ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Взобравшись на холм, где она совсем недавно разговаривала с забавным маленьким тупиком, Изобел направилась к западному мысу у устья залива. Стая тупиков давно уже улетела, но на берегу играли, гоняясь друг за другом, две выдры, а над головой с пронзительным криком носились горластые чайки. В спину Изобел дул пронизывающий ветер, который, как она знала, вскоре пригонит дождь, но Изобел любила оставаться наедине со стихиями. Она пыталась уверить себя, что ей нет дела до происходящего сейчас в замке, да к тому же все будут только рады, если она не явится к столу. Ее присутствие заставило бы их снова думать о тех проблемах, которые она им создала.
Только услышав звук колокола, отбивавшего час, Изобел остановилась и обернулась. Не заметив никаких свидетельств того, что ее разыскивают, она хотела продолжить путь, но вдруг поняла, что, если не считать попавшегося ей навстречу молодого человека, спешившего к замку, никого вокруг себя не видит.
Золотая галера по-прежнему покачивалась на воде, словно поджидая хозяина. Еще одна, поменьше размером, в которой Изобел признала галеру Лахлана, расположилась недалеко от берега. Гребцы, по-видимому, явно ушли обедать, доверив следить за кораблями тем, кто наблюдал за окрестностями с крепостных стен. Хотя эти стены казались пустыми, Изобел знала, что на самом деле это не так – Лохби всегда хорошо охранялся.
Изобел снова зашагала к замку, хотя сама не могла сказать, почему, собственно, она выбрала этот маршрут. Лишь когда она заметила одинокого стражника, ходившего взад и вперед по крепостной стене, все стало ясно. Просто у нее возникло желание посмотреть поближе на корабль Майкла. Изобел снова подняла голову. Ни души. Нет нужды все время озираться, подумала она, в конце концов, она ведь не собирается делать ничего предосудительного! Никто не удивится тому, что ее заинтересовал корабль, владелец которого посмел сделать его большим по размеру, чем корабль лорда-адмирала Островов…
Еще немного помедлив, Изобел направилась прямо к золотой галере с развевающимся на ветру флагом. Она вспомнила, что Майкл называл свою галеру «Рейвен». На знамени был изображен черный крест на серебряном поле. Изобел вдруг вспомнила, что под похожим знаменем шли незнакомцы, которых видел Маттиас, – только у тех крест был не черный, а белый.
Она насчитала на галере целых семнадцать тщательно отполированных скамей для гребцов. Изобел знала, что на одну скамью садятся, как правило, четыре гребца – по два на каждое весло; стало быть, с сэром Хьюго прибыло как минимум шестьдесят гребцов, а то и вдвое больше, ибо, судя по виду скамей, на каждой из них могло разместиться шесть или даже восемь человек. На галерах обычно бывало всего тринадцать скамей и двадцать шесть весел. Даже Гектор в самых дальних путешествиях редко пользовался более чем пятьюдесятью двумя гребцами.
Характерный крик чайки раздался прямо над ее головой, напугав Изобел, и она снова кинула взгляд на крепостную стену. По ней по-прежнему прогуливался одинокий стражник. Как надеялась Изобел, он сочтет, что ее присутствие на берегу не является чем-то, о чем следует докладывать господам.
Галера выглядела весьма опрятно – не хуже судна Гектора. Люди Майкла явно знали свое дело. Изобел скинула плащ и, поднявшись на палубу, села на скамью у левого борта. Скамья эта одновременно служила ящиком для хранения запасных парусов и промасленных плащей, которые моряки надевали от дождя, и других необходимых на судне вещей. Прижавшись к дубовой обшивке, девушка закрыла глаза, наслаждаясь солнечными лучами, ласкавшими щеки, и мерным покачиванием судна на волнах. Постепенно глаза ее закрылись, и она задремала.
Проснувшись от приближающихся голосов, Изобел поняла, что сама не заметила, как погрузилась в сон. Среди других голосов она различала голоса Майри и Лахлана. Ей почему-то вдруг вспомнилось, как Майри называла Майкла «ее Майклом». Боже! Что, если Лахлан или Майри вдруг обнаружат ее здесь? Как она объяснит им, что делает на корабле Майкла?
Вместе с Лахланом на корабль взошли его гребцы, собиравшиеся домой в замок Дуарт.
Изобел не особо боялась, что Лахлан, обнаружив на корабле Майкла неожиданную гостью, станет дразнить ее или задавать недоуменные вопросы, но все равно предпочла бы их избежать. Она стала лихорадочно искать, куда бы спрятаться. Единственным вариантом был ящик, на котором она сидела, или другой такой же напротив него.
Открыв ящик, Изобел увидела, что вряд ли сможет в него залезть – он был полон медных уключин и других тяжелых предметов. Во втором ящике не оказалось ничего, кроме рулона запасного холста для парусов, и здесь вполне хватило бы места, если бы Изобел немного скрючилась.
Не долго думая девушка залезла в ящик и закрыла над собой крышку.
Следуя за лордом-адмиралом и его супругой, Майкл не отводил взгляда от береговой линии в безотчетной надежде увидеть там Изобел. Когда своенравная красавица не явилась к обеду, Гектор послал за ней слугу, но тот вернулся с известием, что леди Изобел вместо обеда решила прогуляться по окрестностям замка. Эта весть, должно быть, успокоила Гектора, ибо он отпустил слугу и продолжил трапезу.
Майкла восхищала железная выдержка Гектора, ведь независимый характер Изобел порой был способен взбесить иного. К тому же человек, наделенный такой большой властью, как Гектор Риганах, вряд ли любил, когда ему шли наперекор. И все же Гектор относился к выходкам Изобел довольно-таки терпеливо.
Попрощаться с собирающимися отбыть гостями – долг элементарной вежливости, и Майкл подумал, что Изобел наверняка ожидает серьезный разговор и, возможно, Гектор не ограничится одними нотациями. Мысль об этом вызывала у Майкла смешанные чувства. С одной стороны, он считал, что Изобел не мешало бы напомнить о хороших манерах, с другой же – он боялся, как бы Гектор не переборщил с наказанием.
Задержавшись для того, чтобы попрощаться с принцессой Маргаритой, Лахланом и его женой, Майкл оставил их прощаться с Гектором и леди Кристиной и отправился на свой корабль. Он понимал, что вряд ли Гектор Риганах переменит решение и позволит Изобел присутствовать на церемонии. Если она там появится, то осуждение со стороны общественного мнения – еще полбеды. Графине Стратерн вряд ли понравится невестка, чье имя связано со скандалом, а впасть в немилость у такой женщины, как его мать, Майкл не пожелал бы и врагу. Более того, если весть о том, что он провел ночь наедине с леди Изобел, достигнет Оркни или Кэтнесса, самого его ждет не меньший скандал. В этой пикантной истории ему наверняка будет отведена роль злодея. Как бы то ни было, Майкл был уверен, что даже желание избежать скандала не заставит Изобел выйти за него замуж. Ничто и никто на свете, казалось, не мог заставить эту девушку поступиться своими принципами.
Майкл попытался уверить себя, что ему нет до этого никакого дела – он честно заявил перед всеми, что жениться на Изобел не отказывается. К тому же, если подумать, оно и к лучшему – их брак позволил бы Уолдрону придумывать новые и новые схемы, как выудить из Майкла сведения о том, о чем он на самом деле ничего не знал. Тем более он не хотел, чтобы ни в чем не повинная Изобел стала жертвой интриг его неистощимого на злодейства кузена.
Гребцы Майкла быстро расселись по местам и взялись за весла. Если они и не успели отдохнуть как следует, то уж поели, во всяком случае, вволю и до вечера вряд ли проголодаются, а вечером можно где-нибудь пристать к берегу и наловить рыбы на ужин или поохотиться в ближайшем лесу. Впрочем, если они поторопятся, то успеют дотемна доплыть до Скай, где можно рассчитывать на гостеприимство Гауэра.
Майкл рассказал о своих планах Хьюго, и тот, кивнув, пошел отдать распоряжения рулевому. Все еще думая об Изобел и глядя на дальний берег в надежде увидеть ее, Майкл подумал, что Хьюго и капитан переговариваются подозрительно долго, но тут Хьюго наконец вернулся.
– Мне пришло в голову, – объяснил он, – что если Уолдрон сумел раздобыть лодку в Гленелге, он мог бы достать и галеру, а заодно узнать твой маршрут.
Майкл пожал плечами. Если Уолдрону нужна какая-нибудь информация и он знает, где ее получить, он непременно использует свой шанс. Того, что люди Уолдрона видели Майкла, когда он направлялся в Скай, было достаточно, чтобы рассчитать, куда Майкл направится дальше.
– И что же вы с Кэрдом предлагаете? – Майкл скосил глаза на рулевого.
– Думаю, лучше держать курс на запад, а не возвращаться тем же путем через Саунд-Малл. Мы поплывем ближе к берегу Ирландии и таким образом избежим встречи с тем, кто может поджидать нас у западного конца пролива.
Майкл кивнул и помахал рукой капитану в знак того, что согласен, потом сел на ящик для хранения инструментов, стоявший у левого борта.
– Тебе удалось хотя бы немного поспать этой ночью? – спросил Хьюго.
– Совсем немного, – признался Майкл.
Это было правдой. Почти всю ночь его преследовал образ Изобел, лежащей рядом с ним, как это было прошлой ночью, и целовавшей его, как это было на корабле. Впрочем, не только это стало причиной того, что Майкл ночью почти не сомкнул глаз, но и все еще болевшие раны.
– Я так и думал! – Хьюго усмехнулся.
В этот момент к нему подошел один из гребцов, неся два мешка с одеждой.
– Положи здесь, – приказал Хьюго. – Я думаю, мы с Майклом используем это в качестве подушек.
– Как вам угодно, сэр. – Положив мешки, матрос вернулся на свое место.
Дожидаясь, пока хозяин с хозяйкой попрощаются с гостями и галера Лахлана отплывет, Майкл встал на один из ящиков и, перегнувшись через борт, пожал руку Гектору, а когда церемония прощания была наконец закончена, снова сел на ящик, после чего «Рейвен» вышел из залива и взял курс в открытое море.
Изобел почти не смела дышать. Она ненавидела темноту и замкнутое пространство, но гораздо больше была напугана тем, что ее присутствие на корабле может обнаружиться. Впрочем, с Майклом, как ей казалось, она могла бы справиться легко, потому что он все время охотно подчинялся ее воле. Зато сэр Хьюго, хотя до некоторой степени признавал над собой власть Майкла, мало чем отличался от тех франтов, с которыми Изобел приходилось иметь дело при дворе. Но самым сложным было справиться с Гектором. Если он узнает, что она проникла на корабль Майкла и спряталась в ящике… Одна мысль об этом приводила Изобел в ужас.
Вскоре Изобел поняла, что галера вышла в открытое море. Волны стали сильнее раскачивать корабль, и она услышала звук ветра, наполнявшего паруса. Вероятно, они плывут на запад, боясь, что Уолдрон станет преследовать их, но Изобел никак не могла взять в толк, каким образом это возможно. Вряд ли Гауэр или Маккензи предоставят ему галеру, а кроме них, никого другого в Кинтале или Гленелге Уолдрон, если верить Майклу, не знал.
Майкл продолжал о чем-то разговаривать с Хьюго, но, к разочарованию Изобел, ни о каких секретах так и не было упомянуто. Реплики, которыми они обменивались, становились все реже и короче, пока наконец не стихли совсем. Единственными звуками, долетавшими до слуха Изобел, оставались ритмичные удары гонга и плеск весел по воде.
Изобел приготовилась снова задремать, как вдруг услышала какое-то движение и встревоженный голос Хьюго:
– Майкл, через минуту хлынет дождь как из ведра! Давай поскорее натянем холст…
Прежде чем эти слова дошли до сознания Изобел, крышка ящика приоткрылась, и по ее щекам, словно плети, ударили струи дождя.
Изобел в ужасе закрыла глаза.
Забыв о немилосердно поливавшем его дожде, Майкл недоверчиво уставился на нежданную пассажирку, затем перевел взгляд на Хьюго; он с трудом удерживал нахлынувший на него гнев. Заметив в глазах Хьюго веселые огоньки, он посмотрел за его плечо. Гребцы сидели к ним спиной и были заняты своей работой, явно не видя того, что произошло.
– Скажи Кэрду, чтобы немедленно пристал к берегу! – прорычал Майкл. Больше всего его бесило насмешливое выражение лица кузена. Впрочем, он никакие мог припомнить, чтобы хоть раз в каких бы то ни было обстоятельствах видел на лице Хьюго какое-нибудь другое выражение.
Тем временем Хьюго повернулся к капитану, повторяя команду Майкла, потом без лишних слов вытащил Изобел из ящика и поставил на ноги.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44

загрузка...