с некоторой, пожалуй даже, излишней торопливостью, извлек из папки заранее приготовленные задания на проведение специальных мероприятий:
— Вот, пожалуйста… Я подобрал то, что надо в первую очередь.
Ход получился эффектный. Генерал подержал в руке толстую пачку исписанных бланков с грифами «совершенно секретно» — с момента составления, они успели обрасти множеством подписей, штампов и регистрационных номеров.
Начальник Управления отложил документы в сторону. Потом все же для порядка буркнул:
— Раньше надо было. А то ждете вечно, пока жареный петух в жопу клюнет!
Однако чувствовалось, что Геннадий Алексеевич уже выпустил пар:
— Это я подпишу… Оставите мне задания вместе с делом — за выходные посмотрю, что вы там уже наработали.
Была ещё только среда, но мнения Савицкого никто не спрашивал:
— Есть! Разрешите идти?
Но генерал открыл рабочий спецблокнот и пролистнул несколько пронумерованных страниц:
— Торопитесь куда-то?
— Нет. Прошу прощения.
— Тогда будьте любезны, доложите мне, что уже сделано по основным версиям.. Вкратце, своими словами.
Когда Олег потянулся к оперативно-поисковому делу, начальник Управления сокрушенно покачал головой:
— А без бумажки, значит, не помните? Ладно, давайте.
Савицкий пожал плечами и заговорил, придерживаясь плана мероприятий:
— Ну, по семейно-бытовой версии я в прошлый раз подробно докладывал. Больше пока ничего нового… Жена от физического устранения господина Зайцева все равно ничего бы не выиграла. Скорее даже, наоборот.
— В каком смысле?
— Видите ли, кроме жены и ребенка у этого господина есть ещё родители, сестра родная… Он им, конечно, и так всегда помогал материально — но, сами понимаете, своя собственная семья всегда на первом месте. Это естественно. Но в случае смерти Зайцева все они стали бы практически равноправными претендентами на оставшееся имущество, так называемыми «наследниками первой очереди». И доля вдовы после всяких судов и переоформлений вряд ли осталась бы такой же, как то, что она имеет сейчас.
Генерал красиво наморщил лоб:
— А завещания он никакого не оставил? Вы проверили?
— Проверили, разумеется, — доложил Савицкий, мысленно поминая недобрым словом Агату Кристи и прочих авторов зарубежной криминальной прозы. — Не было никакого завещания…
— Ладно. Дальше! Что там есть по его компаньонам?
— Пока нового немного. Видимо, первоначальный «расклад» соответствует истине. — Савицкий быстро нашел нужную справку:
— Так… Всего хозяев у фирмы трое. Зайцев, Белый, Полищук… Вместе они уже довольно давно — познакомились, когда ещё все работали мастерами по обслуживанию игровых автоматов. Но потом каждый некоторое время занимался своим бизнесом… Короче, в конце концов, они обьединились и организовали эту самую фирму «СВЕТ».
— У них что — равные доли?
— Формально — да. Но фактически… Главным, признанным лидером, всегда считался Зайцев. Его слово было решающим, он у них как хотел — так остальные и делали. Белый же, Сергей Геннадьевич, вообще ни во что, кроме чисто технических вопросов не влезал — на нем и так с самого начала все производство висит, ремонт, обслуживание оборудования, транспорт и прочая головная боль.
— А третий… Полищук?
— Ну, этот господин, судя по всему — человек несколько иного склада… Что называется — «гений общения».
— В каком смысле? Не понял.
— По отзывам, он одинаково уверенно чувствует себя в любом обществе, без труда находит контакт с людьми, особенно с дамами… В фирме «СВЕТ» господин Полищук отвечает за деятельность всех казино, за персонал, за работу с прессой, рекламу, презентации и прочее.
— А Зайцев наш, значит, осуществляет общее руководство?
— Ну, не только… Говорят, например, что он держал лично «под собой» службу безопасности, все контакты с их «крышей», с нужными людьми из близкого окружения губернатора, в мэрии и среди чиновников районной администрации.
— Разумно! — Похвалил Андрея Ивановича генерал. — Хотя, как выяснилось, очень даже небезопасно…
Он сверился с записями и спросил:
— В прошлый раз я вам дал задание установить милицейские связи Зайцева.
— Пока ничего, — развел руками оперативник.
— Плохо! Плохо… Следовало бы уже передать пару-тройку фамилий в Службу собственной безопасности, пусть отработают по полной программе. Сами понимаете, сейчас у нас борьба с коррупцией, с «оборотнями» в погонах… Начальник Главка будет очень доволен, если мы покажем, что ни на минуту не остаемся в стороне от этой темы. Улавливаете мысль?
— Улавливаю.
— Ну и хорошо. Учить вас, что ли? «Вербаните» накоротке какую-нибудь из тамошних баб, они обычно любят про начальство языки чесать… Факты нам не нужны, факты пусть кому следует добывают — а мы только обьект указать должны.
Савицкий поежился, и быстро окинул взглядом кабинет, вполне типичный для Большого дома. Конечно, эти стены помнили и тридцать седьмой, и другие годы — но, видимо, даже они уже немного отвыкли от подобных разговоров. Впрочем, в последнее время удивляться уже чему-то было трудно…
Авторучка генерала замерла на очередном листке спецблокнота:
— Кстати, что по исполнителям? Ничего нового?
— Абсолютно. Ориентировали всех по списку, запросили учеты… Держим на контроле неопознанные трупы, «левые» захоронения.
— Зачем это?
— На случай, если и самих киллеров уже того… привели в исполнение.
— Фоторобот, кажется, уже готов? У вас есть копия в деле?
Савицкий даже не стал сдерживать гримасу:
— Ну, прокуратура намалевала там вместе со свидетелями какую-то «картинку». Для галочки. Но, думаю, те две рожи так же напоминают оригиналы, как… Нет, на всякий случай я, конечно, их творчество подшил в ОПД — там, дальше.
— Ага! А это что — заключение экспертизы?
— Выписка точнее, по оружию. Оба автомата числятся оставленными на складах Закавказского военного округа перед выводом войск.
— Чеченский след? — Заинтересовался генерал. — Что же вы сразу не сказали!
— Вовсе не обязательно, — разочаровал его Савицкий. — Это ещё девяносто второй год.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40

загрузка...