ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Будет нелегко объяснить бабушке, чем его пленила эта девушка. Она вполне сошла бы за гувернантку, если бы сама еще не была ребенком.
– Возьми это, – сказал Чарльз и сунул ей в руку маленькое колечко, украшенное изумрудами. – Раз уж мы с тобой помолвлены, ты должна его носить. Это, конечно, не самое подходящее кольцо для моей невесты, но я просто не в состоянии себе позволить более дорогое.
– Откуда у тебя женское кольцо? – спросила Генриетта и надела его на палец. Оно оказалось ей как раз.
– Это кольцо принадлежало моей матери, и я его взял в ее старой комнате. Надеюсь, бабушка его не узнает.
Генриетта не ответила. Она нехотя вложила свою ладошку в его руку, и они вышли из комнаты. Несколько коридоров Чарльз и его невеста прошли в полном молчании. Остановившись перед какой-то дверью, Чарльз тяжело вздохнул и постучал.
– Дядя Эндрю, – сказал он, приветливо улыбаясь почтенного вида джентльмену, который открыл им дверь.
– Проходи, Чарльз. Слишком уж долго ты до нас добирался! – ласково упрекнул его дядя.
– Ты же знаешь, какие у нас дороги! – вежливо ответил Расбон. – Погода просто невыносимая. Я не хотел знакомить вас с Генриеттой, пока она в трауре, но бабушкино состояние не оставляет нам другого выбора. Генриетта, это мой дядя, лорд Лэньярд. Дядя, познакомься – моя будущая жена, мисс Генриетта Шарп.
– Милорд, – прошептала девушка, присев в глубоком реверансе.
– Очень приятно, мисс Шарп. – Дядя был ошарашен и, казалось, не верил собственным ушам. – Скажите, давно ли вы знакомы с моим шалопаем-племянником?
Генриетту не смутила его грубость.
– Мы познакомились в феврале, милорд. Тогда он еще упал с лошади и сильно ушиб голову.
Лорд Лэньярд кивнул. Очевидно, он знал об этом.
– Бабушка в состоянии нас принять? – прервал Чарльз.
– Ей не терпится тебя увидеть.
– Ну, тогда извини. – Расбон взял Генриетту под руку и улыбнулся, взглянув ей прямо в глаза. – Идем, любовь моя.
На первый взгляд леди Лэньярд покачалась Генриетте очень слабой и хрупкой. Пока Чарльз шумно здоровался и выражал свои опасения по поводу ее болезни, Генриетта получила прекрасную возможность рассмотреть старушку, которая своей странной выдумкой вынудила внука пойти на обман. Правильные черты лица сохранили следы былой красоты, но волосы были белые, как мел. На коже также отразились последствия старости и болезни: кое-где она была прозрачна и тонка, но в некоторых местах ее покрывали нездорового цвета пятна и складки. Тем не менее, на ее лице морщин было не так уж и много для женщины, чей возраст уже давно перевалил за восемьдесят. Прозрачно-голубые глаза леди Лэньярд поблекли, но, когда она перевела свой взгляд на Генриетту, у девушки просто перехватило дыхание. Это не был взгляд больной умирающей старухи. В нем светился острый ум и холодная расчетливость. Но больше всего в ее глазах было гнева.
Но почему?
Несмотря на желание видеть своего внука женатым, она была явно недовольна его выбором. Или она обо всем догадалась? Если так, то их замысел обречен на провал. Но что бы там ни было на уме этой старушки, Генриетта собиралась сыграть свою роль до конца.
– Бабушка, это – мисс Генриетта Шарп, моя невеста, – голос Чарльза отвлек девушку от ее размышлений. – Генриетта, познакомься с моей бабушкой леди Лэньярд.
– Миледи, – испуганно прошептала Генриетта.
– Когда вы обручились? – внезапно спросила вдова.
– Официально мы еще ничего не объявляли, потому что мой траур закончится только к Рождеству, – заявила Генриетта.
– А как давно вы знакомы?
Генриетта слово в слово повторила историю, рассказанную дяде.
– У вас уже есть обручальное кольцо? – спросила леди Лэньярд, схватив руку девушки и подняв ее на свет.
– Нет. – Чарльз попытался придать своему голосу больше шарма. – Это просто небольшой подарок от меня в знак благодарности за оказанную мне честь быть женихом этой девушки. Настоящее кольцо я надену ей в декабре.
– Хм… – прошипела старушка. – Нельзя было раньше объявить о помолвке?
– Я не смела осквернять память моего отца, миледи, – тихо произнесла Генриетта. – Да и к тому же нам некуда спешить, мне ведь только семнадцать.
– Мне надо отдохнуть, – внезапно заявила леди Лэньярд. – Эта болезнь меня так изматывает. Чарльз, зайди ко мне, когда я проснусь. А после обеда я побеседую с мисс Шарп.
Они ушли рука об руку, и Генриетта подумала, сочувственно глядя на Чарльза, как хорошо он себя вел, скрывая свои мучения.
Как только дверь за ними закрылась, из смежной комнаты вышел сын леди Лэньярд.
– Ну как тебе все это? – спросила она сына.
– Она явно не из высшего общества, – ответил он приглушенным голосом. – Но на актрису тоже не очень похожа. Твои подозрения, кажется, необоснованны. Просто она еще очень молода, поэтому и выглядит почти как школьница.
– А ты поверил в то, что произошло зимой?
– Да, я что-то слышал об этом. Вполне возможно, что эта девушка была там. Но единственное, чего я не в силах понять, это как он мог ею увлечься? Она же совсем еще ребенок!
– Я тоже не понимаю. Знаешь, мой мальчик меня разочаровал, я всегда считала, что у него более изысканный вкус. И я не допущу, чтобы мое состояние растратили понапрасну. Ну ладно, еще рано делать выводы. А пока не спускай с них глаз. А еще разузнай получше о том происшествии. Кстати, где это было?
– Кажется, в Линкольншире, мама.
– Отлично. Я выясню, знает ли мисс Шарп тамошние места.
Капельки холодного пота выступили на лбу Чарльза, когда они с Генриеттой вошли в ярко освещенную залу.
– Тебе лучше прилечь, – ласково произнесла Генриетта. – Я сама найду дорогу в мою комнату.
Он молча кивнул и поспешно удалился в свою комнату. Оставшись одна, девушка решила навестить Беатрису. Узнав, что подруге стало легче, она подробно описала ей сцену знакомства с леди Лэньярд.
– Могу поклясться, старушка в бешенстве, – закончила Генриетта свой рассказ. – Ты была права насчет того, что она не так проста, как кажется Расбону.
– Надо получше узнать, что из себя представляет этот лорд Лэньярд, ее сын, – отозвалась Беатриса.
– Если она не оставит Расбону ни гроша, это будет ему отличным уроком.
– Будь осторожна, Мисси, – предупредила Беатриса. – Теперь ты должна быть вдвойне внимательна и не допускать ни одного промаха. Ведь, если план Чарльза провалится, он не долго думая обвинит в этом тебя.
Генриетта заволновалась. Такого поворота событий она не ожидала.
– Я должна буду явиться к леди Лэньярд сегодня после обеда. Что-то мне не верится, что это будет дружеская беседа.
– Следи за собой не только в ее присутствии. Расбон может превратиться в чудовище, если ты выведешь его из равновесия.
– Надо еще раз предупредить Бетси, – решила Генриетта. – Чтобы она случайно не проболталась.
– Я поговорю с ней, – пообещала Беатриса.
Вернувшись к себе в комнату, Генриетта попыталась лечь и расслабиться, но вошедший лакей сообщил, что Чарльз желает ее видеть.
– Дорогая, позволь показать тебе наше поместье. Я хочу, чтобы ты была здесь, как у себя дома.
– Спасибо, Чарльз. Ты всегда так заботлив. – Она улыбнулась так, чтобы лакей, стоявший у двери, заметил это. – Ты не хочешь отдохнуть, прежде чем пойдешь к бабушке? – спросила Генриетта, когда они остались наедине.
– Нет. Главное сейчас не это. Я чувствую, нам придется трудновато. Но клянусь, никогда в жизни не буду больше так напиваться.
– Но тебе плохо вовсе не из-за выпивки, – возразила Генриетта. – Ты знаешь, завтрак был несвежим, поэтому Беатрисе тоже плохо пришлось.
– Черт бы побрал эту гостиницу, – тихо выругался Чарльз.
– Ничего, это не смертельно, – насмешливо заметила девушка. – Через пару дней все пройдет.
Чарльз водил Генриетту по роскошным комнатам, рассказывая девушке увлекательные истории о происхождении их названий и о людях, которые в них когда-то жили. Но когда они вошли в оранжерею, он внезапно изменил тон.
– Ты слышала, что она сказала? Она желает побеседовать с тобой наедине, – напомнил он Генриетте.
– Ничего другого я от нее и не ожидала, милорд.
– Проклятье! – взорвался Чарльз, но затем, понизив голос, добавил: – Когда ты отучишься звать меня милордом? Ты что, совсем тупая?
– Полегче на поворотах! – прошипела в ответ Генриетта. – Да ты и не заслуживаешь такой нежности!
– Это я-то не заслуживаю?! – закричал Расбон, протягивая к ней руки, словно собираясь задушить. – Да я подобрал тебя на улице и привез в этот дом! А ты еще смеешь говорить мне, что я чего-то не заслуживаю?!
– Что за наглость! Я сделала тебе одолжение, если бы не я, не видать бы тебе этих денег, как своих ушей! Моя помощь нужна тебе больше, чем твоя мне.
– Если бы не я, ты бы жила на улице!
– Только две недели.
Чарльз бросал на Генриетту испепеляющие взгляды, и она вдруг испугалась, вспомнив о предостережении Беатрисы.
– Хватит нам с тобой ругаться, Чарльз, – сказала она примирительно. – Сейчас не время выяснять, кто кому больше должен. Если мы будем громко ссориться, то слуги донесут все бабушке.
Чарльз глубоко вздохнул и постарался взять себя в руки.
– Ты права, Генриетта, просто меня очень беспокоит, как пройдет ваша первая встреча. Помни, она очень хитра и проницательна, поэтому ты должна следить за каждым своим словом.
– Я поняла, что она достаточно умна. Это видно по ее глазам. Держу пари, что она уже что-то подозревает. Никогда больше не выбирай в жены таких невзрачных девушек, как я.
– Ни за что! Но ведь я безумно в тебя влюблен, милая. Помни об этом. Меня привлекает твоя душевная красота, – сказал он с кислой миной.
– Если ты будешь говорить об этом с таким видом, никто тебе не поверит, – резко перебила она. – У тебя такое лицо, будто ты принял слабительное.
Чарльз внезапно расхохотался.
– А что? Неплохо. Надо будет попробовать!
Она тоже улыбнулась, подумав о том, как этому человеку удается говорить ей слова любви, когда на самом деле он терпеть ее не может. Но его искренний смех немного испугал девушку. Она боялась незаметно для себя подпасть под действие его чар.
– Может, я был покорен твоим умением обращаться с лошадьми?
– Это звучит более правдоподобно. Я действительно неплохая наездница и умею править. Но теперь становится совершенно непонятно, как я могла тобой увлечься? Меня никогда не привлекала наглость, и я считаю, что почти все джентльмены – большие свиньи.
– Может, тебе не нравится, как я выгляжу? Однако все остальные женщины вполне довольны моей внешностью.
– А я презираю красавчиков, потому что все они эгоисты. Хотя, возможно, я и не права. Разве я похожа на пустоголовую дурочку, которой нужен только муж-красавец и его титул? Нет, так тоже не бывает. Как правило, этим девочкам нужны еще и деньги.
– Никто не знает о моем положении, – медленно произнес Чарльз, снова чувствуя раздражение.
– Да ну! Тогда неудивительно, что ты склонен к обману и ложь стала для тебя привычной. Но должно же быть в тебе хоть что-нибудь хорошее! Ты сказал, что любишь живопись?
– Люблю.
– И ты, наверное, изучал живопись в Королевской Академии?
– Естественно.
– Может быть, меня покорили твои восторженные отзывы о произведениях искусства, которые ты там видел? Если человек тянется к прекрасному, он не так уж и плох.
– Ты права. Позволь мне подняться с тобой. Пора обедать, – сказал Чарльз и вздрогнул при мысли, что скоро ему придется выдержать целый шквал бабушкиных гневных упреков.
За обедом Генриетта познакомилась с остальными членами семьи. Все приехали в этот дом, чтобы хоть как-то поддержать леди Лэньярд в эти нелегкие дни. Обсуждая ее недомогание и остальные новости, вся семья собралась перед обедом в Зеленом зале. Генриетта чувствовала себя неловко. У девушки не было подходящего наряда, и, даже надев свое лучшее платье, она выглядела просто нищенкой среди остальных роскошно одетых дам.
Едва она появилась в дверях, Чарльз тотчас же подошел и коснулся губами ее руки. Он притворялся влюбленным, и это было заметно. На самом деле Чарльзу было немного страшно.
– Наконец-то, любовь моя, – улыбнулся он, заглянув ей в глаза.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44

загрузка...