ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


- Ты же сам меня в отличную кондицию привел.
- Угу. Да только совсем не в этом суть. Ты его вырубил так, будто это для тебя привычное дело. Он и пикнуть не успел. Помнишь, я говорил тебе, что не хотел бы оказаться с тобой на необитаемом острове без еды? Я тогда и имел в виду что-то вроде этого. Ну вроде того, как ты ему на нос наступил. Ведь ты, похоже, и до того уже во всем его убедил. Можно подумать, что в тебе действительно сидит нешуточный негодяй.
Стало ясно, что Бену придется что-то объяснить, хотя бы частично.
- Бен, эти люди убили моего друга.
- Ого! - Бен призадумался. - А полиция об этом знает?
- Полиция тут ничего сделать не может.
- Как так?
Джонатан покачал головой. Давать дальнейшие разъяснения он не собирался.
- Эй, погоди-ка минуточку! Мне тут в голову пришла довольно жутковатая мысль. У меня вдруг такое ощущение появилось, что все это как-то связано с нашей айгерской экспедицией. Иначе, откуда бы им знать, что ты здесь?
- Бен, не влезай ты в это дело.
- Нет, ты послушай. Эта гора тебе доставит кучу неприятностей, а их у тебя и так немало. Я никогда тебе не говорил, но сейчас скажу: ты здорово натренирован, ты остался, как и был, альпинистом милостью Божьей. Но я внимательно слежу за тобой, Джон. И, если честно, шансов у тебя на Айгере, в лучшем случае, пятьдесят на пятьдесят. И то если не брать в расчет все твои штучки - то ты кого-то хочешь убить, то тебя хотят убить. Только не подумай, что я хочу подорвать твою уверенность, старик, но тебе это знать следует.
- Спасибо, Бен.
Официант постучал в дверь и внес поднос с "усиленным питанием" на двоих, каковое они и поглотили в полумраке, пока Джонатан внимательно изучал карту местности, а Бен допивал банки с пивом.
Когда на столе осталась лишь стопка грязных тарелок, Джонатан сложил карту и спрятал ее в карман. Он начал расспрашивать Бена о будущих партнерах по восхождению.
- Вы активно переписывались?
- Не особенно. Обычные дела - отель, продукты, веревки, слесарня на группу, как управляться с репортерами - все в таком роде. Больше всего писал немец. Это вроде как его идея, и он, похоже, себя за главного держит. Кстати, мне это напомнила - мы вместе летим?
- Вряд ли. Я тебя встречу на месте. Слушай, Бен, а у кого-нибудь из них... они все в хорошей форме?
- Да уж не хуже тебя.
- Ни у кого за последнее время травм не было? Или ран?
- Ран? Ничего такого не знаю. Один из них - немец - написал мне, что в начале июня сорвался, упал. Но ничего серьезного.
- Как упал?
- Не знаю. Ногу слегка повредил.
- Сильно? Хромает?
- Ну знаешь, по почерку это не так-то просто определить. А с чего ты меня про всю эту фигню спрашиваешь?
- Да так, пустяки. Не оставишь мне папку с письмами? Хочу почитать, получше понять, что это за люди.
- Да сколько угодно. Меня не убудет. - Бен потянулся и заурчал, как сытый медведь. - Не раздумал поутру на тот столбик лезть?
- С какой стати "раздумал"?
- Да так - может, с дробовичком-то на плече не очень удобно лезть в гору?
Джонатан расхохотался.
- Об этом не беспокойся.
- Ладно. В таком случае, нам бы надо поспать. Знаешь, этот столбик не совсем шест для палатки.
- Хочешь сказать - не спинка от кроватки.
- Ни то ни другое.
Вскоре после ухода Бена Джонатан засел в кровати, изучая письма альпинистов. Первое письмо от каждого было достаточно официальным и вежливым. Очевидно, ответы Бена официальностью и чрезмерной вежливостью не отличались, и поэтому все последующие письма затрагивали исключительно технические сложности восхождения: прогнозы погоды, наблюдения за состоянием склона, описания последних тренировочных восхождений, предложения насчет снаряжения. Именно в одном из этих писем немец упомянул о небольшом падении, приведшем к незначительной травме ноги, которая, как он заверял Бена, будет к началу восхождения в полном порядке.
Джонатан глубоко погрузился в эту переписку, пытаясь между сухих строк разглядеть людей, но тут он услышал, как в дверь заскреблись - это Джордж Хотфорт выражала желание войти.
Недавняя встреча с Меллафом заставила его проявить осторожность. Он выключил ночник, и только потом прошел через комнату и отворил дверь. Джордж неуверенно вошла во тьму, и Джонатан запер за ней дверь и подвел ее к постели. Он готов был принять ее как своего рода сексуальное успокоительное для снятия дневного напряжения - хотя он твердо знал, что никакого удовольствия не почувствует.
В течение самого события Джордж не мигая смотрела на него своими дальневосточными глазами, лишенными всякого выражения, существующими совершенно обособленно от ее агрессивного, требовательного тела.
Несколько позже, когда он заснул, она бесшумно вышла.
АРИЗОНА, 28 ИЮНЯ
Он почувствовал, что будет сегодня великолепен.
Только проснувшись, он уже был готов к восхождению на Биг-Бен. Это предвкушение победы он испытал всего дважды за все годы занятий альпинизмом, безошибочно, всем нутром. Впервые оно возникло у него перед тем, как он установил рекорд скорости восхождения на Большой Тетон, а второй раз - когда он проложил новый маршрут на Дрю, который потом попал в учебники по альпинизму. В руках была такая сила, что, казалось, если понадобится, он пробьет скалу насквозь. Ноги же несли его не просто с легкостью и силой, а так, будто на него воздействовало не земное, а лунное тяготение. Он был так великолепно настроен на сегодняшнее восхождение, что даже ладони, когда он потер их одну о другую, показались ему перчатками из шершавой замши, способными намертво прилипнуть к самой гладкой, скользкой скале.
После душа он не стал ни бриться, ни причесываться. Встретить скалу он хотел щетинистым и взъерошенным.
Когда Бен постучал в дверь, Джонатан уже зашнуровывал ботинки, восхищаясь ими; хоть и разношены в предыдущих восхождениях, зато новенькие трикони в отличном состоянии.
- Ты, как я погляжу, уже совсем готов. - Бен только что поднялся с постели и был еще в пижаме и халате, с седой щетиной и уже при первой банке пива.
- Я чувствую себя просто замечательно, Бен. Твой светлый лик меня так вдохновляет.
- Не удивлюсь, если столбик с тебя немного прыти пособьет, пока мы его будем одолевать. В нем почти четыреста футов, и в основном шестая категория.
- Предупреди поваров, что к обеду вернемся.
- Вряд ли. Особенно если учесть, что тебе придется волочь на себе старого человека, уставшего от жизни. Пойдем ко мне, я оденусь.
Он пошел по коридору вслед за Беном в его комнату, где отказался от пива и присел в кресло, любуясь рассветом, пока Бен не спеша разыскивал и напяливал разные фрагменты своего горного обмундирования. Находить их было нелегко, и Бен ворчал и ругался, вытряхивая одежду из ящиков на пол и опорожняя коробки с разными причиндалами прямо на свою незаправленную постель.
- Говоришь, я тебя буду волочь на себе? Я-то думал, что ты пойдешь первым, Бен. Все-таки ты знаешь маршрут. Ты там уже был.
- Ага, только не в моих правилах грести все хорошее под себя... Лопни мои глаза, где второй носок? Терпеть не могу ходить в разных носках. Из равновесия меня выводит. Эй, а может, если все толком рассчитать, для полного равновесия на хромую ногу мне носок полегче надевать? Конечно, есть риск - можно перестараться, и получится хромота в обратную сторону. Окажусь этой ногой на дюйм-два выше земли, а как тогда ходить?.. Эй, подними-ка задницу да поройся в этом барахле - может, найдешь мой горный свитер. Знаешь, такой зеленый, старый.
- Он же на тебе.
- Ах да! И точно на мне. А где ж под ним рубашка?
- Я тут ни при чем.
- Помощничек из тебя тот еще!
- Просто боюсь - закопаюсь тут, и меня больше не найдут никогда.
- Джордж тебя откопает, когда будет весь этот бардак прибирать.
- Джордж убирает у тебя в комнате?
- Я ей жалованье плачу. И не только за то, что ты в нее свои палки вколачиваешь.
- Ты, Бен, очень изящно выражаешься.
- Не врешь? Ладно, сдаюсь... Лопни мои глаза, не могу найти ботинки. Одолжи мне свои.
- А самому идти босиком?
- Ты же у нас тут таким атлетом стал, что и разницы-то не почувствуешь.
Джонатан откинулся в кресле и застыл, глядя на восход.
- Я действительно прекрасно себя чувствую, Бен. Давно уже не чувствовал себя так.
Свойственная Бену грубоватость на мгновение исчезла.
- Это хорошо. Я рад. Я помню, как это бывало со мной.
- Здорово тоскуешь по горам, Бен? Недостает их тебе?
Бен присел на краешек кровати.
- А ты не тосковал бы, если бы кто-то удрал с твоим членом? Конечно, недостает. Я же с восемнадцати лет в горы ходил. Поначалу так я вообще не знал, куда себя деть. Но потом... - Он хлопнул себя по коленкам и встал. Потом я разжился вот этим. И теперь живу - забот не знаю. И все-таки... Бен подошел к шкафу. - Вот же они, мои ботинки! Черт меня побери!
- Где же они были?
- Да на полке для обуви. Джордж, наверное, их туда положила, черт бы ее побрал!
Сидя за завтраком в сияющей и пустой кухне ресторана, Джонатан спросил, не предпринял ли после вчерашней стычки чего-нибудь достойного внимания Майлз Меллаф.
- Он тебя беспокоит, Джон?
- В данный момент меня беспокоит только восхождение. Но после возвращения мне придется с ним разобраться.
- Если прежде он с тобой не разберется.
- А ну-ка, выкладывай.
- В общем, один из обслуги услышал, как этот Меллаф и его дружок у себя в номерах шумно спорили.
- И много времени твоя обслуга проводит у замочных скважин?
- Обычно нет. Но мне так показалось, что ты был бы не против, чтобы я за этими типчиками присмотрел. Во всяком случае, тот, который попижонистей, злился на второго как черт, что тот дал себя так отметелить. А тот, здоровый, сказал, что в следующий раз все будет по-другому. А потом они из города заказали машину напрокат. Она теперь у главного входа стоит.
- Может, они хотят природой полюбоваться?
- А наши машины для гостей чем плохи? Нет, по-моему, они хотят куда-то быстренько смыться. Может, после того, как сделают что-нибудь нехорошее. Убьют, например, кого-нибудь.
- С чего ты взял, что они собираются кого-то убивать?
Бен для большего эффекта выждал паузу.
- Официант сказал мне, что тот, который покрупнее, вооружен.
Джонатан сосредоточил внимание на кофе и не удостоил Бена ожидаемым проявлением эмоций. Бен сдернул крышечку с банки пива.
- Тебя, похоже, не очень беспокоит, что этот тип вооружен.
- Я это уже знал. Видел у него под пиджаком. Я потому и наступил ему на нос. Чтобы он не мог четко видеть. Мне нужно было время, чтобы уйти.
- А я-то все считал, что в тебе сидит настоящий злодей, а ты, оказывается, делал только самое необходимое.
- Постыдился бы!
- Да я готов отрезать язык, сказавший о тебе плохое, старина!
- Я всего лишь стараюсь остаться в живых.
- И для этого тебе нужен дробовик?
- Нет, не для обороны. Он мне нужен для нападения. Пошли! А то твоя горка совсем выветрится. Пока ты будешь собираться, от нее мало что останется.
Ботинки Джонатана хрустели по каменной осыпи у подошвы столба, возвышающегося над ними. Западный его склон был в этот ранний утренний час еще черен. Дрель, молоток и пятнадцать фунтов скальных крючьев, карабинов и шлямбурных болтов, бренча, свисали с плетеного ремня, обвязанного вокруг талии Джонатана.
- Примерно здесь, - вынес он решение, показывая на длинную вертикальную трещину, примеченную им накануне. Трещина, в среднем четыре дюйма шириной, шла вверх футов на сто и была как столбовая дорога на первую четверть пути. Только после того, как трещина сходила на нет, грибообразная верхняя часть начинала отклоняться наружу. Там восхождение будет действительно интересным.
- Ты тут начинал, Бен?
- Подойдет, пожалуй, - уклончиво ответил Бен. Оба обвязались веревками.
- Очень сильно помогать не будешь? - спросил Джонатан, передавая свободную веревку партнеру.
- Вот еще! Мне практика не нужна. Я тут за пассажира.
Джонатан пристегнул лямки легкого рюкзака, который он взял по настоянию Бена.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47

загрузка...