ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

..
- Петр, - начал было он, но тот был уже на берегу ручья, где Ивешка
уже повернула голову, чтобы взглянуть на него... это простое движение из
обыденной жизни, подсказывало сколь реальной стала она в этот вечер. Он
загадал желание... и эта попытка дорого обошлась ему: сердце рванулось в
груди, и он вздрогнул от толчка крови в жилах и от порыва ветра в
окружающей листве. И то и другое напоминало ему звук движущейся воды...
Огонь, который в эту ночь освещал ее, придавал особенно нежный,
тонкий цвет ее платью и деревьям вдоль ручья, отбрасывавшим на нее тень,
отчего она становилась самой реальностью, просто девушкой, и ничем больше,
беззащитной и неуверенной, что особенно выражалось в ее взгляде, который
она бросала через плечо.
- Петр, - сказала она, поворачиваясь в его сторону и широко разводя
руки.
Он остановился, а затем отступил назад, когда она сделала несколько
шагов навстречу ему и замерла, глядя на него широко открытыми испуганными
глазами.
- Что ты отняла у Саши? - резко спросил он, будто это был именно тот
вопрос, который он хотел задать. - Что имел в виду леший, когда говорил со
мной?
- Я люблю тебя, - сказала она.
Он отступил назад еще на один шаг, потому что каким-то образом ей
удалось сделать шаг вперед, которого он не заметил. Он отчетливо видел ее
глаза и щеки, резко очерченные падающей тенью.
- Чудесно, - сказал он, обливаясь потом и старясь удержать в порядке
собственные мысли. - Я польщен, но все-таки постарайся ответить мне.
- Не нужно так ненавидеть меня. - Она сделала движение вперед. Он
знал, какой опасности подвергался, знал, что должен отступить назад, но
тут же, в одно мгновенье, решил сдаться: он очень хотел, чтобы она
дотронулась до него и доказала тем самым, что она, кроме всего, была
абсолютно безобидной и никак не была виновата в приписанных ей
прегрешениях...
- Прекрати это! - раздался откуда-то сзади него голос Саши. Между
ними и костром пролегала длинная тень. - Петр!
Сейчас он был уже не рад своему спасению. То, что он сейчас
чувствовал, было гораздо сильнее, чем понятное желание жить. Но в этот
момент Ивешка отвела назад руки и сжала их под подбородком, устремив на
него глаза, полные боли и тоски.
- Отойди от нее, - сказал Саша, обращаясь с ним так, будто он был
всего лишь маленький мальчик или круглый дурак, и так крепко схватил его
за руку, что Петр почувствовал боль. Вероятно, Саша имел в виду и это,
даже в том случае, если это и казалось невозможно, он хотел заставить его
задуматься над происходящим. Но, в любом случае, ни того, ни другого
оказалось недостаточно.
- Прекрати это! - вновь очень резко произнес он, но обращался отнюдь
не к Петру.
Слезы переполнили глаза Ивешки.
- Я не причиню ему никакого зла, я ничего с ним не сделаю... Саша, не
делай этого...
- У меня нет жалости к тебе, - сказал Саша. - Тебе следовало бы это
знать.
- А я знаю, - прошептала Ивешка. - Но жалость есть у меня, и я не
допущу, чтобы с ним что-то произошло.
- Тогда не разговаривай с ним! Оставь его в покое!
- Это я подошел к ней, - сказал Петр, давая Саше повод почувствовать
собственную ошибку хотя бы в малом. - Я хочу знать, что происходит.
- Она хочет сделать все по-своему, вот что происходит, - сказал Саша.
- И ничего больше. Ничего другого нет и не было у нее в мыслях... Оставь
его в покое!
Слезы брызнули из ее глаз, когда Ивешка взглянула на Сашу, задержав
свой взгляд на мгновенье, а затем повела плечом и пошла прочь вдоль ручья.
- Ивешка, - позвал было ее Петр, но она даже не обернулась. Ее слезы
сильно задели его: он чувствовал, что дрожит, даже сознавая, что все
сашины попытки были абсолютно правильными. Он хотел, чтобы она не страдала
от боли и незаслуженных обвинений...
Саша повернулся, и огонь костра осветил его лицо, на котором
отчетливо проступали резкие складки вокруг сжатого рта, выражавшие гнев,
который обижал Петра до глубины души.
- Оставь ее, - сказал он Саше. - Она ни в чем не виновата.
- Но она хочет, чтобы ты почувствовал жалость к ней. И я сказал ей,
чтобы она оставила тебя в покое.
- Тебе нет никакого, черт возьми... - Дела, вертелось у него на
языке, но это был чертовски глупый разговор, и даже пятнадцатилетний
подросток хорошо понимал это. Дурак пошел бы следом за девушкой, пошел бы
против всего, что Саша пытался сделать, чтобы отдалить их друг от друга, и
даже позволил бы убить себя, с тем, чтобы она смогла в следующий раз
добраться и до Саши.
Разумеется, он так и поступил бы.
Он постоянно ощущал ее попытки околдовать его, чтобы вернуть назад и
увести с собой. Но на этом пути стоял Саша. Она неожиданно оказалась
слишком реальной, чтобы тронуть его воображение: волшебные чары постепенно
исчезли, и она была вынуждена пользоваться только тем, что являла собой, а
именно, шестнадцатилетнюю девочку, убежденную в том, вероятно - так ей
удалось сладить даже с Ууламетсом, настолько очаровательным ребенком она
была - что всего лишь несколько слез могут непременно предоставить ей то,
что она хотела.
Но он очень хорошо знал эту песню, и строку и даже стих: он выучил
все это еще в Воджводе, при одном удачном случае, и сейчас чувствовал себя
слишком старым, чтобы играть в эти наскучившие девичьи игры. Проси что
угодно, подумал он, у легкомысленной девицы, которая только и ждет, чтобы
кто-то очередной сделал ее счастливой, но только не пытайся вручить ей
свое сердце и ожидать бережного обращения с ним.
Казалось, что волшебные чары пытались вернуться. Но что-то
отталкивало их. Может быть, это было его собственное стремление, а может
быть, это делал Саша. Он взглянул в сторону Ивешки, и почувствовал боль в
руке при малейшей попытке сжать ее... То же самое было с ней, как он
теперь припомнил, во время ужина, когда он начал спорить с Сашей, и это
обстоятельство обеспокоило его.
Может быть, подумал он, Саша делал это с целью напомнить ему что-то,
но потом понял, что не все в его действиях идет гладко.
- Прекрати это! - вслух произнес он, но услышал совсем неожиданный
ответ.
- Это не я, - сказала Ивешка, поворачивая в их сторону обезумевшее
лицо. - Я не делаю этого, разве ты не чувствуешь?
Саша схватил его за руку и торопливо потащил к костру, пока Ивешка,
как заметил Петр, бросив взгляд через плечо, продолжала стоять около
ручья, глядя вдоль него в темноту.
- Что происходит? - требовательно спросил он, готовый сопротивляться
неожиданному безумию, но несколько неуверенный, где следовало искать его.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138