ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Чарльз почувствовал себя уязвленным, так как ему неприятно было объясняться перед столь неблагодарной аудиторией, но он все же рискнул продолжить рассказ, придав своему голосу больше нежности:
– У меня довольно много знакомых женщин, но я не хочу жениться ни на одной из них. Тем более, если даже я выберу себе невесту, то мы все равно сможем пожениться не раньше следующего месяца. Я же придумал вот что: попрошу бабку распорядиться таким образом, чтобы наследство перешло ко мне сразу же после регистрации брака. Но мое обещание будет звучать более правдоподобно, если я представлю ей будущую жену. Мне бы хотелось, чтобы мисс Шарп сыграла роль моей невесты, когда мы приедем навестить бабушку в последние дни ее жизни. Леди Лэньярд умрет со спокойным сердцем, а у меня будет время выбрать подходящую жену.
Генриетта казалась крайне удивленной.
– Да вы в своем уме? – прошипела она. – Думаете, я стану помогать вам в этом отвратительном фарсе? Ради вашего обогащения я не собираюсь участвовать в двухнедельном маскараде.
– Это ненадолго, уверяю вас, мисс Шарп, – произнес Чарльз умоляюще. – Я не представляю, как бабушке в голову могла прийти такая идиотская мысль. Нельзя же ожидать от меня беспрекословного повиновения и слепой готовности связать себя по рукам на всю оставшуюся жизнь. Такая поспешность не принесет счастья ни мне, ни моей жене, а только опровергнет любимую поговорку моей бабушки: «Быстро женишься – быстро пожалеешь». Я подозреваю, что она просто спятила, хотя вроде бы пока за ней ничего такого не замечалось. Но я же не могу рисковать своим будущим, вступая с ней в споры. Поэтому-то мне и нужна кандидатура на роль жены.
– И мы должны вам верить? – ехидно поинтересовалась Мисси. – А может, вы все это придумали, чтобы убрать с дороги другого претендента на наследство?
Ярость вспыхнула в глазах молодого человека.
– Я – джентльмен, мадам, – заявил Чарльз.
– А я знаю довольно много так называемых «джентльменов», которые не придают никакого значения этому слову, – настаивала Генриетта. – Эти «джентльмены»– самые мерзкие и бесчестные создания на свете. Есть еще какие-нибудь члены семьи, претендующие на наследство?
– Ни одного.
– У вас что, нет других родственников?
– Есть один кузен, но он достаточно богат и не нуждается в бабушкиной помощи. К тому же она его не любит.
Генриетта молча уставилась на тетю. У Чарльза мурашки по спине побежали от этого молчания. Зачем он связался с людьми, которые не понимают, что значит слово джентльмена? Он уже презирал себя за то, что приходится упрашивать этих оборванок.
– В чем же заключается ваш план? – наконец произнесла Генриетта.
– Вы сделаете вид, что являетесь моей невестой. Нам надо придумать, как мы познакомились, и быть готовыми представить бабушке наши планы на будущее. А кроме того, необходимо придумать вам подходящее происхождение. Вы встретитесь с леди Лэньярд всего пару раз, но, возможно, ей вздумается побеседовать с вами с глазу на глаз. Слуги все ей доносят. Может быть, ей станет лучше, но я не задержу вас больше, чем на две недели.
Генриетта, казалось, сосредоточенно обдумывала каждое его слово и только изредка поглядывала в сторону миссис Шарп. Она хотела услышать от своей тети слова одобрения или упрека, но та упорно молчала.
– Мне лично не по душе эта затея, – шепотом произнесла Генриетта.
– Если все, что рассказал лорд Расбон действительно правда, то его замысел не так уж плох, – возразила Беатриса.
– Но откуда же мы узнаем, правду он нам сказал или нет? Друзья Тоби часто прибегают к обману, когда чего-то хотят.
– А у нас есть выбор? – спросила Беатриса. – Куда мы поедем?
Генриетта закрыла лицо руками, чтобы не видеть больше глаза лорда Расбона. Он, видимо, расстроился. Надо отметить, что этот мужчина был прекрасно сложен и с иголочки одет. Костюм сидел на его красивой фигуре великолепно. Узкие брюки обтягивали длинные стройные ноги. Красивое лицо с прозрачно-голубыми глазами обрамляли светло-русые волосы. На нем была голубая рубашка, которая подходила к цвету его глаз, и скромный, но элегантный галстук. В довершение ко всему он был настолько высок, что входя в комнату ему даже пришлось нагнуться, чтобы не удариться головой о дверной косяк.
Зачем такому красавцу просить об одолжении первую встречную? Возможно, ему просто не хватит духу обратиться с такой просьбой к дамам своего круга. Но Генриетте не верилось, что после смерти бабушки он действительно займется поисками будущей супруги. Наверняка Чарльз просто хотел убедить старую даму в том, что он исполнит ее последнюю волю, и тем самым устранить все преграды для получения денег по завещанию. Имея дело с незнакомкой, ему легче будет потом от нее избавиться. Если обман обнаружится, то он может заявить, что невеста обманула его ожидания, но это никоим образом не отразится на репутации самой Мелиссы, так как она будет действовать под чужим именем.
Бояться было нечего. Чарльз не знал ее настоящего имени, так что она могла смело участвовать в этой авантюре. В один прекрасный день несуществующая Генриетта Шарп бесследно исчезнет, и лорд Расбон никогда ее больше не увидит. Неизвестно, примет ли ее собственная бабушка? Если нет, то ей придется уехать в Америку вместе со своей кузиной, так как здесь, в Англии, у девушки не было никаких шансов удачно выйти замуж. Тоби не станет выводить ее в свет, леди Каслтон – тоже. Отсутствие денег не позволит ей представить свою внучку светскому обществу. До того, как умерла мама, отец Мелиссы постоянно жаловался, что бабушка совсем не помогает их семье.
Расбон икнул, и по комнате распространился отвратительный запах бренди. Это напомнило Генриетте о всех злоключениях прошлого месяца и о распущенных джентльменах, с которыми ей больше не хотелось встречаться. Видно, тот, который сидел перед ними и рассказывал невесть что, оказался таким же пьяницей, как и ее брат Тоби.
– Умоляю, мисс Шарп, – внезапно его голос отвлек девушку от ее мыслей.
– Все-таки мне этот обман не по душе, – произнесла Мелисса, обращаясь к Беатрисе.
– Но попытка – не пытка, давай попробуем, – настаивала Беатриса. – Если он солгал, то мы в любой момент сможем уехать, раскрыв всю правду, хуже нам от этого не будет. А если нет, то все сложится как нельзя лучше, и каждый получит свое.
– Ты всегда такая расчетливая! – воскликнула Генриетта. – Но это уже чересчур. Я не могу поступить так подло!
– Что-то мне подсказывает, что ему можно верить, – задумчиво произнесла Беатриса. – А если нет, то ему же будет хуже.
– Скоро вы получите возможность убедиться, что все обстоит именно так, как я вам рассказал, – нетерпеливо вставил молодой человек.
Генриетта продолжала недоверчиво поглядывать на свою тетю. Все-таки Беатриса была права в одном: им действительно некуда больше идти.
– Хорошо, лорд Расбон, мы вам поможем.
– Благодарю вас обеих. – Он улыбнулся и вздохнул с облегчением.
– Не за что, – ответила Беатриса. – Так когда мы едем?
– Сразу же как только кончится ливень. Вы со мной позавтракаете завтра в восемь?
– Всего доброго, милорд, – сухо произнесла Генриетта.
Он встал и направился к выходу, но у самой двери резко обернулся.
– Раз уж вам придется изображать мою невесту, зовите меня Чарльз.
Помня о предательской тонкости стен, последовавший за его уходом спор вели шепотом. Мелисса боялась участвовать в предложенном ей маскараде. Больше всего она опасалась, что кто-нибудь все-таки узнает, что она никакая не Генриетта Шарп, и ее репутация будет окончательно уничтожена. Но было в лорде Расбоне кое-что еще, что-то страшное и неприятное, что отталкивало девушку. Чарльз напоминал ей Хефлина, от него исходила такая же сила, уверенность в собственной неотразимости и поразительная способность убедить любого в своей правоте. Его подчеркнутая вежливость тоже казалась подозрительной. Ведь это было просто глупо – выбрать первую попавшуюся девушку на роль своей жены.
Беатриса приводила самые веские доводы, чтобы доказать свою правоту, повторяя, что иного выхода у них просто нет. В крайнем случае, можно будет в любой момент покинуть дом Расбона, раскрыв его обман.
Но Мелиссу беспокоило то, что скажут о ней люди, если узнают, кто она на самом деле. Беатрисе в этом случае терять было нечего: она – независимая американка, и ее тут никто не знает. Но, в конце концов, девушка дала себя уговорить, согласившись, что эта возможность – их единственный выход из создавшейся ситуации.
– Доброе утро, Генриетта, – произнес улыбающийся лорд Расбон, когда дамы спустились к завтраку.
За улыбкой скрывалась гримаса недовольства. Проснувшись с тяжелой головой, Чарльз надеялся, что вчерашний разговор окажется просто кошмарным сном. Но нет, девушка в бледно-голубом платье сидела перед ним и выглядела еще хуже, чем вчера. Слабый лучик света, проникающий сквозь крошечное оконце, освещал ее полудетское личико. Сегодня оно казалось еще желтее, а тугой узел на макушке, в который она упрятала волосы, подчеркивал впалые щеки и острые скулы, Его прямо передернуло. Сможет ли он убедить бабку в том, что влюбился в это привидение?
– Доброе утро, ло… Чарльз, – поправилась Генриетта.
– Я смотрю, у вас еще и служанка?
– Да.
– Нам придется немного подождать, пока не приедет почтовый экипаж, в моем собственном для всех не хватит места, – сказал со вздохом Чарльз.
Усаживая женщин за стол, он снова поморщился: макушка Генриетты не доставала ему даже до плеча. Она была очень маленького роста, почти с ребенка, а ему всю жизнь нравились высокие женщины, чьи тела в постели соответствовали его собственному. К тому же он питал отвращение к полудетским угловатым фигуркам, а смотреть на ее кроткое личико было просто невыносимо.
За завтраком никто не проронил ни слова. К тому же еда была еще хуже, чем вчера ночью. Генриетта отказалась от нее, едва попробовав, миссис Шарп попыталась съесть чуть больше, зато Чарльз ел жадно, так как просто умирал с голоду. Вчера он так и не поужинал, только напился бренди, и теперь надеялся, что легкий завтрак поможет ему избавиться от похмелья.
– Я думаю, будет лучше, если мы скажем, что тебе семнадцать, – снова начал Чарльз, когда с едой было покончено. – Бабушке не понравится, что я женюсь почти что на школьнице.
– Разумно, – согласилась Генриетта.
– Ты в трауре?
– Мой отец умер семь месяцев назад.
– Это объяснит то, что ты пропускала всевозможные приемы, и станет причиной отсрочки нашей свадьбы. Давай скажем, что только после окончания твоего траура мы сможем объявить о нашей помолвке. Свадьба намечена на конец следующего сезона, а пока ты приехала в город, чтобы купить кое-какие безделушки для нашего будущего гнездышка.
– Как мы встретились? – спросила Генриетта, поставив на стол чашку.
Чарльз смотрел на Генриетту и надеялся, что она морщится от невкусного кофе, а не от его предложений.
– Может быть, я присутствовал на похоронах твоего отца?
– Навряд ли. На деревенские похороны, тем более в разгар зимы, приглашаются только ближайшие родственники и соседи. Где ты живешь?
– В Кенте.
– Ну, тогда это совершенно невозможно. Может быть, нас познакомил какой-нибудь общий друг?
– Какой же?
– Ну вспомни хоть одного, – усмехнулась Генриетта. – Я вряд ли знакома с кем-либо из твоего круга.
Как же это глупо с его стороны не вспомнить ни одного имени!
У девушки были довольно изысканные манеры, но она не могла принадлежать к высшему обществу. Только деревенщине придет в голову нарядиться в такое безвкусное платье. Голос ее ничем не отличался от других знакомых ему женских голосов, тогда как тетя говорила с каким-то легким, непонятным акцентом. Чарльз догадывался, что встретил их уже далеко от дома. Но Генриетта, по крайней мере, вела себя вполне благоразумно, совсем не так, как большинство ее легкомысленных и смешливых ровесниц.
– Нужно выдумать тебе подходящее происхождение, – сказал со вздохом Чарльз, проведя рукой по волосам. – Предположим, ты – дочь Элеоноры Харрисон, младшей дочери лорда Беверли. Он живет, как отшельник, и никто в округе никогда не видел его в лицо.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44

загрузка...